Наваждение (ЛП)

— Я звоню в полицию.
Келлен вытащил свой мобильник, и картинка вернулась к ведущему в студию.
Утренний йогурт забурлил в желудке Кэт.
Слоан положил руку ей на плечо, одновременно делая звонок.
— Лиза, срочно вызови охрану в пекарню «Сахарная танцовщица» для защиты от СМИ.
Придя в себя от удивления, Кэт достала свой телефон и позвонила Келлену. Он ответил:
— Ты видела новости.
От напряжения ее мышцы заболели еще сильнее.
— Насколько все плохо?
— Их становится больше, но я справлюсь. Мои родители здесь
В словах Келла слышался гнев. Нечестно было заставлять его разбираться с этим дерьмом.
— Я приеду.
— Не надо, Кэт. Оставайся у Слоана и отдыхай. Доверься нам. Мама приготовила булочки с орехами. Клиенты их любят.
Они так много для нее делали.
— Келл, я в порядке. Кроме того, твоя мама собиралась помочь тебе обустроиться в новом доме.
Они с Диего переехали на выходных, и Келл перед выходом на новую работу собирался закончить распаковку и приготовить все к новоселью в субботу.
— Ох, заткнись. Ты себя слышишь? Или этот несчастный случай освободил твоего внутреннего мученика? Забей, потому что он — задрот. Убей эту суку и верни мою колючую Кит-Кэт.
— Не смеши меня.
Келл никогда долго не злился. Это была одна из тех его черт, которые Кэт любила в нем.
— Тебе это нужно, и ты это знаешь. К тому же теперь ты у меня в долгу. У меня есть толстый блокнот, где я записываю, сколько ты мне должна
— Я тебя ненавижу.
— Ты любишь меня. Как твое лицо?
Разговор с Келленом всегда заставлял ее чувствовать себя лучше.
— В синяках.
— Если пресса увидит тебя, будет хуже. Сиди у Слоана и дай ему время успокоиться.
Келл был прав. Как и всегда.
— Спасибо. Я у тебя в долгу. Слоан отправил к вам охрану. Позже я позвоню твоим родителям и поблагодарю их.
— Я попрошу маму оставить тебе одну булочку.
Не улыбайся.
— Знаешь что, Келл?
— Что?
— Ты не найдешь проект торта в «Сахарной танцовщице».
Она повесила трубку.
Слоан протянул ей пакет со льдом.
— Похоже, тебе был нужен этот разговор. Только Келл может рассмешить тебя, когда тебе больно и на душе скребутся кошки.
— Это его суперсила. Он займется пекарней, так что я остаюсь. Ты собрался идти на работу, так что иди. Не переживай. Со мной и Дрейком все будет в порядке.
Глава 6
Слоан засунул простыни в стиральную машину, запустил ее и вернулся в комнату Дрейка, думая, что уже успокоился. Не обращая внимания на мужчину в кресле, он сосредоточился на Кэт.
— Какого черта ты мне не позвонила?
Нет, он не успокоился.
Кэт разгладила простынь на кровати Дрейка, отказываясь смотреть на Слоана:
— Я все уладила.
— Она сказала, что ты слишком занят тренировками, — сказал Дрейк.
Слишком занят? Для Дрейка или Кэт? Он был в спортзале, а не в операционной. Его охватила ярость. Слоан выхватил из рук Кэт простынь.
— Это чушь. Ты могла пострадать, пытаясь переместить Дрейка!
Он злился, его день и так был дерьмовым: он общался со СМИ, был в больнице, когда Итан сдавал анализы, и провел собрание в «Слэм Инкорпорейтед» для бойцов и персонала касательно политики о допинге.
А затем Слоан вернулся домой и увидел этот кошмар. После того как медсестра ушла, Дрейка начало тошнить. И Слоан пришел именно тогда, когда Кэт пыталась поднять мужчину с кровати, чтобы все убрать. Его мышцы дернулись.
Кэт прищурилась:
— Я не калека.
— Вчера ты попала в автокатастрофу. И к твоему сведению, милая, хромота означает, что ты калека.
Слова слетали с губ, но Слоан не мог остановиться. Никто никогда не кричал на него, кроме Дрейка и Кэт. И это было чертовски приятно. Потому что когда крики прекратятся, то ему придется думать о Дрейке. Больном. Умирающем. Черт.
Кэт развернулась на здоровой ноге. Она откинула голову назад, ее глаза горели от злости.
— К твоему сведению, чемпион, ты мудак.
И она вышла из комнаты.
— Пронесло.
Слоан перевел взгляд на Дрейка. Некогда могучий боец таял на глазах. Рак каждый день оставлял на его лице новые морщины и делал кожу болезненно-желтой. Слоана убивало то, что он ничего не может сделать. У Дрейка хватало проблем, и ему не нужно было видеть эту вспышку гнева.
 
— Ты что, смеешься? Ты провел последний час изрыгая свои кишки на Кэт.
— Она кричала на тебя. Назвала мудаком. И черт, да, я смеюсь. Мне все равно, если меня снова стошнит. Это было чертовски забавно.
Слоан покачал головой, прошел в ванную и включил душ. Вернувшись, он спросил:
— Она действительно сказала, что я слишком занят тренировками?
— Да.
Ему не понравилось это. Совсем.
— Я бы приехал, если бы кто-то из вас позвонил. — Он присел на корточки перед стариком. — Ты же знаешь. — Он хотел, чтобы Дрейк знал, что Слоан будет здесь, несмотря ни на что.
— Я знаю. — Дрейк кивнул. — Но Кэт — нет.
Точно, Кэт не знала. Она пришла к нему после визита его стервы-матери, а он отверг ее. Он не сдержал обещания, которое дал ей: если она отступит, он пойдет за ней. Вместо этого он избегал ее, уверенный, что должен отпустить. Но Кэт так не считала. Она видела, что ее отталкивают, что она была лишь преградой на его пути.
— А потом ты с воплями ворвался сюда и сказал ей, что она не справится. Знакомо звучит? Может, напоминает то, как ее родители относятся к ней? Словно она слишком глупа, чтобы принимать собственные решения?
Он качнулся.
— Я не это имел в виду.
Он провел рукой по волосам. Неужели он задел ее чувства? Но она ведь не закрылась.
Воспоминание заставило его усмехнуться.
— Она посмотрела мне в лицо и наорала. Она в норме.
Дрейк расслабился.
— Она прекрасно держалась. — Он выдавил слабый смешок. — И она права, что ты мудак.
Ему нужно помочь Дрейку привести себя в порядок, а потом он найдет свою изготовительницу пирожных. Подняв бровь, Слоан сказал:
— По крайней мере, от меня не воняет блевотиной.
Он помог Дрейку подняться и отнес его в душ.
Час спустя Слоан направлялся к лестнице, когда увидел, что на террасе горит свет и двери открыты. Он вышел, ожидая увидеть Кэт в одном из кресел.
Ее нет.
Беспокойство охватило его.
— Кэт?
Она ведь не бросила его? Неужели он неправильно понял ее? Он был уверен, что она пошла в душ и оставила Дрейка на попечение Слоана.
Мужчина прошел мимо джакузи, а затем увидел ее в лунном свете. Спустившись по ступенькам и расстелив на песке полотенце, Кэт включила айпод и балансировала на больной ноге, подняв одну руку к небу, а другой придерживая лодыжку за спиной. Она занималась йогой.
Сердце Слоана сжалось. На Кэт были крошечные шорты и топ на тонких бретельках, открывавшие полную красоту ее тела. Даже ее правая нога, которая не могла выпрямиться полностью, завораживала. Кэт еще несколько секунд постояла в этой позе, а затем сменила ее.
Слоану потребовалось все самообладание, чтобы не сбежать по лестнице и не придержать Кэт, чтобы она не упала.
А она не упала. Несмотря на их ссору, Кэт знала свои пределы. Но, черт. В лучах лунного света и с океаном позади, она была прекрасна. Слоан поправил член в шортах, когда она изящно перекатилась из одной позы в другую.
Словно танцовщица. Она была так чертовски красива, что ему было больно прикасаться к ней, обнимать ее.
Трахать ее.
Она была слишком нежной. Слоан спустился по ступенькам и оказался в поле ее зрения.
Кэт сменила позу, выражение ее лица было настороженным.
Слоан осторожно вытащил ее наушник.
— Ты чертовски красива, котенок.
Она прищурилась.
— Для калеки?
Он обхватил рукой ее затылок, притягивая к себе, показывая, что она с ним делает.
— Упрямая и очень сексуальная калека в шортах, от которых у меня стояк.
Кэт подняла брови.