Чума насилия
- Пожалуйста...
- Я нашел его в твоей спальне, Томми. - Джерико говорил спокойно и неторопливо. - С него сняли одежду и привязали к кровати веревкой за руки и за ноги, после чего несколько раз ударили ножом. Над изголовьем кровати кто-то написал слово "свинья", вымазав палец в крови. - Джерико замялся. Когда я вошел, он еще стонал, но так и умер, не сказав ни слова.
Это оказалось слишком сильным потрясением для мальчика. Он выглядел озадаченным и смотрел на Джерико с недоверием.
- Дэвид был со мной, когда я вернулся из усадьбы Уолтура, где произошли беспорядки. Ты знаешь, там убили девушку.
- Ее убили легавые, - задумчиво отозвался мальчик.
- Мы с Дэвидом зашли в дом, чтобы переодеться. Когда я принял душ и сменил одежду, то вышел за Дэвидом, но нигде не нашел его. Он исчез. Тогда я вышел к машине и обнаружил, что кто-то спустил все шины. Я вернулся в дом за оружием. Витрина в библиотеке оказалась пустой, и я поднялся в твою комнату, вспомнив о винтовке. Там я и нашел твоего отца.
- Наверное, для него это был настоящий ужас.
- Наверное.
- Наверное, это были хиппи. Дэвид ушел с ними. Джуди ведь тоже одна из них.
- Могло быть и так.
- Думаю, что да, сэр, - ответил Томми.
Когда Джерико с Томми подходили к дому, Уайли Прентис как раз выходил из машины.
Джерико подумал, что преждевременно поседевший адвокат с красным испитым лицом еще не так давно был вполне привлекательным мужчиной. Наверное, в лучшие времена он выглядел мужественным и энергичным. Теперь же из-за лишнего веса и нетрезвого вида в его наружности можно было разглядеть лишь остатки былого обаяния. Джерико ничего не знал о миссис Прентис, матери Дэвида.
- Я позвонил из первого же дома, который мне попался по пути, - сообщил Прентис. - Вся местная полиция брошена на поиски взрывчатки в фонде и сбежавших в горы хиппи.
Он нерешительно взглянул на Томми. Видимо, было еще что-то, о чем он не хотел говорить при мальчике.
Что делать с Томми - этот вопрос мучил Джерико больше всего. Невозможно было даже отослать его в комнату, чтобы он провел время за хорошей книжкой. В комнате лежал труп его отца. И отправить его к матери тоже было невозможно. В настоящий момент Лиз была его главным врагом.
- Наверное, с сегодняшнего дня мы можем считать Томми взрослым человеком, - решил он наконец.
Прентис вытащил носовой платок из нагрудного кармана и промокнул капли пота, выступившие у него на лбу. Он посмотрел на Томми, его налитые кровью глаза болезненно сощурились.
- Так уж случилось, - произнес он, как бы вспомнив о чем-то, потом глубоко вздохнул. - У них не хватает людей, там, в городе. Но так случилось, что на аукционе присутствовал окружной прокурор, поэтому он заглянул в полицейские казармы, чтобы выяснить, что происходит. Сейчас он едет сюда вместе с двумя вооруженными помощниками. Макс Шеннон. Человек с большим опытом. Двадцать пять лет назад он начал службу агентом ФБР, потом был адвокатом в департаменте юстиции. Когда вышел в отставку, то занялся частной практикой в Коннектикуте и заинтересовался политикой. Это настоящий джентльмен.
- Продолжайте, - поощрил его Джерико.
В карих глазах Прентиса промелькнула усмешка.
- Разве вам неизвестно, что я - напыщенное ничтожество? Я думал, вы уже знаете об этом от Дэвида. Я просто хотел сказать, что Макс - человек нашего круга, а не какой-нибудь полисмен с изжеванной сигарой. Он лучше, чем кто-либо другой, сумеет помочь Лиз и всем остальным.
- Если ему удастся справиться с этим делом.
- Я же не зря сказал, что он - человек с большим опытом. Видите ли, Джерико, вы должны понять, до какой степени я беспокоюсь о Дэвиде.
- Мы все беспокоимся, - ответил Джерико, он бросил взгляд на окна второго этажа, где находилась комната Томми. - Если бы вы видели, что там, наверху, то убедились бы, что против нас выступает не один, а целая армия психов. Понимаете, они в исступлении от того, что находятся на свободе, да к тому же с оружием в руках. Если им не удалось вынести свое оружие из усадьбы Уолтура, то теперь они обнаружили полный шкаф оружия и боеприпасов. Так что им ничего не стоит отрезать уши и вашему джентльмену, и его подручным, просто так, ради развлечения.
- Вы считаете, что эти анархисты еще могут сюда вернуться? - спросил Прентис, облизнув губы.
- К несчастью, я не умею думать так же, как они, - ответил Джерико. Когда людей охватывает жажда убийств и разрушения, их невозможно остановить доводами разума. Дэвиду известно, что они задумали, поэтому он так нужен нам.
- Тогда почему бы нам всем не уехать отсюда как можно скорее? - спросил Прентис.
Джерико перевел взгляд на петляющее шоссе:
- Вы думаете, они не смогут остановить нас, если захотят? Против вооруженной толпы у нас одна винтовка двадцать второго калибра. Они держат нас в ловушке, и выбраться из нее не так-то просто. Телефонные провода обрезаны, машина выведена из строя, а лошади сбежали.
Прентис вытаращил глаза:
- Но вы же сами послали меня за подмогой. Вы знали, что мне грозит опасность, и тем не менее заставили ехать!
Джерико кивнул:
- Вы - отец их приятеля Дэвида. Единственный человек, которого они пропустили бы. Благодаря Дэвиду.
Все присутствующие - гости, прислуга и Лиз, которая снова сомкнула створки своей раковины, - собрались в столовой. Кто-то включил огромную кофеварку.
Навстречу входившим в дом Джерико, Прентису и Томми по лестнице спускался Боб Уилсон. Казалось, его вот-вот вырвет.
- Невозможно, - прошептал он. - Лиз хотела подняться со мной, но я сказал, что сначала сам посмотрю, что там такое. Боже милостивый!
В столовой к ним подошел Мартин Ломекс:
- Не вижу никаких причин, чтобы мы все оставались здесь, дожидаясь, когда на нас набросится банда убийц! - Его голос сорвался и зазвучал фальцетом. - Когда все уезжали в фонд, Бауман махал нам на прощанье с крыльца. Вернулись мы тоже все вместе. Ни один из нас не мог быть причастен к тому, что здесь случилось. Никто из нас ничего не видел. Поэтому если полиция и сможет сюда добраться, нам нечего будет рассказать. Так зачем же сидеть здесь, превращая себя в мишень? Я, например, собираюсь уехать, причем немедленно!