Семья моего мужа против развода (СИ)

Ирма прижалась ко мне сбоку.
Меня защищает или себя? Окружающая обстановка заметно напрягала служанку, хотя никакой опасности нам не грозило. Интереса к двум девушкам никто не проявлял.
Я прошлась вдоль одного из стеллажей, но многие названия были совершенно непонятны. Не завидую я Эдварду. Да и себе тоже. Пообещала добыть литературу, толком не разбираясь в этой материи.
И кого обманула – только себя.
Побродив вдоль книжных полок еще несколько минут, вынуждена была признать, что ситуация лучше не стала. Пора бы искать продавца или хозяина лавки. Рискнуть и отвлечь кого-то из покупателей было боязно.
- «Деструктивизация второстепенных потоков побочной маны» - что за фигня? – держа в руке красного цвета томик с золоченным тиснением хмуро бормочу себе под нос.
- Редкостная.
Мы с Ирмой одинаково подпрыгиваем и, держа руку у колотящихся быстро сердец, опасливо оборачиваемся. Я будто не в книжном, а на квесте в доме со всякими страшилками. Раньше мне нравилось избавляться от накопившегося стресса в подобных местах, щекотать себе нервишки, забывая о насущных проблемах и рутине, но в реальности, когда знаешь, что это не игра, испытывать подобное было не в радость.
Молодой мужчина с длинными шелковистыми на вид иссиня-черными волосами и серьгой в правом ухе улыбается, довольный нашим испугом на лицах в полумраке противоположного конца узкого коридора между полками.
Маг.
Иначе я бы не слышала его голос так близко, словно он на ухо прошептал, при том, что фактически он находился шагах в двадцати от нас. Да и бормотание мое он тоже слышать не мог. Если смотреть на это с точки зрения привычной мне физики.
- Редкостная фигня, - повторил брюнет громче, скалясь и уменьшая расстояние между нами. – Написанная одним умником, проводящим все свое время в затворничестве. Позвольте узнать, что прекрасные дамы делают в такой дыре? О приворотных зельях «труды» вы найдете через улицу в туристической лавке.
Как грубо.
- Редкостная фигня – это то, что вылетает из вашего рта. А мы ищем учебники для изучения магии.
Я рассматриваю мужчину внимательнее. И чего он такой здоровый? Или Юнис и впрямь такая мелочь? Эдварду тоже пришлось наклоняться, общаясь со мной. Но он не был таким высоким как этот незнакомец.
Ирма сделала крохотный шажочек мне за плечо.
Трусишка, и какая мне от нее рядом помощь? Но даже так присутствие знакомого человека прибавляло уверенности.
Я же, наоборот, выпрямилась и вытянула шею, чтобы хоть немножко казаться выше, чем являюсь. Со стороны мы с магом, наверное, смотримся как чихуахуа и немецкий дог.
- Вам помочь? Если вежливо попросите, то я снизойду до того, чтобы оказать посильную услугу двум плебейкам, оказавшимся здесь не к месту.
Оскорбления так и сыплются с чувственных губ этого симпатичного, если судить по одной лишь внешности, мужчины.
Я улыбаюсь, неожиданная для незнакомца реакция:
- Вы правы. Не отказались бы от вашего великодушного предложения в поиске нужной литературы!
Дают – бери, грешно отказываться, когда реально не помешала бы рука помощи. Пусть и от такого высокомерного «патриция». И никто не посмеет ударить в озаренное улыбкой лицо.
Цепкий взгляд васильково-синих глаз мужчины задерживается на несколько секунд на моем лице.
- Что ж, так тому и быть, - хрипит отчего-то он, пристально разглядывая воздух вокруг меня.
В чем дело?
Вздергиваю бровь, но молча следую за ним в противоположный конец книжного. Мог бы и помедленнее, не у всех такие длинные ноги.
Вопреки не лучшему первому впечатлению, мужчина серьезен в том, чтобы мне помочь. Хотя его за язык никто не тянул и об услуге не просил. Он споро снимает книги с полок, тянется верх за расположенными особенно высоко учебниками и даже попутно комментирует, о чем эти труды и с чего лучше начать, что читать после.
- Благодарю, вы очень помогли, - спустя часа полтора улыбаюсь я. Сама бы в жизни не отыскала в этих лабиринтах нужное.
Брюнет смеется.
Мама дорогая, что за смех!
Если бы его можно было попробовать на вкус, то готова поспорить, он оказался бы пряным, с винно-цитрусовыми нотками, весь из себя сладко-горький и тягучий как горячий глинтвейн зимним вечером.
 
- Леди…
Снова это обращение.
По мне не видно, что я замужем?
Ну, наверное, да.
Мы с Рейнардом кольцами не обменивались. И клятв никаких друг другу тоже не давали. Свадьба вообще, судя по воспоминаниям той Юнис, прошла весьма скромно. Были только близкие родственники да регистратор, который засвидетельствовал наш союз. Похоже на сделку. И ею является.
- Юнис. Это мое имя. А ваше?
- Можете звать меня Дан, – отвечает маг, широко улыбнувшись. На его смуглом лице проступают ямочки.
Это имя ничего мне не говорило. Вероятно, он просто один из неназванных в романе персонажей, оставшихся за кадром. Вряд ли нам представиться шанс снова встретиться, так что я вежливо попрощалась, и мы с Ирмой вернулись в экипаж; так и чувствовала спиной как мужчина глядит вслед своими колдовскими васильковыми глазами, но не оглянулась. Я дама замужняя. Вот получу развод, там посмотрим…
- Ваша светлость, куда теперь?
Я задумалась. Возвращаться в дом, где за каждым моим шагом будут следить мерзкие глазенки дворецкого, не хотелось. Вчера думала наведаться к поверенному, который управляет трастами троих отпрысков рода Эккарт, но в банке все разрешилось без проблем, так что надобности в поездке не видела.
- Давай в торговую компанию «Эккарт», - махнула я кучеру.
Основанный на руинах бизнес герцога был его настоящим детищем. Почти все свое время он проводил там, а не дома или с друзьями. Хотя, так сложилось, что большинство приятелей мужа работали с ним вместе.
Рейнард оставил им подробные инструкции, каждый раз как его корабль заходил в порт, отправлял письма. Вообще обидно, что ни одно из них не было адресовано ни законной супруге, ни братьям и сестре.
Эти братско-сестринские отношения были паршивыми задолго до прихода в семью нового человека. Но кровь не водица, в романе его светлость вернулся и наказал Юнис за то, что по ее вине его родные кончили печально.
Здание компании ничуть не меньше, чем пятиэтажное строение управления бюро расследований. Своим стилем снаружи напоминает питерское необарокко: колонны, много узоров и декора. С размахом, сразу видно, что у владельца куры денег не клюют.
Я толкаю массивную дубовую дверь и захожу внутрь. Ирма с опаской следует попятам. Опасается, но молчит. Уже хорошо. Хотя бы не отговаривает и не мешает.
Работники не могут не знать жену своего босса в лицо.
- Госпожа Юнис! – вскакивает на ноги девушка за столом рядом со входом, завидев меня, перешедшую порог компании.
Думается мне, такому узнаванию способствовали статьи и сопровождающие их снимки той писаки, которая дни считает, побыстрее бы герцог развелся. Секрет для них – я и сама жду этого заветного дня!
Лично в компанию Юнис приходит впервые. До этого ей здесь было делать нечего. Скорее даже, она избегала этого здания и объезжала его десятой дорогой.
- Здравствуйте, - киваю вежливо я, не обращая внимания на излишнее возбуждение ресепшионистки и стараясь игнорировать тревогу в ее больших по-беличьи глазках. – Можете проводить меня к заместителю его светлости?
Да, странно, наверное, собственного мужа называть вежливым обращением в соответствии с его дворянским титулом, но как еще тогда прикажете мне о нем говорить? По имени называть как-то неловко. А других вариантов не было и вовсе.
Взгляды чувствую всю дорогу до кабинета исполняющего обязанности руководителя. Некоторые особенно любопытные работники даже повскакивала со своих мест. Честное слово, я как будто знаменитость на гастролях!
Уже жалею, что сунулась сюда. Но все же лучше начать сейчас, до того, как Рейнард станет безвестно пропавшим. Если сунусь в компанию после, в таких незавидных обстоятельствах, у многих могут закрасться мысли, не с моей ли легкой руки избавились от герцога.