Газлайтер. Том 16 (СИ)
— Не я первый это начал, Владислав Владимирович, — бросаю. — Князь Ермолай сначала подговорил Перещегина напасть на Смородиных, а потом еще и своих вассалов натравил на Соколовых. Мне ничего не оставалось, как соответствующе ответить.
Красный Влад вздыхает, будто от тяжёлой ноши:
— Мы в курес уже всех деталей, Данила. Царь обещал сам разобраться с этим делом. За своих родичей не волнуйся. Больше пермские не тронут ни Соколовых, ни других твоих родственников. Хорошо?
Я издаю скептическое хмыканье, поднимаю брови, но всё-таки пожимаю плечами.
— Ладно, посмотрим, что там решится.
Красный Влад, наконец, отпускает Великопермского, кивая ему на выход. Тот, собрав остатки гордости, поспешно ретируется, шаркая в своём халате по мраморному полу, не оглядываясь. Лишь дверь за ним успевает захлопнуться, как Владислав оборачивается ко мне и прищуривается:
— Кстати, я уже в курсе насчёт твоей старшей сестры.
— Неужели?
— Ага, Екатерина Филинова — неплохо звучит.
— Вещая-Филинова, попрошу, — поправляю холодно.
Влад ухмыляется, но тут же возвращает себе серьёзный вид.
— Прошу прощения, конунг, Вещая-Филинова, так Вещая-Филинова, — отмахивается он. — Совету по дворянским делам уже доложено, и переход одобрят, но взамен есть условие. Давай прекратим возню с Великопермским. Царю не к лицу такие мелкие дрязги в княжеских кругах. Ты же сам понимаешь: у Ермолая огромная армия вассалов, всех тебе не перебить.
— Зачем мне перебивать всех? — удивляюсь. — Я же не мясник какой-то, Владислав Владимирович. Достаточно отрубить гидре голову в банном халате.
— Конунг, верно мыслишь, — невольно соглашается начальник Охранки. — И всё же давай не злить Царя понапрасну. Твои интересы соблюдаются, сам видишь.
Я прищуриваюсь, обдумывая предложение. С одной стороны, конфликт с Ермолаем мог бы ещё принести нехилые трофеи, но… раз сам Царь уже взял его в оборот, зачем мне тратить свои силы?
— Ладно, — пожимаю плечами. — Пусть Царь разбирается.
Влад кивает, удовлетворённый.
— Отлично. Значит, договорились. Тогда считай, что Катя теперь — твоя ответственность.
Я только ухмыляюсь в ответ, коротко кивая.
— С удовольствием буду так считать.
После недолгого пребывания на «Лубянке» я возвращаюсь домой, а вечером уже подъезжает и Катя. Как только она выходит из лимузина, её тут же окружает радостная суета: мама и жёны встречают девушку с объятиями и тёплыми улыбками, словно давно потерянного члена семьи. Катя немного смущена, но быстро оттаивает, отвечая им робким, но искренним смехом.
— У меня теперь есть старшая сестрёнка! Еху! — я поднимаю руки в победном жесте. Этот жест — такой нелепо-праздничный для главы рода — вызывает у Кати невольную улыбку, а остальные разражаются весёлым смехом.
— Не только у тебя, мелиндо! — Лакомка подхватывает мою игру, радостно обнимая Катю. — Добро пожаловать в нашу семью, милая!
— Спасибо… — смущённо отвечает Катя, немного растерявшись под градом тёплых слов и ласковых взглядов.
Когда общий шум стихает, она решительно подходит ко мне, выпрямляется, собирается с духом и, подняв подбородок, торжественно произносит:
— Я клянусь служить новому роду и тебе, Данила Степанович, как его главе, — голос звучит твёрдо и уверенно, как у человека, который принял решение раз и навсегда.
Я киваю, сдерживая торжественную улыбку. Момент важный, нельзя рушить пафос.
— Ты принята, Екатерина Игоревна, — отвечаю я и осторожно обнимаю её, чтобы поддержать. Она медлит, но потом тоже прижимается, обхватывая меня руками. В этот момент остальные девушки, которые держались в стороне, с радостными возгласами бросаются обнимать новоиспечённую золовку. И только Светка почему-то опять повисла у меня на шее.
— Ну что ж, — говорю я, отлепив блондинку от себя, и киваю в сторону леса, нависшего чёрной тенью на горизонте, — Сестрёнка, а теперь пойдём в одно местечко.
Катя моргает, удивлённо поднимает бровь:
— Куда?
— В усадьбу Филиновых, — улыбаюсь я. — Разве тебе не хочется увидеть нашу древнюю вотчину?
Катя замирает, а потом кивает:
— Еще как хочется!
Вот оно — наше родовое любопытство. Филиновых оно сгубило, а нас возвысит.
Мы с Катей уходим через заросший парк, граничащий с древней усадьбой Филиновых. Медленно обходим окраины поместья, направляясь к одной из особенно заброшенных частей. Астральные карманы начинают мерцать, будто приветствуя нас. Пожалуй, любого другого эти Карманы просто выпотрошили бы, но не нас — потомков Филиновых.
— Охх, Данила Степанович…мне вдруг так стало хорошо, — замирает Катя, обняв себя руками.
— Уже можешь звать меня Даней, сестренка, — усмехаюсь.
Она краснеет.
— Да, конечно, Даня, привычка просто… — Катя с удивлением оглядывается. — Чувствую вокруг пульсацию Астрала. Это и есть Астральные карманы?
— Они самые. Внутри Карманов бурлит преобразованная астральная сила. Она питает только тех, в ком течёт нужная кровь, — самодовольно усмехаюсь. — То есть нас с тобой. Потому ты и кайфуешь сейчас.
— Ох, понятно… — Катя, кажется, поражена. — Я столько страшного слышала об усадьбе Филиновых, а выходит, мне-то и бояться нечего.
— Ну вообще-то опасностей здесь тоже хватает, — усмехаюсь. — Но до них мы еще доберемся.
Видно, как Катя тащится.
— Даня…а поможет ли это мне овладеть Даром Роя? — её голос звучит с ноткой неуверенности.
— Дар Роя? — я фыркаю. — У нас с тобой нет никакого Роя. Рой — это наследие Филиновых. А у нас, Вещих-Филиновых, Дар Легиона. Привыкай к новым правилам.
— Легион? — она озадаченно моргает. — А какая между ним и Роем разница?
— Разница? — ухмыляюсь. — Ты разве не чувствуешь? Легион звучит круче!
Секунд пять Катя хлопает глазами, а затем вдруг заливается смехом. Смех этот короткий, но искренний.
Постепенно мы углубляемся в заброшенные сады поместья. Я выбираю Астральный карман у одной разрушенной беседки. Там мы с Катей усаживаемся на каменные скамей и погружаемся в медитацию.
Наши сознания воплощаются внутри Кармана, и Катя озадаченно оглядывается. В какой-то момент пространство разрывается шепчущей тьмой, и перед нами вырастают тени. Каждая с зубьями короны на голове. Ого, неужели явился наконец? А почем вас несколько?
— Даня, что это⁈ — Катя отступает за мою спину.
Я вглядываюсь в знакомые черные силуэты. Чувствую, насколько они слабы. Хм, опять мимо. Это не Король Теней, а лишь остатки его былой мощи. Так сказать, огрызки психической сущности.
— Всего лишь ментальный мусор, Кать! — бросаю я сестре. Рывком вытягиваю руку, направляя волю в пространство. Миг — и тени с шипением рассыпаются, растворяясь в Астрале.
— Что это было? — Катя переводит дыхание, лицо побледнело.
— Осколки одного сильного хрена. Этот Демон когда-то присосался к мозгам Филиновых, а потом его прикончили. Остались лишь эти призрачные тени…
Катя кивает, вытирая пот со лба.
— Этот карман мимо, — подвожу я итог. — Просыпаемся и шагаем в следующий.
Во втором кармане нас встречает нечто иное — сгусток силы, ворчащий, пульсирующий. Он принимает облик зверя — огненного петушка с обугленной чешуей, едва удерживающегося внутри силуэта. Лишь тонкие язычки пламени то и дело вырываются из его гребня и хвоста, мерцающие, как капли расплавленного металла. Слабенький, но вполне перспективный. То, что нужно для новичка.
— Попробуй подчинить его, — я ментально направляю Катю. — Это будет твоё первое подчинение легионера.
Она сжимает кулаки, сосредотачивается и осторожно вытягивает ладонь к петушку, который таращится на нас огромными, как угли, глазами.
— Ко-ко-ко? — словно бы вопросительно откликается огненное создание, склоняя пылающий гребень. Его голос — шипящий, будто трещат дрова в камине.
— Тяжело… — едва слышно шепчет Катя, стиснув зубы, на лбу выступает пот.
— Держись! Это только начало. Ты сможешь, — подбадриваю её, направляя телепатический импульс силы. — Охвати волей и сожми тиски.