Пигалица (СИ)

— Ничего не понимаю…, - растерянно говорю я. Кто её брат?
— Самсонов жил бедно, работал в офисе нашего отца в качестве «принеси-подай», — продолжает она, потупив взгляд, — а после смерти папы, он как-то узнал об интересе моего брата к тебе. И воспользовался этим! Признался, что он твой отец, и предложил сделку. Мой брат получает тебя, после того когда ты станешь совершеннолетней…но девственной и непорочной. А Самсонов получает деньги и… меня! Я ему была нужна, сугубо для мести Белинскому. Поскольку он не смог отомстить отцу Вадима, а твоя мать противилась ему всю жизнь, он решил отыграться на твоём брате.
— Нет! — с ужасом говорю я, постепенно осознавая весь этот коварный, сумасшедший план. Сколько жизней, судеб и всё ради двух больных психопатов.
— Нападение пять лет назад было спланировано, — добивает она меня, — и Костя, подослан как твой спаситель. Мальчик из старших классов — лучший вариант и не вызывал подозрения. За какой-то мобильный телефон, он неплохо сыграл свою роль. Самое главное эффект неожиданности, чтобы разлучить вас с братом, а дальше тебя умело вводили в заблуждение пять лет, чтобы ты преждевременно ничего не заподозрила и не начала сопротивляться. Тем самым прибавила бы лишних хлопот Лидии, ведь кроме неё, с тобой было некому заниматься. К тому же она была твоим опекуном по документам…
— О Боже! — выпиливаю я, обдумывая всё услышанное.
Сказать, что я была в шоке — это ничего не сказать!
Мне было жаль Вадима, Марину и даже себя, а всё потому, что какой-то неуверенный придурок, страдал от неразделённой любви, о которой боялся даже признаться! И теперь, меня интересовал главный вопрос — кто Он?
— Это всё что я знаю, Алиса, — грустно добавляет Марина, отрывая меня от раздумий. — А теперь скажи мне только одно…как он?
Я резко поднимаю на неё взгляд, сразу понимая о ком она. Вижу в глазах девушки печаль, интерес, любовь и с трудом сдерживаю слёзы.
А вдруг эта девушка и есть причиной, по которой Вадим не воспринимал серьёзных отношений! Что если Марине, пришлось разорвать отношения с братом, чтобы спасти его? Может её тоже шантажировали, угрожали…? И что только ей пришлось пережить, рядом с таким ублюдком как Самсонов? Даже представить страшно…
— Он до сих пор сам…уже не такой весельчак, но красивый и хороший, как когда-то, — рассказываю, и она улыбается. — Ты любишь его? — решаюсь спросить, и Марина сразу закрывается, испуганно оглядевшись по сторонам.
— Больше ничего не говори! Иногда и стены в этом доме имеют уши! — бросает она испуганно.
— В принципе, я уже знаю ответ. Вижу. И теперь, я понимаю, что ты звонила не совсем ради меня и нашей родственной помощи. Ты боялась, что Самсонов убьёт его из-за меня. Да? — догадываюсь, и она опускает взгляд. — Ты специально мне сказала об этом, чтобы я не стала бежать, ведь так бы обрела Вадима на верную смерть!
— Прости…, - лишь говорит она.
— Не стоит себя винить. Я бы никогда не простила себя, если бы с Вадимом, что-то произошло по моей вине. А так же, я воспользовалась твоим советом и лишилась этой чёртовой девственности…но с любимым человеком… Спасибо! — благодарю, вспоминая эти сладкие события.
И не смотря на то, что внизу живота ощущалась легкая боль а между ног до сих пор саднило, я чувствовала себя превосходно. Ещё бы, понежиться в горячей ванне или хотя бы принять быстрый душ, тогда вообще всё было бы великолепно! Но я прекрасно понимала, что это счастье, вряд ли мне подвернётся в ближайшее время.
— Рада за тебя. Только не спеши говорить об этом моему брату…
— А кто твой брат Марина? — задаю главный вопрос, а потом слышу у себя за спиной скрип двери.
— Он! — говорит девушка, посмотрев с презрением мне через плечо.
И я оборачиваюсь, на мгновение, теряя дар речи…
— Сора? Сора Данилов? — повторяю, поскольку не могла поверить в это.
  
Глава 43
 
Алиса.
— Привет, Пигалица, — говорит он спокойно, разглядывая меня слишком проницательно. На мгновение задерживает взгляд, на моей разбитой губе и его глаза темнеют от злости. — Почему у нее на губе рана? — спрашивает рыком, обращая внимание на моего отца, который вошёл следом за ним.
 
— Она слишком борзо себя вела…ударилась, — лжёт, но я его не исправляю. Мне было всё равно. Я никак не могла отойти от понимания того, кто всё время стоял за всеми неприятностями, которые коснулись меня и брата.
Когда крыса среди друзей, это самое худшее предательство!
— Не называй меня так…, - говорю задыхаясь. Не было сил даже кричать, но злость внутри просто распирала. — И это всё время был ты? Как ты мог? — выдавливаю, а он уравновешен, спокоен, словно ничего ужасного не сделал.
— Поговорим? — лишь просит, кивнув в коридор, предлагая мне выйти.
А что мне остаётся? Я хотела знать правду! Хотела знать всё…и в особенности, все его планы на меня!
Поднимаюсь на ноги, и очень медленно прохожу мимо него, он прикасается к моей руке, пытается придержать под локоть, но я отстраняюсь от него как бешенная и бросаю предупреждающий взгляд.
Сора выставляет перед собой руки, принимая поражение, и я двигаюсь дальше. Проходим совсем немного, он открывает мне дверь в соседнюю комнату, и я захожу внутрь, замирая в центре спальни.
А дальше слышится хлопок двери, щелчок замка, несколько шагов и он застывает за моей спиной.
— Присядешь? — вдруг спрашивает, и я понимаю, что он находится слишком близко. Поэтому и соглашаюсь сесть на диван, чтобы избавится от этой нежелательной близости, а так же видеть его перед собой.
— Говори, — бросаю, не отводя от него взгляда. Я пыталась взять себя в руки, но эта задача, была не посильна для меня.
— Я люблю тебя…, - сразу признаётся, и я отвожу глаза.
— Тебе не кажется, что слишком поздно для такого признания, спустя столько лет твоих ужасных поступков? Ты хоть знаешь, что мне пришлось пережить? Что пережил Вадим? Твоя сестра, в конце концов?!! А ты любишь? Это любовь? — срываюсь. — Когда любимый страдает, мучается и…погибает? Какая к чёрту любовь? — кричу, и он в одно мгновение оказывается рядом, приседая возле моих ног.
Прикасается к коленям, хочет быть ближе, но я толкаю его в грудь, отстраняюсь. Тщетно! Он сильнее, обхватывает мои плечи, прижимает к себе, к своему плечу и тяжело дыша, говорит:
— Ты всегда замечала только его…Ты смотрела на него по-другому, не так как на меня…
— Он больше заботился обо мне, — отвечаю, поскольку сразу поняла о ком идёт речь. Ревность! — Мы просто, слишком много проводили времени вместе, — пытаюсь объяснить ему, вырываясь, но он не отпускал.
— Это ты так думала, а он…постоянно твердил, что когда ты вырастешь — станешь его женой!
— Это бред! Шутка! Понимаешь? — отрицаю.
— Н-нет! — тянет Сора, наконец-то отстраняясь, позволяя мне вздохнуть. — Он бы получил тебя, а так — нет!
И я замираю, на мгновение умолкнув. Разглядываю его внимательным взглядом и вдруг понимаю, что его глаза не такие как раньше, зрачки расширенные и в общем, он какой-то дерганный, резкий.
— Ты болен! — заключаю. — К психиатру, пробовал обратиться?
Он с болью сдавливает мои предплечья, слегка встряхивает, а после отпускает и резко подводится на ноги.
— Это неважно…принимаешь меня ты или нет! — вдруг говорит он, игнорируя мои слова. — Со временем привыкнешь! Мой самолет, ждёт нас на аэродроме за городом. Сегодня мы улетаем во Францию! И уже через несколько дней ты станешь моей женой!!!
— Что ты несёшь? Я никогда не соглашусь, стать твоей женой! — кричу.
 
— Я это учёл…Но, мне не нужно твоё согласие! — рычит он, и я начинаю осознавать, что криками и сопротивление мне не удастся ничего добиться. Я знаю, что он может меня принудить, и не хотела этого, лишь потому выбираю другую тактику.
— Хорошо… Не спеши! Давай поговорим? Всё обсудим спокойно…, - прошу, пытаясь хоть что-то придумать. Если он заберёт меня во Францию, я никогда не вернусь обратно. Никогда не увижу брата, а Самсонов, завершит начатое, и прикончит Вадима, чтобы наконец-то свершить свою месть. А что будет с Мариной…к сожалению, бабушка долго не протянет. — Давай побудем здесь, чтобы я привыкла к тебе? — предлагаю, но он отрицательно качает головой.