Черный орел. Дилогия (СИ)

Легион ответил дружным ревом. Мечи заколотили о щиты. Волнами накатывался грохот. Римляне не привыкли отступать. Теперь, когда нет пути назад, они преодолеют любые преграды ради достижения поставленной цели.
Центурионы пролаяли команды, и строй сформировался в колонну, разбитую на прямоугольники центурий. Вперед умчалась конница. Четко печатая шаг, легион двинулся в сторону логовища врага.
 Глава 11 
  
Антоний осторожно отпустил ветку низкорослого, покрытого крупными белыми цветами, дерева. Вот уже полдня как легион скрытно разместился в роще, окружающей длинное двухэтажное здание из белого мрамора. По краям строения возвышались две тонкие башни, раза в два выше самого дома. Невдалеке располагались хозяйственные пристройки, среди которых выделялось размерами массивное здание из красноватого гранита с плоской крышей. По дорожкам, вымощенным красной плиткой, прогуливались маги. Временами, над одетыми в белые одежды фигурами радугой вспыхивал воздух, что приводило в беспокойство дозорных. Особой охраны не наблюдалось. Лишь несколько надзирателей сопровождали небольшую группу рабов, тащивших какието узлы во внутренние помещения. Возможно, слава самих магов отпугивало возможных грабителей. Подошел к концу длинный летний день. Солнце опускалось за темную полосу леса на западе, окрашивая пики горных вершин в пурпур. Легионеры неплохо отдохнули за те полдня вынужденного безделья. Немного огорчало отсутствие горячей пищи, но это не впервой. За время вынужденных скитаний в чужом мире к этому привыкли. Тем более, что настоящий воин должен быть приучен к любым неудобствам.
И все же легкая тень сомнения омрачала уверенность трибуна в верности выбранного решения. Если маги вышли на легион и сумели скрасть опытных часовых, благодаря своим способностям, то, что им мешает сейчас почувствовать чужаков недалеко от собственного дома? Не является ли безмятежное поведение обитателей Школы наигранным? И не привел ли он своих людей в ловушку? Но отступать от задуманного уже поздно. Если за ними следят, то вывести солдат отсюда не получится. Ударят в спину. Нет, надо придерживаться выбранного плана. Пусть будет как будет! Постепенно гасли огоньки в окнах зданий, ни одной живой души больше не показывалось во дворе. Шумел фонтан да ночные птицы поначалу робко, а затем, осмелев, затянули свои трели. Одуряющее запахло цветами. Над землей заструился плотный туман. Сгорбленные тени скользнули от деревьев к домам. Беззвучно осела фигура сторожа, что смотрел сторону гор, где, дрожа, переливались гроздья крупных звезд. Уханье филина, и новая волна темных теней отделилась от строя деревьев и, слегка позвякивая металлом, покатилась сторону строений. В голубоватом свете луны блеснули навершия копий и лезвия мечей. Вот один из легионеров запнулся о невидимый в темноте небольшой куст цветов, попытался удержать равновесие и ударился боком об одну из статуй, что во множестве стояли вдоль дорожек. Каменное изображение существа с длинной вытянутой мордой и парой крыльев покачнулось и, не удержавшись на постаменте, рухнуло в фонтан. Оглушительный всплеск и туча брызг. В одном из окон вспыхнул огонек. Растворились оконные створки и темная на фоне света фигура по пояс высунулась из окна. Нежный голос произнес непонятную фразу. В ответ коротко свистнул выпущенный из пращи свинцовый шарик и ударил любопытного в голову. Приглушенный хруст и вот тело безвольно повисло в окне. Но было поздно. Произнесенная фраза была не чем иным как активатором освещения. Диковинные фигуры на постаментах засветились мягким желтым огнем, залив светом двор и бегущих по нему римлян. Это прибавило нападающим прыти. Слетела с петель входная дверь, отбросив в сторону спешившего во двор охранника. С яростными криками римляне бросились вовнутрь здания, подбадривая другдруга перед встречей с могучими чародеями. В любой момент, ожидая огненных шаров и потоков огня, легионеры растекались по широкому хорошо освещенному коридору. Другие лезли в окна, разбивая диковинное цветное стекло. Звон выбиваемых окон, грохот переворачиваемой мебели и треск разбиваемых дверей заполнили Школу. Но настоящего сопротивления не было. За дверями, расположенных вдоль длинного коридора, пронизывающего все здание, располагались большие комнаты с ровными рядами столов. Попадались и залы, сплошь заставленные кадками с разнообразными растениями. Зато на втором этаже разочарованные солдаты обнаружили коечто поинтересней. Здесь располагались жилые помещения, в которых обитали воспитанницы школы. Разбуженные страшным грохотом, девушки вышли в коридор из своих комнат. Несколько солдат, первыми взбежавшие по лестнице, буквально остолбенели, завидев их. Лишь чувствительные толчки в спину, заставили их на мгновение забыть о неприкрытых прелестях красавиц и пройти дальше, дав возможность подняться следующим солдатам. Гримасы недоумения, а затем и брезгливой ярости появившиеся на лицах адептов Школы вывели из ступора римлян. А пущенные эльфийками молнии и вовсе разъярили солдат. Когда на отполированный до блеска паркет рухнули два конвульсивно дергающиеся тела в покрытых окалиной доспехах, легионеры рванулись вперед. В одно мгновение солдаты преодолели расстояние, отделяющие их от магов, потеряв при этом только одного человека. Стены и пол коридора стали мокры от крови. Убив и жестоко искалечив с десяток активно сопротивляющихся и использующих колдовство магичек, люди чуть успокоились и продвигались дальше по зданию, отлавливая перепуганных волшебниц, оглушая лишь особо непокорных. Вскоре здание было зачищено и легионеры занялись поиском трофеев. Несмотря на скудность убранства первого этажа, жилые помещения второго радовали обилием изящных безделушек – собственности волшебниц. Не обходили вниманием и украшения на самих эльфийках. Кольца, браслеты из ценных металлов, серьги – все это обдиралось с шипящих как кошки пленниц. Коекто из римлян, привлеченный несомненными достоинствами женщин, тащил их в спальные покои. Десятники равнодушно смотрели на это, сами занятые разграблением школы. Центурион поморщился, но ничего не сказал. Солдатам надо расслабиться. А с пленниц не убудет! Стоны насилуемых эльфиек разносились по всему дому.
  
Второй отряд, что направлялся к таинственной башне, в окружении хозяйственных пристроек и лачуг рабов вел центурион Марк Вегет. Трибун считал, что там располагается стража. Ну не может такое заведение быть совсем без охраны! Небольшая группа римлян числом в двадцать человек осторожно кралась вдоль ограды. Собак, как и других сторожевых зверей не было видно. Что с одной стороны сильно облегчало задачу по скрытному продвижению, но с другой стороны, такое поведение проживающих здесь настораживало. Неужели они так уверены в своих силах? Чего от них можно ожидать? Вот члены отряда, стараясь не звякнуть оружием перемахнули через декоративную изгородь. Щиты и доспехи не брали, полагаясь на скрытность и скорость. Осторожно пробираясь вдоль стены низкого рабского барака они вышли не небольшой участок перед входом в башню. У тяжелой двери откровенно скучал рослый хорн. Привалившись спиной к стене, он ковырялся кинжалом в зубах. Чтото слегка зазвенело слева от часового. Хорн насторожился, повернулся в сторону звука, зажав в огромной лапе кинжалзубочистку. Бесшумная тень отделилась от чернеющей в ночи стены сарая, легко преодолела десяток метров открытого пространства и оказалась за спиной зеленокожего. Тусклый свет ночного светила отразился в лезвии ножа, что мелькнул у горла хорна. Выпустив бесполезный кинжал и зажимая руками шею, великан, хрипя и булькая кровью из резаной раны, медленно опустился на колени. Путь свободен. Отряд прошел мимо все еще живого часового и остановился у входа в башню. Римлянин, нанесший удар хорну, слегка толкнул дверь. Та плавно отворилась. Марк пропуская легионеров, смотрелся по сторонам. Вокруг все тихо. Часовой уже упал лицом вниз. Вокруг него расплывалась большая темная лужа. Удовлетворенно кивнув, центурион собрался было войти в башню, как вдруг в стороне, там, где располагалось основное здание вспыхнул яркий свет. Затем заслышался рев. Этот звук был знаком Марку. Начался штурм. Значит и его отряду стоит поторопиться! Дальше скрытно уже не пройдешь. Подумав так, Марк нырнул в открытую дверь. И замер. Всю пространство башни занимало одно помещение. Посередине была установлена каменная плита, на которой лежала иссохшая старуха. Руки и ноги были привязаны к ввинченным в плиту металлическим кольцам. На появление римлян она не как не отреагировала. Зато крайне отрицательно отнеслись к появлению людей стоящие вокруг плиты эльфы. Магиэльфийки, а было их семеро, стояли вокруг плиты. Марк Вегет, возвышаясь на голову над своими легионерами, видел женщин в белых хитонах, стоящих полукругом возле камняжертвенника. Больше никого не было. Солдаты обернулись, собираясь узнать о дальнейших действиях. И в этот момент, стоящая ближе всех эльфийка заслышала подозрительный шум.