Я буду рядом (СИ)
— А вот мне она с первого взгляда не понравилась! — громогласно объявил Сократ.
— Если не понравилось, почему сразу не разобрался, — бросил в его сторону принц, отчетливо скрипнув зубами. — Под боком у твоей хозяйки не пойми кто обретается, а ты и в ус не дуешь.
— Я был занят! — с обидой провозгласил кот. — Между прочим, я хоть и кот, но дел у меня выше чердака!
— Каких дел? — хохотнул возле окна Шейн, присаживаясь на край подоконника. — Из всех твоих дел — утащить рыбку с кухни и сжевать её где — будь в укромном местечке, пока кухарки не отобрали.
— Ты что, еду воруешь? — возмутилась я, уставившись на кота.
— Не ворую, а одалживаю в благотворительных целях! — не смутился пушистый, тут же встав на защиту своего непомерно избалованного желудка.
— Благотворительность подразумевает безвозмездную помощь нуждающимся, — отчеканила я, пораженная до глубины души фактом мародерства собственного питомца.
— Ну, вот! — кивнула хитрая одноглазая морда, ткнув себя лапкой в пушистую грудь с белым пятнышком. — Я — нуждающийся! И безвозмездно помогаю сам себе!
— Слышишь ты, нуждающийся, — начала злиться я. — Тырить прекращай, — И тут я кое — что вспомнила. Очень запоздало, конечно, за что мне не было никакого прощения. — Так, стоп! А где Тим?
Парни переглянулись. Очень нехорошо так переглянулись.
— Вы что с ним сделали, изверги? — схватилась за голову я, едва не плача.
— Эй, эй! — потянулся ко мне Инсар. — Ты чего тут удумала? А, ну! Подотри слезы! Жив твой мальчишка, дрыхнет в комнате Шейна, да так, что от его храпа занавески на окнах шевелятся. Твой дружок зачем — то заперся в купальню, когда там девчонки после тренировки отмывались. Сама понимаешь, девицы крик подняли и бросились на несчастного разъяренными фуриями. Как парню удалось сбежать от десятка жаждущих линчевания колдуний, понятия не имею, но мы на него наткнулись, когда он пытался спрятаться в зале для медитаций. Пришлось забрать к себе, потому что народ уже приступил к его розыску с вилами наизготовку.
Я испуганно прикрыла рот ладошкой.
— Не смотри так, — пряча улыбку, провокационно попросил Тиес. — А то я начинаю…
— Инсар! — рявкнул Сатус, в чьих глазах уже не просто горел огонь, там полыхало адское пламя.
Тиес расхохотался, откидываясь назад и увеличивая расстоянием между мной и ним.
— Давайте вернемся к насущным проблемам, — сурово свел брови у переносицы Кан. — С Мирой жил кто — то, кто скрывал свою истинную суть под личиной Микаэллы Бувье. Мотивы этой личности нам неизвестны, как и то, куда она делась.
— И куда делся Янг, — сурово добавил Тай.
— Не могу понять, почему это проблема? — пробормотала я. — Ваш друг уже большой мальчик. Может распоряжаться собственной жизнью, как пожелает.
— Ты многого не понимаешь, — с нажимом проговорил принц.
— Так объясни ей, — предложил Киан Флейтри, впервые за все время вступивший в разговор. — Так будет проще для всех.
— Да, Тай, — поддержал его Шейн. — Пора раскрыть карты, тем более, она и так уже многое о нас знает, как и мы о ней.
— Согласен, — пророкотал Кан. — Нет смысла играть в загадочность.
Тай выслушал всех, потер лицо, разом вдруг став как — то старше, взрослее. Я вспомнила слова Сократа о том, что демоны старше, чем кажется на первый взгляд и задалась вопросом, сколько же лет нас отделяет друг от друга? И что он успел пережить такого, о чем я не могу даже догадываться?
— Приближается сложное время, — он посмотрел на друзей. — Сложное для нас всех время, которое не только определит судьбу каждого, но и укажет на того, кто достоин занять трон правителя Аттеры на ближайшие четыре сотни лет.
— Если вы про Битву Девяти, то мне уже все известно, — прервала я его плавный поток речи. — Мне Сократ все рассказал.
Кот встрепенулся.
— Ну, да. А что такого? Все о ней знают!
— Да, — поддержала я своего хранителя. — Вы — воины, которые будут драться друг с другом на своем великом турнире, и тот, кто победит — станет королем.
— Императором, — наставительно поправил Сатус. — И дело не столько в победе, сколько…
— В выживании, — закончил за него Кан.
Мой взгляд рассеялся, потеряв концентрацию.
— Да, ты все поняла правильно. Не все из нас выживут, — кивнул принц.
— Хотя мы очень на это надеемся, — с энтузиазмом подхватился Инсар.
— И не только на это, — смерил его взглядом Сатус, одной только силой своей железной воли заставляя друга стать серьезнее. — Мы собираемся поломать систему. Изменить правила. И идем к этой цели уже много лет.
— Что — то мне не очень понятно…, — начала я неуверенно.
— Видишь ли, — вздохнул Кан. Демон казался витающим в своих мыслях где — то очень далеко, но при этом не забывающим прислушиваться к происходящему в комнате. — Камо, то есть, воины, никогда ранее не сотрудничали друг с другом. Не было такого, чтобы они объединялись для совместной победы. А мы объединились.
— Но, если победа будет общей, — начала размышлять я. — То, как вы определите императора?
— Путем голосования, в результате которого власть достанется одной из девяти семей. Окончательно. Её представитель станет императором, но главное — он сможет передать трон своему наследнику без очередного бессмысленного кровопролития, а тот — своему, и так дальше.
— Вы хотите отменить традицию сражаться за трон? — изумленно встрепенулся Сократ.
— Мы хотим сделать так, чтобы эта Битва стала последней в истории, — с нажимом, в котором чувствовалось что — то еще, помимо тяги к преобразованиям, произнес Тай. — А после провести ряд реформ, в том числе, собрать представителей от разных сословий и дать им возможность принять участие в управлении страной.
— То есть, вы планируете государственный переворот, — подвела я итог.
— В Аттере сохранится главенство монархии и аристократии, только монархия станет наследуемой, а аристократия поделится правами с другими членами общества, — спокойно пояснил Сатус. — Наше общество нуждается в переменах. И мы собираемся эти перемены обеспечить.
— Не знаю, как в вашем мире, — осторожно начала я. — Но в история в моем показывает, что когда аристократию пытаются заставить чем — то делиться, то это либо уничтожает её как вид в результате революции, либо приводит к насильственной смене правителя. Я ни на что не намекаю, но вы не боитесь, что вам просто не дадут изменить устоявшиеся правила?
— Ты права, — легко согласился Тай, на что я даже не рассчитывала. — Нас мало и у нас есть враги, — руки принца сжались в кулаки.
— Семеро из девяти, — быстро посчитала я. — Не так уж и мало.
— От каждой семьи на Битву отправляются по два участника, Мира. А не по одному. Так что, семеро из восемнадцати, а вернее, — он с досадой поморщился. — Пятеро из восемнадцати, теперь уже.
— Блейн, — мой голос предательски дрогнул. — Он…
— Он не умер, — поторопился утешить меня Шейн. — Но после случившегося у нас есть некоторые сомнения, не изменит ли он своего решения по поводу Битвы.
— А Феликс? — заволновалась я. — Вы же не думаете, что он…
— А вот здесь всё совсем непонятно, — вздохнул Инсар, который перестал лихо улыбаться и погрустнел. — Понимаешь, Мира, есть те, кто не желают, чтобы мы дожили до Битвы. Ситуацию усугубляет и то, что они — наши родственники.
— Что?! — подпрыгнула я и бросила Сатусу обвинение: — Почему ты мне не сказал?
— Это решаемая проблема, — заявил он с непоколебимой уверенностью, а после добавил:
— Но ты тоже со мной не спешишь откровенничать.
Наши взгляды скрестились, подобно шпагам.
— Я расскажу про себя, а ты расскажешь про себя, — предложила я, быстро устав от этого безмолвного соперничества. — Договорились?
Он сдержанно кивнул.
— Мира, — с предостережением начал Сократ, в очевидной попытке остановить меня.
— Так надо, — пресекла я все его старания на корню.
И начала рассказывать. Всё с самого начала. Как умерла мама, как я жила без неё, как страдал отец и как пыталась уничтожить любую память о маме бабушка. Как поддерживал меня Тим и как однажды он привез меня на кладбище, где у каменной статуи с крыльями, воздвигнутой в память о маме, вдруг исчезло лицо. А дальше — как появился Сократ, как заманил меня в проложенный Миленой проход из Межмирья в мой мир, как я познакомилась с хозяйкой заставы и как она погибла от рук скрывающего свой облик убийцы, который пытался прикончить и нас с Сократом…