Меня зовут господин Мацумото! Том 3 (СИ)

— Дедушке? — удивилась девушка, подумав о чём-то своём. — Точно. Нужно позвонить дедушке, пока не поздно.
Спохватившись, она позвонила своему и сказала, что любит его. Что сожалеет о случившемся и, вообще, он сам в этом виноват, — в конце заявила из вредности.
Её дед от такого неожиданного звонка малость обалдел. Заподозрил, что она, либо чего-то уже натворила, либо только собирается. Улёгшись поудобнее на прогретую солнцем крышу, застланную цветастыми половичками, я согнул ноги, закинул одну на другую и принялся выпускать дым. Сделать из него колечко у меня до сих пор не получалось. Демаскировать он не сможет, я же не дымовую шашку палю и не с эльфами в прятки играю.
— Да, всё нормально. Отстань. Я счастлива. У меня всё хорошо. Просто хотела сказать, что люблю тебя, — Бандо принялась оправдываться таким тоном, что я бы на его месте тоже не поверил. — Нет, я не на работе. Уехала за границу. Решила немного попутешествовать. Нет, не одна. С другом. Да, с другом. Что тут такого? Не повышай на меня голос. Нет, это просто друг. Что он делает? — менеджер посмотрела на меня безумным взглядом. — Лежит рядом и курит.
Я закашлялся, представив, что мог подумать её дедушка, основываясь на виноватых интонациях внучки, и тому, что она многого не договаривала.
— Когда мы вернёмся? Не знаю. Ещё не решили. В общем, если я на время пропаду, не беспокойся и не ищи меня. Нет, я не вышла тайно замуж. Да кому нужно твоё одобрение, старый… пень, — девушка разозлилась. — Всё, вешаю трубку, пока-пока. Целую.
— Бандо-сан, а вы смелая, — восхищённо покачал головой, заставив её смутиться.
— Господин, они уже близко. Ищут, где мы укрылись, — предупредил один из охранников, следивший за дорогой.
С наигранным кряхтением я приподнялся, отряхнулся и переместился в ту часть крыши, которая граничила с началом лестницы. Следующие несколько минут мы напряжённо прислушивались к окружающим звукам.
Разделившись, вооружённые арабы, выглядевшие неотличимо от местных горожан, прочёсывали местность. Один из них, к нашему невезению, решил проверить именно эту крышу. Выставив вперёд автомат, он осторожно принялся подниматься по лестнице, боясь неизвестности больше, чем мы его.
Наверное, мне нужно было поступить как в Assassin’s Creed. Эффектно спрыгнуть на него с крыши и бесшумно убить, каким-нибудь изощрённым способом, а потом, возомнив себя чёртовым акробатом, залезть обратно по стене. Однако я выбрал куда более простой способ потянуть время. И менее шумный, чем если бы мы его просто застрелили. На секунду высунувшись над парапетом, я метко метнул тяжёлый цветочный горшок с каким-то широколиственным растением, разбив и его, и чужую голову.
— Отлично. Немного времени у нас ещё есть, — полюбовался результатом.
— Давайте заберём его оружие, — предложила Бандо.
— Зачем? — я удивился, не видя в этом необходимости, уже зная, что мы будем делать дальше.
— Чтобы отстреливаться.
— Ты, правда, надеешься в кого-то попасть из древнего, не пристрелянного, изношенного калаша под огнём противника? Да ты не только смелая, но и большая оптимистка. Мы же не в кино и не с профессиональной армией имеем дело. Судя по внешнему виду, это даже не профессиональные наёмники, а местное отребье. Оружие у них такого же качества, как и подготовка.
— И что тогда будем делать? — растерянно моргнула девушка.
— Давай подумаем вместе. Сколько у нас шпаг?
— Ни одной, — она хоть и обалдела от такого вопроса, но честно ответила.
— Сколько у нас мушкетов?
— Ни одного.
— А сколько нас?
— Четверо.
— Надеюсь, все мушкетёры?
— Кто это?
— Неважно. А Д’Артаньяны есть?
— Директор, это какое-то ругательство?
Если человек любит читать и состоит в литературном клубе, это вовсе не означает, что он прочитал все книги, тем более иностранные.
— Почти. Ну, хотя бы вино-то у нас есть? — я фальшиво расстроился.
— Господин Мацумото, это мусульманская страна. Какое ещё вино? — ахнула Бандо, подумав, что начальник перегрелся на солнышке, забеспокоившись ещё сильнее.
 
— Я надеялся на хорошее, бургундское. Ну и как в таких условиях совершать героические поступки? Это решительно невозможно. Поэтому, когда нас прижмут всерьёз, мы тут же сдадимся. Выбираться из плена гораздо проще, чем с кладбища. Если это вопрос денег — то это даже не вопрос, а так, небольшая, досадная помеха.
Будь я один, то, возможно, попытался бы что-то предпринять, но с таким гражданским «багажом» не хочу рисковать. Как не хочу терять и охранников. Они тоже люди, у них есть семьи. К тому же геройствовать в чужой стране — это крайне неблагодарная работа.
Несколько секунд Бандо сверлила меня недоверчивым взглядом, надеясь услышать, что нас уже спешит спасать пятый американский флот, базирующийся в Бахрейне, считай, рядом. Не дождавшись, схватила телефон и опять принялась кому-то срочно звонить.
— Фукуда? Это я. Как у тебя дела? Как там в офисе? — принялась расспрашивать юриста подозрительно заботливым тоном. — Цветы уже полила? Поела? А у нас тут хорошо. Тепло. Весело. Много фиников и бананов. А ещё нас пытаются убить какие-то бородатые отморозки. Директор сошёл с ума. Одну нашу машину взорвали, другую расстреляли. Мы сейчас прячемся на какой-то вонючей, задрипанной крыше и ждём, когда нас придут убивать. Кстати, под домом валяется мужик с пробитой головой, в обнимку с автоматом, который оказался никому не нужен, — принялась перечислять со всё возрастающим темпом, под конец резко замедлившись. — А так, всё замечательно. Нет, я трезвая. Ничего я не курила. Какой кальян? Не успела ещё.
Вдали раздались разгневанные голоса террористов. Кажется, сейчас начнётся заключительная часть нападения. Не знаю, о чём подумали террористы, но, обнаружив своего собрата на лестнице, они сделали правильные выводы и принялись издали палить по парапету из стрелкового оружия.
Улёгшись на крыше, Бандо победно заявила.
— А я что тебе говорила. Слышишь? Смотри.
Подняв руку с телефоном, включив видео, она высунула его над краем парапета, направив камеру на улицу. Несколько минут вела передачу в духе фронтовых репортёров, со своими комментариями. Когда телефон был опущен и развёрнут ко мне, я попытался приободрить павших духом сотрудников.
— Фукуда-сан, не слушайте вы её. Всё у нас хорошо. Это небольшое недопонимание с местными жителями. Сейчас всё решим. Это у них обычаи такие. Свадьбу празднуют, вот и стреляют, а мы случайно дорогу им не уступили. Тут так принято выяснять отношения. У кого стволов меньше, тот обязан уступать дорогу. Мы же не знали, что у них больше.
— А танк им тогда зачем? — повысив голос, чтобы перекрыть шум стрельбы, шокировано поинтересовалась госпожа юрист, поражаясь чужим законам.
— Какой ещё танк? — тут уже я опешил.
Напрягшись, на секунду высунулся, проигнорировав совет беспомощного охранника, и быстро оглядел улицу. На моих глазах из-за поворота выезжала целая колонна пикапов с крупнокалиберными пулемётами, укрытыми пуленепробиваемыми, самодельными щитами, возглавляемая бронетранспортёром, ошибочно принятым за танк.
«Нам крышка!» — мысленно оценил перспективы.
Вглядевшись в опознавательные знаки на бронетранспортёре, тут же перефразировал это выражение.
«Им крышка!»
Действительно, развернув пушки, представители местных сил самообороны азартно принялись наводить в своём доме порядок. Они буквально разметали террористов по окрестностям, во всех смыслах.
— А вот и кавалерия подоспела, — прокомментировал увиденное. — Не зря время тянули. Теперь быстро делаем максимально миролюбивый, испуганный вид заблудившихся туристов и не дёргаемся.
После того, как нас доставили в полицейский участок, вместе со всеми, кого солдатам удалось поймать на улице, туда же приехал Карим аль-Бадар. Нас даже допросить не успели. Племянник моего партнёра, пользующегося здесь определённым авторитетом, а также имеющим обширные связи с движением Ансаруллах, быстро объяснил начальнику участка ситуацию. Из подозрительных типов мы мгновенно стали уважаемыми гостями. Нам тут же вернули отнятые вещи, деньги, оружие и с почётом, в сопровождении целой колонны военной техники, доставили на территорию рода аль-Бадар. Заодно представители законной в городе власти заверили, что никаких претензий к нам не имеют. Сработал принцип: Друг моего друга — мой друг. У меня возникло подозрение, что, даже если бы я палил из гранатомёта по машинам и домам, всё закончилось бы тем же самым. Если у тебя много денег — это страна больших возможностей, по другому и не скажешь.