Горячая зона (ЛП)

Он на мгновение задумался об этом. — Полагаю, ты не имеешь ни малейшего представления, где находится лаборатория?
— Неа. Они забрали весь мой янтарь. Лайл — это он вывел меня на поверхность. Все, что я могу сказать, это то, что, когда я выбралась из катакомб, я остановила грузовик на шоссе возле парапсихиатрической больницы Амбер Крест. Некоторое лабораторное оборудование, которое использовал доктор Бланкеншип, было промаркировано компанией Амбер Крест. Я видела бирки на некоторых инструментах.
— Хм. Думаешь, Бланкеншип работает в «Амбер Крест»?
— Не имею представления. Это все, что у меня есть, и мы оба знаем, что это не так уж и много. Она наблюдала за ним с осторожностью. — Что думаешь?
— Я думаю, было бы неплохо найти этого доктора Бланкеншипа. Кто-то также должен поговорить с Кирком Морганом.
— Поверь мне, они оба будут все отрицать, и доказать правоту будет невозможно, — сказала она. — За ними стоит мощь Гильдий. Они хорошо защищены.
— Ты не очень веришь в способность Палаты контролировать Гильдии, не так ли?
— Неа. Я больше никогда не буду доверять никому, связанному с Гильдиями.
— Ты здесь, одна, ночью, со мной, — отметил он.
— Это другое. На Рейншедоу, я в безопасности. На этом острове всем заправляет Фонд, а не Гильдии.
— Здесь она полностью права, — подумал он. Фонд контролировался могущественной семьей Себастьян. Себастьяны были силой, с которой нужно было считаться. Они пригласили Гильдию очистить Подземный мир, но если бы они передумали, они могли бы с такой же легкостью выдворить Гильдию. Кроме того, начальник полиции острова Слэйд Эттридж был бывшим агентом Федерального бюро пси-расследований и имел связи в правоохранительных органах. Все указывало на то, что шеф Эттридж очень серьезно относился к своим обязанностям перед жителями Шедоу-Бэй.
Сайрус улыбнулся.
— Что смешного? — подозрительно спросила Седона.
— Я просто подумал, что ты приняла верное решение — переехать на Рейншедоу, — сказал он.
— И я того же мнения, — сказала она. — Это город, полный людей, которые не очень хорошо вписываются в основное общество.
— Ты считаешь себя неудачницей?
— С момента рождения.
Седона остановилась перед коттеджем, весело украшенным к Хэллоуину. К потолку над крыльцом были подвешены оранжевые и зеленые фонари. Возле входной двери стояла вырезанная тыква с омерзительной улыбкой. Скелет, закутанный в пси-зеленую накидку, полулежал на качалке.
— Держу пари, что в ночь Хэллоуина у тебя здесь будет аншлаг, — сказал Сайрус.
— Я надеюсь на толпу, — сказала она. — Однако это мой первый Хэллоуин на Рейншедоу. Боюсь, дети могут пропустить мой коттедж, учитывая, что рядом кладбище и все такое.
— Как они смогут устоять перед домом возле кладбища на Хэллоуин?
— Я скрещиваю пальцы, — призналась она. Она поднялась по ступенькам к входной двери. — Удачной охоты на монстров Подземного мира, мистер Джонс.
Он наблюдал за ней с нижней ступеньки. — Ты так и не ответила на мой вопрос. Могу ли я рассчитывать на тебя, если мне понадобится привратник?
Она повернулась к нему лицом. — У меня высокий гонорар, — предупредила она. — И я возьму доплату из-за необследованной и неизвестной местности.
— Спасибо, — сказал он. — Это все, что я хотел знать.
Она толкнула дверь и вошла в маленькое темное помещение. Она включила лампу и остановилась, чтобы еще раз посмотреть на него.
— Разве тебя не беспокоит, что я могу быть не только пси-обожженной, но и сумасшедшей? — поинтересовалась она.
Он улыбнулся. — Нет.
— Почему? У меня есть все признаки. Три недели, которые я не могу вспомнить в Подземном мире. Рассказы о секретной исследовательской лаборатории и странные эксперименты. Подобные вещи можно сравнить с историями о похищениях инопланетянами и затерянных мирах под землей.
— В свое время я встречал по-настоящему сумасшедших людей, — сказал Сайрус. — У меня есть то, что можно назвать чуйкой на них.
— И ты не чуешь этого во мне?
— Да, — сказал он.
— Почему? Все знают, что монстры прячутся на виду.
 
— Поверь мне, Седона Сноу, ты не сумасшедшая. — Запредельный талант, но не сумасшедшая.
Он повернулся и пошел прочь в ночь.
— Мистер. Джонс, — тихо позвала она.
Он снова остановился и посмотрел на нее через плечо. — Сайрус.
— С-а-й-р-у-с. — Она проговорила так, словно тестировала его имя, ожидая, подойдет ли оно ей. — С чего ты решил, что у меня запредельный талант?
— Это я тоже чувствую. Таких много в семье Джонс. Наша история делает нас немного более открытыми, когда речь идет о нетрадиционных талантах, теориях заговора и секретных лабораториях, где проводятся странные эксперименты. Спокойной ночи, Седона Сноу.
  
Глава 5
 
Он вернулся в свой коттедж, набрал номер на телефоне, проходя через парадную дверь. Марлоу ответила после второго гудка.
— «Джонс и Джонс», — сказала Марлоу. — И к твоему сведению, кузен, в Фриквенси Сити, глубокая ночь.
— Я нашел ее, — сказал Сайрус. Он закрыл дверь, включил свет и опустился на продавленный диван. — Ты была прав, Седона Сноу на Рейншедоу. Что бы с ней ни случилось в те три недели, это было плохо. Она описала мне настоящий кошмар.
— При условии, что ее воспоминания точны и не являются побочным продуктом сильного пси-ожога.
— При условии, что да.
На другом конце линии повисло короткое, напряженное молчание.
— Она еще жива?
— Жива и вполне здорова.
— Прошел почти месяц с тех пор, как она вернулась из катакомб. Возможно, ей каким-то образом удалось раздобыть свежую дозу препарата.
Сайрус задумался о своих впечатлениях от Седоны. — Возможно. Мы мало что знаем о последней версии формулы. На данном этапе, может не проявляться ни каких внешних признаков.
— Но она все еще жива, — повторила Марлоу.
— И, насколько я могу судить, выглядит чертовски стабильно.
— Есть ли признаки того, что она стала сильнее, чем была до того, как ее похитили? Есть ли признаки того, что у нее открылись дополнительные таланты?
— Нет, но дай мне время. Я увидел ее только сегодня вечером. Почему-то вопрос о том, стала ли она нестабильным мультиталантом, не показался мне хорошим способом завязать знакомство. Она вкратце рассказала мне, что случилось с ней в прошлом месяце, когда она исчезла на несколько недель.
— Какая у нее версия? — спросила Марлоу.
— Она утверждает, что ее похитили в тропическом лесу, когда она работала на Гильдию Голд-Крик. Она говорит, что ее держали в состоянии сна наяву где-то в катакомбах, где доктор Бланкеншип ставил над ней эксперименты.
— Что за эксперименты?
— Она их не описывала, — сказал Сайрус. — Мы, скажем так, не углублялись в эту тему. На данный момент она настроена немного против Гильдии. Считает, что Кирк Морган, руководитель операции, возможно, вступил в сговор с похитителями.
— Ну, такое, вполне возможно, — сказала Марлоу. — Как она сбежала?
— Здесь тоже без подробностей. Но она сказала, что Лайл помог ей выбраться из туннелей.
— Лайл?
— Лайл — пыльный кролик.
— Серьезно? — в голосе Марлоу появилась радость. — У нее есть дружок-пушок?
— Да, как и у тебя.
— Это в корне меняет дело.
— Почему?
— Ну, — протянула Марлоу, — я не думаю, что пушок связался бы с монстром.
— Это потому, что у тебя есть собственный дружок-пушок. Марлоу, пыльные кролики милые и умные, и некоторым из них, кажется, нравится человеческое общество, но это не значит, что они общаются только с хорошими людьми. У многих плохих парней есть собаки.
— Пыльные кролики гораздо разборчивее и придирчивее собак.
— Бесполезно спорить на эту тему с Марлоу, — сказал себе Сайрус. Его двоюродная сестра обожала своего дружка-пушка Гибсона. — Нужно вернуться в нужное русло.