Пигалица (СИ)

— Могу, — отвечает он. — Даже прямо сегодня…, - говорит он, и я замираю в его руках.
— Что ты хочешь взамен?
— Тебя…, - выдыхает мне на ухо, а моё сердце пропускает удар. — Пойдёшь со мной?
— Речь шла о трёх встречах…, - пытаюсь возмутиться, но он игнорирует мои слова, мгновенно меняя тему.
— У меня для тебя что-то есть! — обрывает он, слегка отстраняясь. Я ощущаю, как он несколько секунд рыскает во внутреннем кармане своего пиджака, а после вновь прижимается, но уже отпускает моё тело полностью. Осторожно собирает мои волосы в руку, перебрасывает их через одно плечо, и спустя короткое мгновение, к моей шее касается что-то холодное, опускаясь в ложбинку между грудей.
Машинально поднимаю руку, и ловлю пальцами объёмный кулон, который крепился к тоненькой цепочке. Опускаю взгляд, вижу небольшую птичку украшенную маленькими, сияющими камушками.
— С днём рождения, — говорит он, запечатлев быстрый поцелуй на моём виске. — Этот кулон, специально изготовили для тебя…маленькая птичка «Пигалица»… Как ты…
— Я не могу…
— Это подарок, — настаивает он, накрыв мою руку своей огромной ладонью, когда я попыталась снять подвеску, и я сразу сдаюсь, оставляя его на месте. Потом сниму…
— Хорошо, я оставлю его, если ты отпустишь меня и отойдёшь на безопасное расстояние, — ставлю условия, и он с неким сомнением убирает от меня руки, отступив не больше чем на десять сантиметров.
А я, пользуюсь возможностью, глубоко вдыхаю воздух в легкие, даю себе мысленные наставления быть сильной и не робеть, только потом оборачиваюсь к нему лицом и… Мгновенно теряю всю свою решительность…
  
Глава 22
 
Алиса
Дух перехватывает, когда смотришь на него…
Такой огромный, выше меня на две головы точно и шире в пять раз. Становится страшно рядом с ним, до дрожи в коленях. Даже не представляю, как он со своими габаритами, стоя позади меня, склонялся к моей шее и уху. Наверно было ужасно неудобно с таким-то различием между нами.
Пять лет назад, он был далеко не таким, всего лишь обычным парнем, весёлым, высоким, но худощавым. А сейчас, выглядел так, словно всё эти годы, прожигал часами в спортзале. Хотя, Илья всегда любил тяжёлый спорт, и ещё тогда, когда мы были одной семьёй, он любил с ребятами «потягать железо».
Сколько всего было, будто не в этой жизни, не с нами…
Но это прошлое и прожитое.
Илья другой, и я — другая. А между нами пропасть…
Пока я несколько секунд разглядывала мужчину, он тоже не стеснялся на меня смотреть. Водил взглядом с головы до ног, впитывал каждую особенность, изменение. Изучал.
— Хорошо, что ты всё же не брюнетка и не подстриглась…, - вдруг говорит он, взяв в плен прядь моих длинных светлых волос. Медленно пропускает их между своими пальцами и неотрывно смотрит мне в глаза. — Мне нравятся твои волосы.
— Зачем ты меня искал? — игнорирую его слова. Мне так сильно хотелось, чтобы этот разговор поскорее завершился, чтобы он сказал что хочет, помог брату, и тогда я бы наконец-то успокоилась. А все эти его взгляды, слова…не верю и не нужно.
— Ты моя…и я хочу, чтобы ты была со мной, — просто отвечает, и его рука оставляет мои волосы и прикасается к подбородку. Большой палец накрывает мою нижнюю губу и в ласкательном движении, медленно ведёт им вдоль, заставляя меня судорожно сглотнуть. — Пойдёшь со мной, и все неприятности для тебя и твоего брата завершатся, — добавляет, облизывая свои губы, а я отстраняюсь насколько это возможно, упираясь спиной в подоконник.
— А если нет…потонем быстрее чем мы предполагали? — уточняю, цитируя его слова, которые были накануне брошенные Вадиму.
— Нет, потонет твой брат, а ты…всё равно останешься со мной, — говорит он, недовольно поджимая губы.
— Это твои условия? Вновь лишить меня воли? Подчинить себе? — спрашиваю дрожащим голосом, а на глазах выступают слёзы. — Тогда, у меня есть второй вариант решения этой проблемы, и пусть он ничем не уступает твоему, но хотя бы останется надежда…, - выпаливаю, вспоминая «отца», одновременно толкаю Илью в грудь, но он не преступен. Даже не пошатнулся, только взгляд потемнел от злости, видимо понял, о чём я ему только что сказала.
 
— Даже не думай! — рычит, обхватив мои запястья. — Убью всех, кто приблизится к тебе! Мне похеру, что тебе там предложили и какие условия, сегодня ты уходишь со мной!
— Это не честно Илья, — плачу. — Мне сегодня день рождение, я только нашла брата…Ты не можешь со мной так поступить! Я не игрушка, не вещь! Я согласилась с тобой поговорить на едине, не для того, чтобы услышать свой приговор! Это должно было получиться по обоюдному согласию: ты помогаешь моему брату, я иду на твои условия. Но речь не шла о том, что я должна полностью отдаться в твою власть! Я слышала, ты просил встречи…
— Это были условия для твоего брата! — чеканит он.
— Думаешь, это всё решит? — тихо спрашиваю. — Если ты будешь меня принуждать…надеешься получить свое?
— Я не обижу тебя…
— Я тебе не верю! И больше не стану жить в заключение! — кричу, отбиваясь от его рук. — Каждый день, каждый час, минуту — я буду противиться тебе! И не успокоюсь, пока ты не исчезнешь с моего пути…, - выпаливаю с ненавистью, и в этот момент, дверь в комнату открывается и как вихрь влетает брат.
— Разговор окончен! — рычит он, схватив за плечо Илью, чтобы оттолкнуть от меня. — И убери от неё руки!
— Если хочешь остаться живым — вали нахер! — бросает Соболев угрожающе, а я сжимаюсь вся в комочек. Не хочу, чтобы они дрались, знаю, кто победит, и я не могла этого допустить.
Поэтому быстро отступаю в сторону и сразу оказываюсь в объятиях Вадима, который обхватывает меня двумя руками и отводит в сторону подальше от Ильи. Пока я здесь, он его не тронет, к тому же, в объятиях брата, мне было хорошо и спокойно.
— Она дрожит вся, ублюдок, — с ненавистью выплёвывает Вадим. — Больше никогда не подходи к ней…
— Даже и не надейся! Ты давно уже ничего не решаешь по отношению к ней! Я забираю её! — холодно отрезает, и я ощущаю, как тело брата напрягается.
— Только через мой труп, ты получишь её!
— Без вопросов! — отрезает он, а мне хочется упасть на пол, схватить себя за волосы и истерически кричать и кричать, пока не выйдет вся эта боль, безысходность, печаль.
Как он не понимает…
Своим давлением, он просто разрывает меня изнутри, поскольку сейчас, ставит меня перед трудным выбором. Я не хочу так, не могу и боюсь…
— Чего ты добиваешься? — вдруг, спокойно говорит Вадим, когда я незаметно для себя, сжимаю ворот его футболки в кулак. От жгучей боли внутри. — Хочешь сломать мою сестру, свести с ума, убить…?
— Заткнись! — рычит Илья. — Я бы никогда её не обидел!
— Ты даже не представляешь, что ей пришлось пережить из-за тебя…
— Вадим, — одергиваю я брата. — Не надо…
— Всё хорошо, родная, — успокаивающе говорит он мне, погладив по волосам. — Она пять лет просидела взаперти, в ограничениях и под строгим конвоем! Мне всё равно, что будет со мной. Возможно, я уже не жилец, но Алиску обидеть не позволю и заключить её вновь — не дам! Мне похер на твои связи Илья! Мне плевать сколько у тебя денег, но моя сестра пойдёт с тобой, если сама этого пожелает, в другом случае — проваливай из моего дома!
— Я люблю тебя, — шепчу Вадиму, за эту попытку. Он знает, что ничего не сможет сделать, но не отступал, и это стоило уважения.
— Кто? — вдруг спрашивает Илья, за моей спиной, и я слышу его приближающие шаги.
— А это уже не твоего ума, дело! — отрезает Вадим, отстраняя меня от него, когда мужчина хотел схватить мою руку.
 
Я бросаю быстрый взгляд на взбешённого Илью, и встречаюсь с ним глазами. Видимо он видит по моему состоянию, что Вадим не лжёт, поскольку я замечаю изменения в нём. Он сердится, недовольный, сжимает руки в кулаки, сцепляет плотно зубы, отчего желваки на его скулах начинают играть, но меняет прежнее решение.
— Хорошо, — выдавливает. — Попробуем по-другому… Я не хочу, чтобы ты меня боялась Алиса. Оставайся пока здесь. Всё равно, никуда уже не денешься! Но завтра…пойдёшь со мной на свидание.