Черный орел. Дилогия (СИ)
– А не мог бы ты нам указать дорогу в ваше королевство, а еще лучше – проводить? Спросил он у Дорна.
– Гы, а о чем я тебе уже битый час толкую. Проведу. Только учти не задарма. Да и покороче можешь называть королевство, просто Византия. А теперь плату! Даром не пойду. А без меня не выберетесь. Это я тебе, громила! – Слегка повернув голову в сторону Марка, произнес охотник. – не смотри на меня так, а то я загорюсь от твоего взгляда!
– Не трогай его, он прав нам без него никуда, остановил центуриона Антоний. Марк понимал эллинику, не так конечно хорошо как его друг, все таки он не получил классического образования, но и этого хватало, что бы понять, что охотник ведет себя вызывающе.
– А ты, Дорн, не перегибай палку, у нас есть твои сыновья! Когда мы отпустим папочку, предварительно привязав его за ноги к двум молодым елочкам, они охотно покажут нам дорогу!
– Не покажут, – угрюмо произнес Дорн, но норов больше не показывал.
– Этого хватит? Антоний кинул ему мешочек с сестерциями, чудом завалявшийся за пазухой.
Охотник поймал кошель, дернул за ремешок и десяток монет высыпался ему в ладонь. Серебро. разочаровано сказал он. – И монета незнакомая. Маловато. нагло произнес он, подняв взгляд на Антония. Тот молча стянул с пальца золотой перстень всадника и бросил Дорну.
– Уже лучше, но не мешало бы еще добавить!
– На том свете добавят, с процентами! – Прорычал Марк, доселе не участвовавший в разговоре. Бери, что дают, и не выделывайся, убогий!
Дорн с опаской взглянул на германца и отодвинулся на всякий случай. – Ладноладно, договорились!
Спрятав добычу, он деловито произнес – Пора сниматься с места. Вы всю округу разворошили. Город небось, щас бурлит как котел на огне. Чтоб вы знали когда погибает эльф, о его смерти тотчас узнает его близкий знакомый или родственник. Магия! Он многозначительно посмотрел на окружающих, а затем продолжил. Так что теперь все в курсе, что хозяйка поместья померла, причем не своей смертью. Так, это было вчера, значит, к вечеру разослали известие о сборе. Сегодня утром эльфы съехались в город они в этих делах не медлят! Хорошо, что Лесные стражи ушли, а то б уже вчера вечером сидели у вас на хвосте. К вечеру ополчение будет в сожженной вами усадьбе, разберется с крестьянами. Тех, кто не сбежал веревку на шею и на сук! А с утра пойдет за нами. Так что надо поторопиться. Длинноухий в лесу как у себя дома. Он и конный пройдет там, где человек на пузе будет пробираться через чащобу.
– А далеко идти? – Спросил Марк.
– Пять дней до земель гномов, потом день до перевала. Еще день на перевале, а потом она, Византия! Но надо поспешать!
– Ну, поспешать, так поспешать. Легат повернул голову к стоящему неподалеку солдатупосыльному: Передай командирам центурий приказ поднимать людей. А ты, Дорн, он повернул голову к семейству охотников, Надеюсь, твои сыновья знают, куда идти, поскольку ты сам пойдешь рядом мо мной и в случае чего…
– Не беспокойся, приведу вас куда надо. Все будет исполнено в лучшем виде. Ухмыльнулся старый охотник.
– Прекрасно. Заодно и расскажешь все, что знаешь про эту страну.
– Идет. Только учти, знаю я не особо много. Так, по мелочи. Только просьба – скажи, командир, вы то сами откуда? Не изза моря, случаем? Доспех на вас очень уж стародавний. У нас только на рисунках про старину они есть. Да еще в балаганах, когда представления про судный день дают, тоже куклы в такое обряжены. Небось, гдето старый склад откопали, да?
– Нет. Ничего мы не откапывали. Мы римляне, граждане римской империи.
– Подожди, подожди, невежливо перебил Антоний Дорн. Ты говоришь римской? И какой же интересно знать, той, что на западе или на востоке?
– Я тебя не пойму. Империя едина, с центром в Риме!
– Ха, ну ты и загнул! Всем же известно, что эта страна исчезла в Дни гнева! А Рим этот, уже тогда мелкий городишко ушел под воду вместе с другими городами! Я слышал сейчас на том месте цепь бесплодных островов. А Равенну в то время столицу империи римской, уничтожили лет двадцать спустя эльфы, или как их церковники называют Пасынки тьмы. И ты хочешь сказать, что вы все прямиком оттуда? Хаха!
– Я не пойму, ты пьян? С подозрением Антоний оглядел охотника. Что ты несешь, дикарь? Рим на дне моря? Этот город будет стоять вечно! И какие еще еретики, что за 'пасынки тьмы' и с чего бы захолустный городишко стал столицей империи?
– Вечно! Хмыкнул Дорн. Скажешь такое! И откуда вы только вылезли, такие дикие?
– Так, давай поступим проще. Ты, наверное, немало по свету исходил. Я тебя буду спрашивать, а ты просто отвечать. Уяснил? Теперь по порядку. Как называется страна, в которой мы сейчас находимся?
– Никак. Все ее именуют Империя и все. Может как то по другому и зовут, мне это не известно.
– Забавно. И что, жители ее все сплошь.. остроухи? А что за образины зеленокожие напали на нас в поместье?
– Зеленокожие? А, это хорны.
– Очень понятно, пробормотал Антоний. И откуда они взялись?
– Оттуда же, откуда и все живые существа! Осклабился охотник, но заметив недобрый прищур собеседника, поспешно сказал. Подданные империи, но как бы сказать, второго сорта, что ли, а те которые, как вы выразились, остроухие те коренные имперцы.
– То есть они тут жили испокон времен? с сомнением спросил легат.
– Да господь с вами! замахал руками Дорн. Неужто и этого не знаете? Они же появились аккурат после Божьего гнева. Оставшиеся живых люди повылазили из сховищ, а эти уже здесь…
Дальнейший рассказ охотника напоминал Антонию горячечный бред смертельно больного. Если верить Дорну, то выходило, что давнымдавно, около тысячи лет тому назад по местному исчислению, боги решили смести род человеческий с лица земли. С небес падали огненные камни, выжигавшие леса и поля на сотни миль вокруг. Рушились горы, ранее тихие и благодатные равнины рвались гигантскими трещинами, в которые проваливались целые города. Приморские земли затапливались, а на месте старых морей оставались необозримые равнины, заваленные смердящим илом. Три дня продолжалось буйство стихий. Три дня вымаливали люди прощения у небес. На четвертый день все утихло. Но мир уже было не узнать. Десятки городов было разрушено, дороги уничтожены. Но выжившие, радовались избавлению от смерти и возносили хвалу богам. Ибо знали, выжили только те, кто был угоден небесам. Грешники же отныне вечно будут пребывать в аду. Зерна отделены от плевел. Так говорили священники. И как им не верить, если стоит нетронутым Константинополь, город святой и жив помазанник божий Маркиан. А потом пришли они. Их назвали пасынки тьмы. Сперва их было немного, святая церковь справлялась, отправляя их обратно в ад. Но потом дьявол дал своим творения силу, способную превращать целые города в пыль. Собрал тогда император Маркиан войско из людей верных, дабы очистить землю от скверны. Но сильна оказалась рать Сатаны. В кровопролитной битве было разбито войско человеческое и захвачен император. В жестоких муках закончил он жизнь свою, за что и был в последствии причислен к лику святых. И прошлись дьявольские создание с ликами ангелов по земле, не оставляя в живых никого ни старого ни малого. И опустела местность к западу от Великих гор, что поставлены милостивым Господам для защиты людей от созданий Диавола.
Вот такто. закончил свой рассказ Дорн и отпил из кожаной фляги, смочив пересохшее горло.
– Интересно, а когда это случилось? спросил Марк Вегет
– Дни Гнева Господнего? А аккурат в пять тыщ девятьсот шестидесятом году от сотворения мира. На мгновение задумавшись выдал Дорн.
Это же какого исчисления? немного растерявшись, спросил у него Антоний.
– Обычного, нашего. Некоторые правда, ведут отсчет от рождения Спасителя, так это будет тогда в четыреста пятьдесят первом году. А сейчас у нас семь тыщ семьдесят четвертый год. Естественно, от сотворения мира. Не, ужель и такого не знаете? Это же знает любой крестьянин! А если не знает или по глупости своей забудет, то ему на исповеди отец духовный напомнит!