Кодовое слово: Аненербе (СИ)
Глава 26
Лаборатория сознания
Сколько я просидела в этих покоях? День, два, три? И ко мне как по часам приезжала еда. Всё та же девушка приносила разнообразные вкусности, но чтобы я у неё не спросила, мочит, как партизан на допросе. Аж бесит!
От безделья поковырялась в планшете, изучила его принцип действия, но ничего интересного, никакой стоящей информации так и не нашла. Признаюсь, искала хоть что-то об этой подозрительной Ингрид Шантакаль, но чистый, белый лист. Будто вся информация начисто засекречена.
Кто она такая? Если сложить всё то, что я знаю, она монаршая особа, раз все, вплоть до компьютера, обращаются к ней не иначе, как «Её Высочество». Это первое. Второе. Она как-то связана с Императором, иначе как объяснить все его усердия для «восстановления моей памяти». Я никого и ничего не забывала.
Моя жизнь совершенно обычна и не несёт в себе ничего важного. Кроме моих родителей. Друзей. Всей той моей жизни, которую у меня отобрали. Я совершенно обычная девочка. За исключение того, что после вторжения во мне проснулись какие-то сверхъестественные силы. Опять же, не я тому была виной. Не я.
Моё детство прошло вместе с родителями, с бабушками и дедушками. После переезда из Мюнхена я долго не могла приспособиться к новой жизни, к новым, абсолютно чужим людям и их менталитету. Мне всё казалось ужасным! И я помню это. Однако, чем дальше, тем легче. Помню, как учила русский язык, и как радовалась, что у меня он получается лучше, чем у родителей.
Я помню, как детский сад и начальная школа исковеркали моё представление о детях и взрослых. Как долго отходила от этого. Как со страхом переходила в новую школу, в которой мне подарили надежду на то, что всё же хороших людей гораздо больше.
Там я познакомилась с Дашей Гончаровой, очень смешной, говорливой девочкой, которая сама подсела ко мне перед уроком географии. Тогда я с месяц ходила в блаженном одиночестве, пока Гончарова не обратила на хмурую меня своё солнечное внимание. И как я благодарна, что Дашка именно такая. Весёлая, смешная, яркая и добрая. Она сильно от меня отличается. Как день и ночь. При всей её взбалмошности, она потрясающе верный, преданный друг. Пока я сама не научилась себя защищать, Гончарова могла и морду начистить при случае. Но это потребовалось лишь однажды. И то, никакой опасности-то и не было.
Один симпатичный мальчик из параллельного класса начал ходить за мной по пятам, активно требуя познакомиться. И я не была против. Не противный, воспитанный и очень красивый. Как раз во вкусе одиннадцатилетней меня! Однако Дашка, лишь завидев этого парня, налетела на того с кулаками, даже не разобравшись, что он от меня хотел-то. В итоге нашу троицу загребли к директору. Да, троицу. И да, этим парнем был Артём Бондарев. Вот только если мы с Тёмой сразу нашли между собой язык, то с Гончаровой у них долго была война. Не на жизнь, а на смерть! Оба никак не могли меня поделить, что ни для кого не являлось секретом. Для победы Тёма даже перешёл из «А» класса, в наш, «Б». А, как известно, А-шки и Б-шки теперь друг друга не могут! Но не мы с Тёмой.
С грехом пополам мне удалось сдружить этих оболтусов между собой и, начиная с седьмого класса, мы стали не разлей вода. Нашей дружбе завидовали оба класса. Многие хотели дружить с нами, но мы стойко держали оборону. Никого не пускали в нашу вселенную.
Так я и лежала, зарывшись под одеяло, вспоминая всю свою тихую, счастливую жизнь….
Поскольку заняться в покоях было нечем, я периодически выходила на прогулку по шаттлу, но никто посторонний не попадался мне за это время. До сегодняшнего дня.
Пока разгуливала по многочисленным железным лабиринтам, особо не надеялась кого-либо встретить. Пока из-за поворота не врезалась в самого Императора. Настроения разговаривать с ним у меня не было. Вспоминая, как приветствуют монаршую особу его подданные, я лишь едва склонила голову. Большего он от меня не дождётся.
— Гуляешь? — Спросил Вайлас, когда я уже развернулась, чтобы вернуться в выделенную мне комнату.
— Да, Ваше Величество. Надеюсь, это не воспрещается? — Хоть и развернулась к нему лицом, голову так и не подняла.
— Пока не делаешь попыток сбежать, нет. — Сказал, как отрезал.
— И куда тут можно убежать? В открытый космос?! — С иронией выдала я нашем, на человеческом языке. Даже сама удивилась, когда услышала родной голос.
Когда вскинула голову к Императору, увидела его странное выражение лица. Он видимо не понял, что я сморозила, но вид был такой, будто я в одночасье превратилась в приведение. Его глаза внимательно бегали по мне, что-то выискивая.
— Что ты сказала? — Прошептал мужчина, всё ещё прожигая меня взглядом.
Я лишь отрицательно покрутила головой, мол, это не так важно.
— Это твой земной голос? — Снова задался вопросом Император. Я кивнула.
— Можно вопрос? — Раз возникло такое недоразумение, может хоть Правитель сможет мне ответить на вопрос, который уже давно меня мучает.
Его Величество коротко кивает. Значит, даёте добро? Хорошо.
— Почему я понимаю ваш язык и сама могу говорить на нём? — Честно говоря, не рассчитывала на его ответ.
Но вместо слов, мужчина взял мою левую руку, где обосновалась уже яркая, невероятно прекрасная, в каком-то смысле даже живая, татуировка. О ней я как-то вообще подзабыла за это время.
— Она. Метка истинности или синтагма. Когда она появилась у тебя, твой организм стал преображаться. Стал таким же, как у всех людей Межгалактического союза. Поэтому ты понимаешь этот язык. — У Правителя тон был такой, будто всё, что он сейчас натрепал мне здесь, это само собой разумеющееся! Не сказать, что я всё поняла. Да и особо не вслушивалась, когда услышала фразу, заставившую меня задуматься.
— Погодите. — Задумчиво произнесла я, а в башке шестерёнки закрутились с удвоенной силой.
Мне же это не послышалось?
— Только один вопрос. — Отрезал Правитель и уже собирался уйти, но я вцепилась пальцами в его длинный, широкий рукав, который валялся по полу. Странная у них мода, однако.
— Невозможно что-то требовать от меня, при этом самому оставаясь в стороне! — Раздражённо пробормотала я. — Не хотите объяснять, пожалуйста, ваше право. Но потом не обвиняйте меня в недопонимании и яростном желании исчезнуть с ваших глаз.
Ничего больше не говоря, я отпустила Правителя и с бешено колотящимся сердцем, пошла дальше. Нет, я не завернула свою прогулку, наоборот, решила пройтись ещё больше, чтобы успокоиться, прийти в норму.
Но только я отошла буквально на пару шагов, меня тут же остановили. Император схватил за запястье и с силой потянул на себя. Я как могла, сопротивлялась, но, увы, сила была не на моей стороне. В какой-то момент просто упёрлась в грудь Правителя, застыв от неловкости.
— Не смей уходить. — Прохрипел мужчина, с каждым новым вдохом сжимая меня всё сильнее. Я боялась, что он меня раздавит с минуты на минуту. Такое ощущение сложилось, что Вайлас в буквальном смысле хочет меня в себе растворить!
— Да отпустите уже! — Протянула я, стараясь вылезти из его чудовищного захвата. — Мне дышать нечем. — Старательно изобразила хрипы и стоны, будто уже умираю.
Вайлас тут же ослабил хватку, но из рук никуда не выпустил.
— Действительно ли ты готова узнать всю правду? — Подтянул меня к себе, но, не вжимая, а просто близко. Взял за подбородок и внимательно посмотрел в мои глаза. И видимо нашёл то, что искал. Мою уверенность. Решительность.
Не говоря больше ни слова, отпустил и коротко приказал следовать за ним. Я и пошла. Раз уж меня ввязали в эту авантюру, придётся следовать чёртовым правилам.
Шли мы долго. Я уже успела снова проголодаться и порядком устать. Когда в трехсотый раз тяжко вздохнула, мы, наконец-то, остановились перед широкой двухстворчатой дверью. Вход в помещение осуществлялся исключительно введением в ЭВМ данных сетчатки глаза! Я такое видела только в фильмах! Настолько сильно меня это поразило, что я застыла как вкопанная.