Справедливость (СИ)
Ещё как существует. Просто не в виде тварного воплощения (это было бы для Него слишком просто). Беда в том, что он селится прежде всего в душах. И действует именно оттуда. Тем сокрушительнее наносимый им урон… выплёскивыемый из траченых душ в этот мир. Судя по тому, что вижу вокруг я.
Только что закончившаяся стычка, помимо позитива в виде уцелевшего Азамата (и малой поддержки его душе со стороны Церкви. Лично в моём лице. Но так уж пришлось…), имеет лично для меня второй позитивный момент: в момент моего личного контакта с размахивавшим ножом мужчиной, лёгким всплеском вернулась часть памяти, включая как рефлексы тела (Спасибо, Господи! А то б тяжко пришлось…), так и кое-какие ассоциации и воспоминания.
Пока бинтую плечо и кисть Азамата (две разные повязки, обработка раны, остановить кровь небольшим усилием воли и пережатием сосудов; плюс подождать, пока в сосуде образуется запирающий кровоток тромб. Потом завершить перевязку), прогоняю в голове «всплывшие» ассоциации и воспоминания.
«Не от мира сего». Кажется, это будет самый точный диагноз. Не смотря на то, что этот мир во многом схож с тем, к которому привык я, он от него и отличается немало. Впрочем, переселением душ можно удивить либо напугать язычника, но не истового Слугу Божьего. Если знаешь «базу» — легче воспринимать прикладные детали. В том числе, Его (рефлекторное осенение себя крестным знамением) манипуляции с душами: в конце-концов, только Он над ними и властен.
Интересно. Мне сейчас действительно интересно. Жаль, что время для вознесения подобающей Ему благодарности несколько неподобающее. И, кстати, попутно: в свете открывшегося (вернее, вспомнившегося), в храм нужно срочно. Прежде всего, для того, чтоб понять: играть ли дальше по правилам этого мира. Либо — следовать своим правилам, коим ранее не изменял никогда. И кои от существующих тут несколько отличаются. Задача…
— Впечатляет. Как будто имеете опыт, — вырывает меня из сонма размышлений голос Азамата, работу с рукой которого я только что закончил. — Спасибо, хотя моя благодарность вам поможет мало. Раз вы решили остаться тут… последний раз предлагаю: уезжайте. Только крест свой оставьте, — парень, наконец, решается озвучить вслух мысли, роящиеся у него в голове последние пять минут. — Мне нужно будет объяснить этого вашего, — он кивает на приложенного мной бородача. — И предъявить, чем…
— В учителя не набиваюсь, тем более ты не из моей паствы, — пожимаю плечами, подымаясь на ноги. — Но урок номер один: Вера суть самый прочный щит. Прочнее не бывает.
— Ага, конечно, — скептически кивает парень, поднимаясь вслед за мной. — Не в моих правилах спорить, но вы поняли… Что я думаю об этом.
— Я же тебя не убеждаю и не агитирую, — снова пожимаю плечами. — Просто объясняю и ввожу в курс. Дальнейших действий. Насчёт Щита Веры, есть одна небольшая тонкость. Понятная более солдатам, чем прочим. Как и всякий инструмент, Щит работает на все сто только в руках того, кто выполняет простое условие.
— Это какое такое условие? — заинтересовывается мой собеседник.
— Ты должен всё же верить в эффективность своего инструмента, — улыбаюсь. — Без этой веры, ты не сможешь полностью не то что использовать его потенциал. А и даже сколь-нибудь серьёзно раскрыть его для себя. Ну, говоря твоим языком, каждым инструментом нужно не просто уметь владеть в теории, а вообще — чувствовать его, как продолжение своей руки. Только в моём случае, он продолжение Воли, не руки.
— Немного понимаю, по аналогии, — медленно кивает Азамат. — Хотя и звучит спорно для материалиста.
— Ладно, время всё равно есть, — решаю, набирая номер полиции. — Сейчас, погоди минутку…
Быстро и коротко сообщаю по телефону полицейской горячей линии о происшествии, не раскрывая деталей, и возвращаюсь к беседе с Азаматом:
— Какое оружие лично у тебя было в армии?
— На флоте, — придирчиво поправляет меня Азамат. — Много какое… Давайте начнём с двух автоматов. Калаш и апээс. Специфика такая, что именно эта двойка, — Азамат вопросительно смотрит на меня, не вдаваясь в дальнейшие детали.
* * *Примечание:
https://ru.m. wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%9F%D0%A1_(%D0%BF%D0%BE%D0%B4%D0%B2%D0%BE%D0%B4%D0%BD%D1%8B%D0%B9_%D0%B0%D0%B2%D1%82%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D1%82)
* * *— Ну вот теперь ты мне скажи. Возможно ли такое, что в одних руках эта твоя двойка «калаш и апээс» даст пользователю неуязвимость? — склоняю голову к плечу, улыбаясь. — А в других не поможет своему хозяину ничем?
— Запросто! Если руки из жопы, и под х*й заточены… извиняюсь. Да, такое вполне возможно, — с энтузиазмом набирает воздуха побольше Азамат.
— А в каком случае будет первый сценарий? И в каком второй? — прерываю его движением ладони.
— Если обучен и тренирован — первое. Спасёт. — Автоматически выдаёт Азамат. — А если впервые в руках держишь, либо раньше, когда надо, забивал на тренировки или возможности не имел — то труба тебе. Ну, это очень упрощённо, — спохватывается он.- В реале-то разный форс-мажор возможен…
— Для схематичности годится, — снова останавливаю его. — Как раз хорошо сказал. А если первого и второго поставить в равные условия? Допустим, возможность тренироваться и доступ к «инструментам» есть у обоих. Но один спасся, а у второго, как ты говоришь, руки не оттуда? В чём между ними разница? Или, иначе говоря, откуда проистекает успех первого, и неудача второго? В одних и тех же условиях?
— Любить надо, — простенько пожимает плечами Азамат. — Не знаю, насколько оно вам сейчас не понравится; но если ты искренне любишь эту свою пару инструментов, то она тебя выручит в гораздо большем диапазоне ситуаций, чем если ты тренируешься из-под палки. Хм, интересно получается…
— То же самое, — улыбаюсь, глядя на него и кивая. — С одним небольшим нюансом. Как по мне, с вообще незначительным.
— С каким?
— Ну, в твоём случае, уверенность, и грядущий успех, проистекают из твоего наработанного практического опыта. Общения с твоей парой автоматов, что ли… не знаю, как сформулировать.
— А у вас?
— У нас, ввиду отсутствия тварной сущности Его в очевидной досягаемости, — поднимаю указательный палец в сторону неба, — твой практический опыт общения с автоматами просто заменяется нашим аналогом. Верой.
— Чем больше мой опыт, тем… — начинает Азамат, с толикой удивления поднимая взгляд на меня и не заканчивая фразы.
— Чем истовее Вера моя, и чем меньше моих колебаний в ней, тем прочнее её Щит, укрывающий меня, — снова киваю, завершая пояснение. — Возможно, управление твоими инструментами тоже не каждому даётся легко, люди же разные.
— Пф-ф, не то слово, — хмыкает парень.
— У нас аналогия похожа. Вере аналогично можно посвящать душу полностью, открывая для Света её всю, либо… Ты понял, — гляжу на парня.
— Звучит интересно, — спохватывается он. — Но вот сейчас менты подъедут, и будет нам… жестокое столкновение с реальностью, — завершает он на гораздо более минорной ноте, тоскливо глядя на меня. — Может, всё-таки валите? Только крест оставьте и от пальцев своих протрите…
— Урок номер два, — улыбаюсь. — Запомни своё состояние сейчас. А через пару часов, сравним. С тем, что будет.
— Иншалла… Надеюсь, вы знаете, что делаете, — хмуро говорит парень, излучая явное и полное неверие.
— «По вере вашей да будет вам», — улыбаюсь в ответ. — Поверь, это гораздо надёжнее и лучше твоего автомата. Или их пары… Универсальнее, точно. Просто у тебя опыта нет. Говоря твоим языком, ты этого оружия просто никогда в жизни не видел. Всё будет хорошо.
— Иншалла, — рефреном бормочет Азамат, явно оставаясь при своём мнении.
— Ладно. Давай с другой стороны. Много этими твоими автоматами навоюет тот, кто их впервые в руки взял?