Круиз с боссом в один конец (СИ)

  
Глава 27
 
Виталий
Я оперся руками на песок. Виталина быстро заснула, используя мой пресс явно не по назначению. Хотя ведь сам предложил, чего теперь возмущаться.
Я стал ловить себя на мысли, что готов был работать ее спальным местом все оставшееся время на острове. Что со мной происходит? А черт его знает. Возможно, она права и это ограниченное общение так сказалось на нас двоих? Все эти вопросы крутились в моей голове, не находя ни одного правильного ответа.
Я закрыл глаза и вспомнил внешний вид Виталины после спасения: вся промокшая, дрожит в моих руках, глаза с легкой поволокой. А ее чувственные губы! Я давно не встречал девушку с естественной улыбкой, так и порывало в день совещания спросить не только о скачках продаж нашей компании. А ее ли это губы? Не удивлен, что многие даже не слушали ее выступление, а тупо пялились на ее провокационный наряд. Хотелось всех вытолкнуть из конференц-зала и крикнуть: «Это моя женщина!»
Почему я постоянно ее провоцировал и выказывал свое неудовольствие? Сам не знаю. Привык к ежедневному обману и лживой маске на лицах всех женщин своего круга. Много улыбок, но ни одной живой — сплошное надувательство. Я мог сравнить свой предыдущий опыт с женщинами с фарфоровой чашей, которая в любой момент может треснуть и разлететься на куски.
Посмотрел на океан. Очень хотелось получить ответы на все вопросы, возникшие в моей голове, а может, и совета, как от старого и верного друга. Я почувствовал, что мои руки сильно затекли. Сколько прошло времени? Десять минут или двадцать?
Я принял решение поочередно размять руки, слегка встряхивая их, стараясь не задеть Виталину. Ее вьющиеся волосы стали для меня невыносимым искушением. Как вор, я прикоснулся пальцами и провел по волнам ее локонов. Не заметил, как ладонью случайно задел лоб Виталины. Что происходит? Она вся покрылась испариной! Я резко приподнялся, Виталина даже не среагировала на то, что ее голова съехала мне на колени.
Я предполагал, что бесследно подобное плескание в воде не пройдет. Тихо выругался, стараясь сейчас мыслить рационально. Свободной рукой я подтащил упаковку с надувным плотом. Голову Виталины переложил на него, а сам быстро вылез из-под девушки. Я переворошил всю аптечку, но, кроме бинтов, жгута и болеутоляющих, ничего не нашел. Я силился вспомнить, ведь Виталина до того, как уснула, выпила аспирин. Это же жаропонижающее или нет? Если да, то почему не помогло? Это было невозможно! В сильном раздражении отшвырнул коробку в сторону и обхватил голову руками.
Это какой-то замкнутый круг, а мы безвольные белки, бегущие вперед! Вся ирония в том, что конца этому нет, пока один из нас не начинает сходить с дистанции, замедляя ход. Я вспомнил о своей рубашке. Быстро развернул обертку из листа, выудил свою когда-то белоснежную рубашку от Гальвани. Ну ее теперь действительно разве что на тряпки. Так я и поступил, прополоскав в прохладной воде кусок материи. Насколько смог, отжал и приложил ко лбу Виталины. Ее брови слегка дрогнули, изящно изогнувшись дугами, но ничего больше не произошло. Я чувствовал себя паршиво и беспомощно одновременно. Какая-то насмешка судьбы, по-другому это было не назвать.
Я старался менять ей компресс каждые пять минут, но испарина никуда не девалась, и это бесило больше всего. Я пытался вспомнить, что при высокой температуре делала моя мать. Питье, как я мог забыть! Из канистры перелил немного воды в походную кружку. Попробовал по чуть-чуть вливать воду ей в рот, но в сознание она так и не приходила. А может, это не просто простуда? Мысленно я пытался перебрать, чем она могла заразиться в подобном месте. Но сколько ни пытался, на ум шли только лихорадка да малярия. Да и, собственно, откуда мне знать в подробностях обо всех болячках на этих островах! Я всегда старался отдыхать с должным комфортом и как-то ведь избегал вируса. Как говорится, зараза к заразе не пристает.
Я обернулся и посмотрел на бледное лицо Виталины: под глазами залегли темные синяки. Дыхание было затрудненное, а ноги ледяные. Сооружать лежанку из листвы было бесполезным занятием. Я сорвал очередную инструкцию с упаковки надувного плота. Запасной вариант, но отплытие с острова придется отложить до лучших времен. Разломил пломбу с упаковки и нажал на кнопку экстренного надува плота. Дно достаточно плотное, надув, приподнял его слегка над землей. Повезло, что в комплект входило что-то наподобие надувных подушек, но до конца я так и не понял их предназначения.
 
Я присел на корточки и приподнял Виталину. Ее голова повисла, а руки раскинулись в стороны. Я сглотнул, на лбу проступил пот. Мне больше нравилось, когда она язвила и доводила до белого каления. Ее слабость, плохое самочувствие — словно пощечина за все мои жалкие попытки подтрунивать над ней. В спортзале я спокойно из положения сидя тягал штангу, опасность заключалась только в том, чтобы не свалить железку себе на ноги да не придавить кого-то поблизости. Тут же речь шла о живом человеке, и не просто человеке, а о девушке, которой я очень симпатизировал.
Наконец мне удалось ее удобно разместить внутри плота. Виталину сильно знобило, и, как назло, не было возможности укутать ее чем-то теплым. Оставался только один вариант — я. Мне казалось, все мои действия были хаотичными, и чувствовал я себя слоном в посудной лавке. Мне удалось подползти и лечь рядом. Я приобнял ее, насколько это было возможно. Уткнувшись подбородком в ее макушку, почувствовал себя более уверенно. Я никогда не стремился обнимать в своей постели ни одну из женщин. Я мог провести с ними ночь, но чтобы они стали мне ближе и нарушали мою зону комфорта — не мой вариант. Многие из них показательно обижались и закатывали истерики, но их поведение я не принимал и всячески отторгал дальнейшее общение. К чему бить себя в грудь и требовать нежности, если изначально ты купилась на мои деньги и размер моего счета в банке? Смотреть каждый раз на эту клоунаду уже порядком поднадоело, и можно было бы еще попытаться понять, если бы я был в длительных отношениях. Но ведь каждая чуть ли не со второй встречи уже считала вправе заявлять, что я ее собственность, и демонстрировать статус псевдоневесты.
Я посмотрел на звезды: сегодня они были гораздо ярче, чем во все предыдущие дни, что мы провели на острове. Притянул Виталину поближе и поцеловал — нежно, едва касаясь ее губ и украдкой воруя еще одно волнительное прикосновение. Оставалось только надеяться, что у девчонки сильный иммунитет и Виталина после всего не умрет от какой-то неизвестной болезни. Я молил Бога лишь об одном: чтобы моя девочка поскорее пришла в себя и поборола эту напасть.
  
Глава 28
 
Меня сильно знобило. Чувствуя себя аквалангисткой, я погружалась на самое дно моего ужасного состояния. Потом сознание возвращалось на какое-то время, и я снова выныривала посмотреть, что происходит на суше. Я чувствовала тепло объятий и нежные прикосновения губ Виталия, но иногда казалось, что мне это только снится. Горло сильно саднило и пекло, элементарно проглотить слюну было адски больно, как будто меня приговорили к смерти через испытание раскаленным железом.
Я приоткрыла глаза: звезды рассыпались по небесному своду. Я медленно повернула голову — такое простое действие давалось с большим трудом и даже местами с болью. Виталий крепко обнимал меня, а лунный свет освещал его нахмуренное лицо. Так и хотелось прикоснуться к нему, провести пальцами вдоль мимических морщинок, проступивших на лбу, сделать небольшой крюк и спуститься по линии носа, сделав остановку в районе переносицы. Пошевелила пальцами свободной руки, вторая была поджата и находилась в плену крепкого натренированного тела босса. С большим трудом мне удалось поднять руку и коснуться его. Сейчас я осознала, как растворяюсь в этом человеке, что для меня он стал важен за такой короткий срок. Мне стало страшно при мысли, что это не просто симпатия, а нечто большее.
Легкое движение руки, и он почувствовал мои прикосновения. Виталий слегка наморщил нос, его веки дрогнули, и он открыл глаза. Я постаралась как можно быстрее отдернуть руку и стыдливо ее спрятать. Но он и тут успел меня опередить.