20-ть любительских переводов (сборник)
– Какое название? – спросила я маму, – как называлось то место?
Она назвала его.
* * *И я направилась в пустыню, в сторону Города. Сейчас много дорог находились в состоянии непригодности, и ездить по ним не представлялось возможным, потому и высококлассный GPS был бесполезен. Несмотря на сезон муссонных дождей, в большинстве мест ничего не росло.
Не наблюдалось даже малейшего шевеления, как на равнинах из сплошного песчаника, так и в соленых озёрах. Также ничто не двигалось и в серо-коричневых предгорьях.
Mount Zues по своему расположению, являлась не самой восточной шахтой, когда-либо построенной в Пилбаре [44], однако остальные были закрыты, из-за проникновения загрязненного песка.
Покидали эти шахты разумеется, до наступления одиннадцатого часа (точка невозврата). Так что, когда горноспасательные подразделения закрылись окончательно, все оборудование отправилось естественно в эту оставшуюся шахту. И именно по этой причине, в магазине горноспасательного снаряжения Mount Zues, имелись в наличии костюмы для защиты от радиации военного класса Demron [45], для эвакуации в условиях песчаной бури с гамма-излучением.
Они бы никогда не заметили, что одного из костюмов не хватает.
Стеклодувную горелку промышленную класса, я конечно купила сама. Топливные и кислородные баллоны, пристегнула к специальной ручной тележке.
Когда счетчик Гейгера начал стрекотать на повышенных тонах, показывая завышенный уровень радиации, я съехала на обочину, облачилась в защитный костюм и пешком отправилась в Город.
Экранированный компьютер, установленный на тележке, контролировал уровень радиации. Он тихонечко потрескивал, снимая показания каждые десять секунд. Мертвая тишина давила на психику. Ни малейшего дуновения ветра. Я как будто высадилась на Марс.
Я осторожно подтянула тележку на одну из дюн и перекатилась на другую сторону.
Солнце заполнило безоблачное небо.
Моему взору представились грязные русла речек, повсюду гниль от рыбы и червей. Скелеты змей. Жуткие формы высохших деревьев, наполовину погребенных в красном песке.
Тинтуки отсутствовали.
Я не верила в то, что не смогу их обнаружить. Я просто обязана найти их и уничтожить за то, что они сотворили с моей сестрой.
Компьютер сообщил мне, что я на том самом месте. Я прошлась по всей площади взад и вперед, пересекая ее снова и снова, как пахотный бык, спиралями и узорами в елочку.
Ничего.
Я находилась в этом опасном месте, уже слишком долго. Охлаждающая система костюма начала давать сбой. Сухость во рту, во всю раздирала горло.
– Тара! – закричала я, но крик утонул в барханах, и даже без помощи ветра, который только бы ускорил, унести прочь мой зов.
* * *Обхватив голову руками, я склонилась над столом.
Я опять потерпела неудачу.
В комнате было темно и единственным источником света, был отблеск экрана компьютера. На тумбочку рядом с кроватью, в банку из-под маринадов, мама поставила пучок пустынного горошка [46]. Где также находились: коробка шоколада, холст - формата А1 и набор акриловых красок.
Хотя более полезными, были бы местные объявления о вакансиях, или возможно даже доска Уиджа [47].
В полном отчаянии, я опять перепроверила старые записи, набрала координаты полицейского запроса десятилетней давности, который привел к обнаружению тела Тары и сопоставила их с координатами собственного поиска.
Накатила усталость, что явилось причиной ввода цифр в не то поле и автоматического нажатия клавиши Enter, прежде чем я осознала свою ошибку.
На экране возникла получившаяся карта. На ней были показаны контуры Великой Песчаной Пустыни, в масштабе один к миллиону. Красные и оранжевые пятна, показывали радиоактивные места. Синие линии, являли собой безопасные зоны. Конечно это была не официальная карта или снимок со спутника. Моему взору представилось изображение, созданное моим компьютером, когда я передвигалась в тех местах.
От внезапного озарения, я резко выпрямилась, вцепившись в стул.
На картинке красное четвероногое существо с рогами и клыками сражалось с синей фигурой, у которой вместо рук были вилы, а вместо ног – танковые гусеницы.
Это была Тара. Она сражалась с демоном, погребённом в песке.
* * *В последующие дни и недели, я бесчисленное количество раз пересекала песчаные дюны.
Каждый раз я представляла образ Тары. Она ударяла врага руками-вилами. Она пыталась раздавить его своими мощными гусеницами. А демон стремился ее задушить, укусить и разорвать в клочья.
Иногда она падала и тут же появлялись крошечные фигурки, бросающиеся на демона. Отвлекая его. Они гибли десятками, пока их хозяйка снова не возвращалась в бой.
Это были Тинтуки.
Я наблюдала за битвой Тары до тех пор, пока мой костюм не переставал функционировать, колеса тележки не начинали плавиться, а топливные и кислородные баллоны, становились нестабильными.
Тогда я отправлялась домой и прятала все это снаряжение в глубокой-преглубокой яме в саду.
– Я волновалась за тебя, Элли, – укоряла меня мама за завтраком.
– Тебе нет необходимости беспокоиться, – вторила я в ответ, ощущая внутри себя, поднимавшуюся радость.
Ведь все остальные ученые, инженеры, давно уже сдались в борьбе за очистку песков, но только не Тара. Она никогда не сдастся.
Не нужно было пытаться компенсировать ее потерю, бесполезную трату ее таланта, потому что на самом деле, она не была потеряна. А ее талант не пропал даром.
Тяжелое бремя, было снято с моей души.
Я распаковала холст и извлекла акриловые краски из пластиковых упаковок. Затем нарисовала красный песок и безоблачное небо. Демонов и воинов.
Я изобразила Тинтуки.
* * *Мудрость Муравьев
* * *
