Наваждение (ЛП)

— Дэвид продал формулу. Или же сам делает стероиды.
— Ты делаешь из мухи слона.
Замечание отца задело за живое, показало, что всю жизнь ее не воспринимали всерьез. Кэт повернулась и посмотрела на отца.
Казалось, между ними километры, а не несколько шагов.
— А что, если я права? Дэвид лжет уже много лет. И не только мне. — В ней закипал гнев. — Он рискует работой всей вашей жизни и всеми в «Сириксе». Хуже того. Финн приказал избить меня, а потом появился в моей больничной палате. Кто сказал, что он не причинит вреда тебе или кому-то еще? — Она любила своих родителей, ей будет больно, если кто-то из них пострадает.
— Или он снова придет за Кэт. Он знает, что она его вспомнила, — раздался голос Слоана. Его взгляд и слова с другого конца комнаты стали для нее поддержкой.
— Я не верю. — Лицо матери побледнело. — Это ошибка. Дэвид не стал бы этого делать. Он хочет помочь людям. — Диана встала, краска залила ее бледные щеки. — Зачем ты это делаешь? Мы так близки к нашей цели, а ты хочешь уничтожить десятилетия нашей работы и семью. Почему? Почему ты нас всех так ненавидишь?
Кэт застыла.
— Я не ненавижу тебя…
— Дэвид хороший человек. Он вложил всю свою жизнь в «Сирикс», а ты ушла, чтобы продавать людям болезни сердца и диабет в красивой упаковке.
Кэт отшатнулась, отчаянно пытаясь отгородиться от боли, пронзающей ее с каждым словом матери.
— Диана, прекрати. Кэти…
— Ты тоже в это веришь? Что моя пекарня — ничто? Что я — ничто?
Кэт словно столкнули в бездну. Она не хотела чувствовать опустошение, но не могла бороться. Было легче отступить, позволить оцепенению окутать ее.
— Я этого не говорил. Успокойся…
— Это чушь собачья.
Слоан в два шага подошел к Кэт и положил руки ей на плечи, давая девушке сосредоточиться на нем.
— Ты чего, Кэт? Женщина, восстанавливающаяся от ужасной травмы, преодолевающая панические атаки и создавшая «Сахарную танцовщицу» — ничто? А как же женщина, которая спасла детей от смерти и серьезных травм? Или женщина, которая бросилась в мои объятия, чтобы утешить меня?
Слова Слоана помогли Кэт собраться. Что ж, Кэт подозревала, что ей всегда будет больно узнать, что для своих родителей она бесполезна. Но у нее была собственная жизнь, наполненная людьми, которые заботились о ней, и тем, что она любила.
— Я не ничтожество.
Глаза Слоана, которые всего несколько секунд назад сверкали едва сдерживаемой яростью, теперь потеплели, и Кэт могла поклясться, что видит искорки солнечного света, танцующие в светло-коричневых колодцах.
— Ты для меня все. И любой, кто говорит тебе другое — дурак.
В отражении его взгляда она увидела себя. Она пришла к родителям, но она не была обязана стоять и выслушивать, что они считают ее ничтожеством.
— Пойдем домой.
В доме Слоана Кэт чувствовала себя желанной. Но у нее было еще одно дело, и она повернулась к родителям.
— Думаю, я всегда знала, что если бы пришлось выбирать между мной и Дэвидом, то вы бы выбрали его, потому что он может дать больше единственному ребенку, который в вашем сердце. «Сириксу».
— Это смешно. Мы вырастили тебя, мы любим тебя…
Кэт подняла руку, прерывая отца. Они выслушают ее.
— Надеюсь, вы это услышите. Дэвид — это угроза для «Сирикса». Узнайте, что он делает, и защитите, что сможете. А также людей, которые работают на компанию, а еще тех, кто полагается на препараты, разработанные компанией.
Она сделала все, что могла. Кэт взяла Слоана за руку, и они развернулись и пошли к подъездной дорожке.
На полпути к машине Кэт поморщилась:
— Черт, я забыла ноутбук. Я лузер в драматических уходах.
Слоан остановился и протянул ей ключи.
— Садись в машину, я принесу.
Она попыталась схватить его за руку, но он уже был вне зоны ее досягаемости.
— Слоан…
Ничего хорошего не будет, если он вернется в дом к ее родителям.
Слишком поздно, он исчез за входной дверью, не потрудившись постучать.
Должна ли она пойти за ним? Остановить его? Нет. Слоан никогда не выйдет из себя при ее родителях, как бы они его ни выводили. Его самообладание было потрясающим.
 
И все же он разозлился, когда узнал, что она помогала Дрейку. Кэт улыбнулась, вспоминая это. Тогда она ему доверяла.
И теперь доверяет ему забрать свой ноутбук, что не позволит ей ухудшить отношения с родителями.
Понимая, что нет никакой необходимости стоять, как статуя, она направилась к машине. Как бы сильно ее не зацепила реакции родителей, это не означало, что она должна сдаться. Потянувшись, чтобы открыть дверцу, она подумала, что нужно отправить Маршаллу файл с формулами Дэвида и поговорить.
Услышав звук шагов сзади, Кэт испытала облегчение. Слоан вернулся.
— Ты забрал?..
— Кэти, это я.
Волосы на руках встали дыбом. Это не Слоан, а Дэвид. Кэт резко развернулась к мужчине, обходившему машину. Почему на нем лабораторный халат? Она не хотела, чтобы он подходил к ней.
— Стой!
Она быстро взглянула на входную дверь и прикинула расстояние. Примерно десять метров. Она не преодолеет их.
Дэвид замер в нескольких метрах от девушки.
— Мне нужно поговорить с тобой и твоими родителями. Я все исправил.
Слабый свет фонарей отразился в линзах его очков, увеличив дергающийся левый глаз. Лабораторный халат свисал с худых плеч.
— Что исправил?
Все, что ей нужно — это потянуть время. Слоан может выйти в любую секунду.
Дэвид наклонился и схватил ее за руку.
— Я все объясню.
Кэт попыталась освободиться.
— Не трогай меня.
Но мужчина крепко держал ее.
Ощущение ловушки заставило панику вспыхнуть в ее груди. Пульс подскочил, и в голове возникло еще одно воспоминание.
Машина подъезжает к остановке, кто-то открывает дверцу. Финн выходит из машины.
Пальцы Дэвида сомкнулись на руке Кэт. Ее охватили страх и растерянность. Почему Дэвид дрожит? Кэт посмотрела вниз.
Толстые пальцы Финна схватили Дэвида за запястье, а затем медленно побелели, сжимая его.
Дэвид отпустил ее. Остальные мужчины выволокли Кэт…
Звук открывающейся двери оборвал воспоминание. В груди зародилась злость. Не обращая внимания на открывшуюся дверь, Кэт посмотрела на Дэвида.
— Ты отпустил меня. Ты позволил им забрать меня.
Дэвид отчаянно заморгал, его пальцы впились в ее руку.
— Я думал, они просто пугают меня!
Все это время Кэт не понимала, почему его прикосновения пугали ее. Теперь знала.
Раздался разъяренный крик. Слоан бросился к ним.
Дэвид подскочил к Кэт сзади и схватил ее одной рукой за подбородок, заставляя поднять голову. Свет отразился на скальпеле, который он сжимал.
— Не подходи! А то я ее порежу!
Глава 9
Слоан резко остановился. Придурок что-то держал в руках. Нож для бумаги? Слишком близко к горлу Кэт. Он быстро прикинул расстояние между ними.
Два метра.
Вполне выполнимо. Ублюдок будет мертв.
— Слоан, — голос Кэт дрогнул. Он не сводил глаз с ножа, но слышал смесь страха и гнева, кипевших в одном этом слове.
— Я здесь. Не двигайся, — тихо сказал Слоан. Она должна доверять ему, должна позволить ему сделать так, чтобы она не порезалась.
— Я не собираюсь отключаться.
Кэт слегка пошевелилась, но этого было достаточно, чтобы Слоан понял, что она перемещает свое тело так, как он учил ее. Ему не нужны слова, он знал, чего она хочет.
Она хочет сама дать отпор.
Но каждая клеточка в нем кричала: «Нет! Черт, нет!» Адреналин хлынул в его мышцы и кости, чтобы дать больше энергии. Все в нем было готово к атаке. Чтобы спасти свою женщину. Доставить ее в безопасное место и убить придурка.
— Пожалуйста.
Мольба заставила его замереть. Кэт нужно было дать отпор, и Слоан понимал ее. Это было похоже на его желание убить Ли Фостера.
— Если он причинит тебе боль, то умрет.