О чем поет твое сердце? (СИ)

  
Глава 8
 
Московская осень дышала в спину холодными ветрами. Проливные дожди сменялись сухими погожими деньками, но Тая практически не видела их. Чтобы отвлечься от раздирающих ее душу на части чувств, она с головой ушла в работу. С рассвета и до заката вылизывала до блеска ставший родным двор, затем делала перерыв на рассылку резюме и, если повезет, собеседования. А вечером звонил Антон и отвозил ее в бар.
Она изнуряла себя, сознательно отказываясь от выходных. Единственный сентябрьский выходной чуть не свел ее с ума. Она в одиночестве бродила по улицам столицы, пила в кафе горячий чай и рассматривала случайных прохожих. И все это время девушка оставалась наедине с собой и своими мыслями. Те в свою очередь, воспользовавшись случаем, заголосили в ее голове свою любимую песню, настоящий хит сезона с нашумевшим названием – «Макс».
Прошло две недели с их последней встречи, а он так и не появился в баре. Тая перестала вздрагивать, заслышав «добро пожаловать» от хостес, она больше не искала его глазами в шумных компаниях, и даже заставила себя не думать о нем.
Последний сентябрьский вечер не предвещал ничего особенного. Небольшая компания студентов ГИТИСа праздновала успешную театральную постановку. Пару из них Тая уже видела в эпизодических сериальных ролях. Известный продюсер выгуливал свою новую пассию и по совместительству любовницу. Еще один столик занимал хозяин бара, который что-то эмоционально рассказывал ведущей новостей на музыкальном канале.
Остальные столы сдвинули в один большой стол и сервировали для банкета.
– Очередная автопати? – Поинтересовалась девушка у Миры, еще одной напарницы.
– Ага. Соловьев сегодня начал тур с большого концерта в Мьюзик Холле. Скоро заявится сюда со всей своей свитой – танцоры, музыканты, костюмеры, гримеры, и прочее околозвездное общество. Говорят, был аншлаг.
Тая сглотнула неожиданно образовавшийся в горле комок. Ей, почему-то, казалось, что он больше и вовсе не переступит порога этого заведения. Как глупо. Сердце заколотилось, затрепыхалось, словно раненая птица. По спине прошелся нервный холодок. Девушка подхватила поднос с напитками и поспешила к столу, за которым отдыхал продюсер.
– Ваши напитки, приятного отдыха,  - пролепетала она, расставляя бокалы. Дрожащие от волнения руки не слушались ее. Она с трудом справилась с задачей и уже собралась уходить, но мужчина обратился к ней с просьбой:
– Не могли бы вы пригласить шеф-повара?
Тая испугано посмотрела на него.
– Что-то не так? Вам не понравился салат?
– Нет-нет, - мужчина улыбнулся и с нежностью посмотрел на свою спутницу, – Танюша в восторге от десерта. Она хочет выразить признательность шеф-повару.
– Ах да, - Тая расслаблено выдохнула, – одну минуту, пожалуйста. Он подойдет к вам.
– Спасибо.
Девушка убрала со стола пустую посуду и поспешила на кухню. Заметив ее, Антон расплылся в довольной улыбке.
– Как дела, красавица? – Он отставил на время терку и морковь, и, утерев полотенцем лоб, подмигнул ей.
– Тебя зовут к пятому, красавчик, - поддразнила его Тая.
– Какие-то проблемы? – Лицо Антона стало серьезным.
– Хотят выдать тебе грамоту и орден за удачный десерт.
– Спасибо. Уже иду.
Тая кивнула, поставила поднос с грязными тарелками в мойку и вышла в зал. В этот момент с лестницы послышался гул голосов, громкий смех и топот ног. Сердце упало в желудок и подпрыгнуло обратно. Она зажмурилась, пытаясь совладать с нервами, и начала считать до ста, представляя себя зеленые альпийские луга и белоснежные шапки гор.
 
Неожиданно крепкая мужская рука легла на ее талию и заставила открыть глаза. Рядом стоял Антон, который каким-то странным взглядом смотрел в сторону гардероба и входа в зал. Тая посмотрела туда же – из дверного проема показалась фигура Макса. Он улыбался, держа в руках огромный букет тюльпанов.
«Тюльпаны в сентябре?» - удивилась девушка, подсчитывая в уме примерную стоимость такого букета.
Внезапно Антон наклонился и прижался губами к ее щеке, а затем прошептал на ухо:
– Спасибо, что сразу же пригласила меня к гостям. Их нельзя заставлять ждать.
Его рука продолжала лежать на талии. Тая ничего не понимала. А последняя фраза и вовсе показалась ей бессмысленной и неуместной, еще и этот поцелуй… Она и не заметила, что они так сблизились. Сблизились настолько, что он начал позволять себе подобные вольности. Неужели она дала ему повод? Возможно, в столице так принято вести себя, а она просто старомодная ханжа.
Тая повернула голову в сторону гардероба и замерла. На лице Макса появилась какая-то яростная, пугающая маска. Он, не мигая, смотрел в ее сторону, продолжая сжимать в руках букет. Толпа его друзей в полном составе прошла за подготовленный стол, и только он оставался в дверях, не сводя с нее взгляда, полного боли и удивления.
Ей стало не по себе от этого взгляда. Словно из его глаз вылетали острые стрелы с ядовитыми наконечниками и попадали в самое сердце. Она инстинктивно обхватила себя за плечи, чувствуя, как выпущенный им яд обездвиживает ее, заставляет неметь конечности и парализует дыхание.
Макс, наконец, сжалился над ней и бросил полный презрения взгляд на Антона, который беседовал с гостями за пятым столиком. Тая никак не могла понять, что произошло. Откуда взялось это выражение на его лице, почему он так напряжен и почему пытается глазами распять и ее, и Антона?
Молодой человек прошел мимо, и как будто нечаянно задел ее плечом, зашел в туалет, а через пару секунд вышел уже без букета.
Он делал вид, что не знает ее. Демонстративно повернулся спиной и проследовал к своим друзьям. Затем бросил на Таю угрожающий взгляд и взмахнул рукой, подзывая официанта. Мира тут же бросилась к щедрому гостю.
Она оперлась спиной о барную стойку и с интересом наблюдала за происходящим. Напарница склонилась над Максом, в то время как он, продолжая бросать на Таю хищные взгляды, что-то говорил ей на ухо. Через минуту Мира закивала головой и направилась прямиком к Антону. Еще через пару минут Тая увидела ее покидающей заведение.
Ничего не понимая, она догнала ее на лестнице.
– Что случилось? Ты куда? Смена еще не закончилась!
– Я плохо себя почувствовала, голова закружилась. Я отпросилась у Антона, - наиграно пробормотала девушка.
– Ты хочешь сказать, что в субботу вечером я тут одна остаюсь? – У Таи поползли вверх брови.
– Прости.
Мира развернулась и на удивление быстро для больной взбежала по лестнице. Таю же раздирал гнев. Теперь именно ей придется обслуживать Соловьева и его банкет. Она сжала челюсть, подошла к барной стойке, порывистым движением схватила с нее меню и направилась к новым гостям. Нервы были на пределе. Она была готова взорваться от переполняющих ее эмоций. Этот человек манил и пугал одновременно. Но больше всего она боялась себя. Макс прочно обосновался в ее сердце, и чем дальше она его гнала, тем ближе к нему хотела быть.
«Ну, Антон. Ты мне за это ответишь. Отпустил он ее. А ведь ты мне обещал, что я больше никогда не буду обслуживать его столик!», - подумала она про себя, заводясь от таких мыслей еще сильнее.
 
– Добрый вечер! – Она выдавила из себя улыбку. – Меня зовут Таисия, и сегодня я буду вашим официантом. Ваше меню, пожалуйста, - она бросила папку прямо перед Максом, едва сдерживая себя от побега. – На аперитив могу предложить вам ликер или настойку собственного приготовления. Что желаете?
– Ах, какая удача! – Макс оскалился, не удостоив ее даже взгляда.– Сегодня нас обслужит провинциальная дура, которая не бросается на шею мужчинам, как «любая» другая, - он нарочно сделал акцент на слове «любая», напоминая ей ее собственную обвинительную речь. – Такие простушки прекрасно понимают, что им не допрыгнуть до звезд, и поэтому цепляют рыбешку помельче, но зато с тугим кошельком и просторной трешкой на Фрунзенской.