Сиделка для главного инквизитора (СИ)

— Меня просто встретили по дороге, — ответила я.
И на меня опять многие уставились.
А что я могла сделать? Я придерживалась позиции госпожи Фандерли.
Поэтому и ждала, пока мою комнату осмотрят. При этом туда то и дело посматривали другие сиделки.
— Ничего, — госпожа Фандерли вышла из моей комнаты. — Так, все возвращаются к работе, а мы идем проверять дальше.
Следом директриса подошла ко мне.
Остальные сиделки прямо отпрянули от нее.
— Алена, вам следует переговорить со своей подопечной. У меня есть некие опасения, что в связи с пропажей этой броши нам здесь придется ожидать отряд инквизиции.
— Ага, — кивнула я.
— Мне бы этого не хотелось. Мы постараемся найти эту брошь, — сказала госпожа Фандерли. — Может, она пока еще на территории пансионата.
Я кивнула.
— А вам не кажется, что есть смысл все же поискать с инквизицией?
На меня гневно глянули.
— Мы пока не готовы по документам. В общем, пока есть возможность не доводить до прихода таких органов — мы все делаем сами.
— Хорошо. Я пойду к госпоже Веллингтайн, — сказала я.
Благо, что никого рядом не было. Уже остальные сиделки разошлись. Никто не подрывал авторитета госпожи Фандерли, поэтому тотчас принялись выполнять указанное. Так что про инквизицию если кто и слышал — то только помощники.
Но у них с директрисой такой симбиоз, будто это один организм.
В общем, то, что они подслушивали — еще ничего не значило.
Вот и здорово.
Точнее, сейчас ничего не было здорово. Брошку нужно было найти, иначе у Полли так и будет испорченное настроение. А это придется исправлять мне.
Поэтому я и направилась к своей подопечной.
— Не нашли, — зашла я к ней в комнату.
— А что искали? — спросила она с улыбкой на лице.
— Вашу брошь.
— А, да ничего страшного. Я уже и забыла о ней. Потом найдется. Оно ведь знаете как? Все тайное рано или поздно становится явным.
Вот только мне все равно было не по себе. Кто бы мог украсть драгоценность? Я вообще не помнила ни одного случая кражи в пансионате с того момента, как я сюда попала. Да такое вообще было неприемлемым.
Если у кого-то в пансионате среди работников и появлялись украшения — то это были исключительно подарки от престарелых драконов своим сиделкам.
Я задумчиво смотрела на других сиделок. Мы собрались в столовой во время обеда. Нам уже принесли тарелки с едой. Все были в подвешенном состоянии. Слишком напряженные.
— Я в шоке, — сказала Грейс. — Кто-то что-то понял?
— Лично я — ничего, — вставила еще одна сиделка.
— А часто такое происходит? — спросила новенькая Нинель.
— На моей памяти давно такого не было, — сказала Грейс. — В последний раз были проверки, когда драгоценности пропали у одного из драконов.
Нинель округлила глаза.
— Ох, ничего себе. Так нас проверяли сегодня, потому что у кого-то что-то пропало? — ужаснулась она.
— Судя по всему, да, — ответила Грейс. — Видимо, пока госпожа Фандерли не хочет говорить, что и у кого.
Сиделки начали рассуждать о возможных сценариях кражи. Все они были убеждены, что произошла какая-то ошибка, и что никто из них не стал бы воровать чужие драгоценности. Они пришли к выводу, что все же дело в украшениях.
Я передала слова Полли госпоже Фандерли, но та все равно сказала, что поиски пропавшей броши продолжатся.
— Может быть, это просто недоразумение? — предположила Грейс, которая была самой старшей среди сиделок.
— Но почему бы администрации не поговорить с нами, прежде чем начать обыск? — добавила Маргарет. — Мы бы могли объяснить, что у нас нет никаких драгоценностей.
— Потому что нас всегда обыскивают, когда что-то идет не так, — ответила Грейс.
— А что тебе, Алена, сказала госпожа Фандерли? — спросила у меня Нинель внезапно.
Я перевела на нее взгляд.
— Ничего такого. Просто сказала, что надо сделать уборку на этаже у моей подопечной.
— Вот как. Ох, а если все зайдет дальше, и эти драгоценности не обнаружат, значит, сюда придет инквизиция, — мечтательно сказала Нинель.
 
Жар прилил к моим щекам.
— Лучше сюда не допускать инквизицию, — сказала Грейс, кинув на меня мимолетный взгляд.
— А почему? — спросила любознательная Нинель.
— А потому. Мы — маленькая семья в этом пансионате. И если тут появляется крыса, то ее надо вычислить самим, — ответила Грейс. — А дальше уже и действовать по обстоятельствам. Раз инквизицию все еще не вызвали, значит, дело незначительное.
— Понятно, — протянула Нинель. — А может, нам выяснить у санитаров и лекарей?
Сиделки переглянулись между собой. Между нами и лекарями существовало некое различие. Вторые считали себя чуть ли не пупами земли. Все же они лечили драконов. Так почему бы и не задирать нос кверху? Но с другой стороны, сиделок больше любили постояльцы. Потому что с нами и поговорить по душам, и погулять, а лекари более жесткие были. Да и редко к драконам ходили.
Я даже задумалась. А вот если бы лекарь осмотрел вовремя Харриса, то, может, тот и не обратился бы в дракона?
Кто знает. Но пока все вышло как вышло. Харрис обратился в дракона и едва меня не съел.
Дальнейший обед проходил в молчании. Я ковыряла вилкой свою еду. Но что-то кусок в горло не лез. Полли отнеслась к пропаже довольно беспечно: мол, пропала и пропала. Госпожа Фандерли переполошена. Еще бы понять, к чему это все приведет.
— У моих подопечных ничего не пропадало, — протянула Маргарет.
— У моих тоже, — ответила Грейс. — Но это ничего не меняет. В пансионате нужно быть бдительными, чтобы предотвратить подобные инциденты в будущем.
— Вот да, — кивнула Нинель.
Я лишь плечами пожала. Меня саму напрягала пропажа.
— Ладно, — встала я. — Я пойду. Увидимся на ужине.
— Давай, Алена. Если что узнаешь — расскажешь нам, — дала напутствие Грейс.
Я кивнула. Пока госпожа Фандерли не разрешит — я не имела права никому ничего говорить.
— Да, конечно, — улыбнулась я.
И отошла от сиделок. Из-за нашего столика до сих пор доносились разговоры о случившемся. Зато главное, что поддерживали все сиделки — нужно держаться вместе.
Я же тяжело выдохнула. Сама не знала, как справиться с этой ситуацией. Поэтому, прежде чем вернуться к Полли, я решила обойти пансионат по периметру снаружи. Особенно тщательно посмотреть под окнами госпожи Веллингтайн.
Я обошла все газоны, осторожно поднимала каждый горшок и заглядывала под листья и ветки растений в поисках броши. Вряд ли она сама по себе закопалась в землю, но нужно было проверить все. Солнечные лучи проникали сквозь листья и создавали игру света и тени.
А еще становилось слишком жарко. Я понятия не имела, когда именно пропала брошь. Если только сегодня, то еще есть шансы. Если нет, то у нас просто непредвиденные обстоятельства.
А с другой стороны, на шкатулке была сломана печать. Значит, это все же кража. Я же не инквизитор, который мог бы найти брошь, как нечто легкое.
Я пристраивала каждый горшок обратно на своё место аккуратно, стараясь не повредить растения. Но все равно чувствовала, что я как слон в посудной лавке. Но что не сделаешь ради того, чтоб не вызывать инквизицию.
И тут мимо меня промчался ветерок. Я вздрогнула и выпрямилась. Но рядом никого не было. Пожала плечами. А когда опустила взгляд, то увидела небольшую выемку рядом с горшком, который хотела копать. Совсем свежую. Будто кто-то только что ее выкопал.
Я нахмурилась и осмотрелась по сторонам. Никого не было рядом. Показалось. Вот уже глючит от того, что буквой «зю» много стою.
Затем я медленно и осторожно пошла по газону и между цветочными клумбами, внимательно осматривая каждый участок. Возможно, брошь упала с Полли, когда она где-то сидела или отдыхала.
Я не теряла надежды найти брошь.
Но проползав по земле и в кустах, я приобрела лишь пару золотых монет, грязное платье и усталость.
Пора было возвращаться в пансионат. Поиски поисками, а на меня уже начали косо посматривать остальные постояльцы.