Королева карантина (ЛП)

Кроме того, было правильно, что эта битва осталась за нами. Ночным Стражам не нужна была помощь ни от кого другого. Мы дали клятву защищать Татум и сдержим свое чертово слово.
Я дал дыму пару секунд сгуститься, сдернул противогаз с того места, где он висел у меня на поясе, и впервые натянул его, признав, что в данном случае мне действительно нужна эта чертова штука.
В тот момент, когда я убедился что он закреплен, я перепрыгнул через стойку администратора и выстрелил прямо в фигуру, которую я едва мог разглядеть, двигающуюся в розовом дыму. Последовал приятный звук удара тела о пол, давший мне понять, что теперь у нас осталось всего два охранника.
Единственным источником света здесь был уличный фонарь за стеклянным фасадом здания, но для меня и этого было достаточно. Я знал, как передвигаться в темноте.
Я скользнул к стене, напрягая уши, чтобы вслушаться сквозь затяжной звон в них от взрыва, и звуки потасовки заставили меня резко развернуться и выстрелить другому охраннику прямо в лицо.
Розовый дым закружился вокруг меня, когда я нырнул в него, крепко сжимая пистолет и выслеживая свою добычу. У меня оставалось всего две пули, прежде чем мне нужно будет перезарядиться, но этого должно было хватить.
Мое сердце билось в твердом ритме, дыхание стало медленным и глубоким, когда я погрузился в эту первобытную, базовую часть своего существа. Я был не более чем зверем, выслеживающим врагов в темноте. Просто существом, обязанным защищать свою пару сверх всех других желаний.
Я обогнул ряд лифтов, двери которых были плотно закрыты, в то время как пожарная сигнализация продолжала выть.
— Мне нужно подкрепление на первом этаже, — донесся голос откуда-то из глубины дыма. — Вооруженные нападавшие. Обеспечьте безопасность актива.
Рычание сорвалось с моих губ, и я побежал вперед, не заботясь о том, что выдаю себя, когда по рации раздался хриплый ответ другого голоса, подтверждающий, что в нашу сторону направляются еще охранники.
Я выстрелил, ориентируясь по звуку того места, где слышал этот голос, но мой слух все еще был слаб из-за взрыва, и мгновение спустя охранник открыл ответный огонь.
Пуля попала мне прямо в грудь, боль срикошетила по телу, я пошатнулся, но сумел удержаться на ногах. Моя вторая пуля попала в цель, но я не целился, и охранник закричал от боли, когда в него попали.
Я с трудом втянул воздух в легкие, превозмогая жгучую боль от попадания пули, и, спотыкаясь, сделал несколько шагов вперед, в то время как мое тело кричало мне не двигаться. Но к черту это. Татум нуждалась во мне.
Я нашел охранника в дыму, подтягивавшего ногой упавший пистолет, когда он пытался схватиться за него одной рукой, а другой зажимал серьезно кровоточащую рану в животе.
Мой второй удар пришелся ему в челюсть, и я оказался сверху в тот момент, когда он ударился спиной о землю.
— Чисто, — крикнул я остальным, игнорируя боль в собственном теле, предпочитая причинить немного боли куску дерьма подо мной.
Я убрал пистолет в кобуру и вместо этого взял в руку охотничий нож.
— Ты нашел ее? — Спросил я, оглядываясь на Сэйнта в ожидании ответа.
Я обхватил охранника одной рукой за горло, когда мой вес надавил на кровоточащую рану в его животе, и он попытался закричать.
— Все это закодировано, — прорычал Сэйнт, звук яростного набора текста все еще доносился из-за стола.
Мой взгляд остановился на человеке, который вот-вот должен был умереть, лежащем подо мной, когда я сжал его достаточно сильно, чтобы перекрыть ему доступ воздуха.
— Мы здесь из-за девушки, — сказал я грубым рычанием, которое ясно давало понять, что я не валяю дурака. — Скажи мне, где они ее держат.
Я внимательно посмотрел на страх в его глазах, прежде чем ослабить хватку настолько, чтобы он смог заговорить.
— Я не знаю, о ком ты г…
Я вонзил свой охотничий нож в его бицепс и оскалил зубы, снова перекрывая ему доступ воздуха.
— Где. Находится. Эта. Девушка? — Мне не нужно было уточнять. Он знал, какая, черт возьми, девушка.
На этот раз, когда я позволил ему говорить, он выглядел так, словно готов был описаться.
 
— В-верхний этаж, — выдохнул он. — Изолятор. Но ты никогда…
Я вонзил свой клинок ему в грудь как раз в тот момент, когда Блейк и Монро добрались до нас, нанося ему удары снова и снова, целенаправленно избегая чего-либо слишком смертельного для первых нескольких ударов, позволяя своему зверю насытиться его болью, прежде чем, наконец, вонзить его в его трусливое сердце, чтобы покончить с этим.
Я был весь в крови, когда отшатнулся, и рука Блейка опустилась мне на плечо, когда он оттащил меня.
— В тебя попали? — спросил он, его глаза расширились под маской, когда он посмотрел на круглую дыру в моей рубашке прямо в центре груди.
— Ага, — буркнул я. — И это чертовски больно.
Я наклонился, чтобы разорвать рубашку спереди, кончиком окровавленного ножа вытащил пулю из кевлара, который был на мне, и сделал глубокий вдох. Если я доживу до завтра, от этого останется адский синяк.
— Как ты назвал этот жилет, когда Сэйнт настоял, чтобы ты его надел? — Спросил Монро, бросив на меня взгляд, который говорил: «Ты был бы мертв, идиот», когда мы направлялись к лестнице.
— Шпаргалка для труса, избегающего смерти, — ответил я, пожимая плечами, поскольку отказывался отступать от этого мнения. — Но если мне придется обмануть смерть, чтобы добраться до своей девушки, тогда ладно.
— Ты сумасшедший, — пробормотал Блейк.
— Мы обсудим твое равнодушие к собственной смертности более подробно, как только вернем нашу девушку, — огрызнулся Сэйнт, бросив заниматься компьютерным хакерством, чтобы присоединиться к нам, доставая свой пистолет. — Но прямо сейчас нам нужно сосредоточиться на том, чтобы добраться до верхнего этажа.
Я толкнул дверь, ведущую на лестницу, но отпрянул назад, когда сверху посыпались пули, и выругался, когда мы вчетвером были вынуждены снова вернуться в приемную. Кто знал, сколько придурков направлялось в нашу сторону? Я выругался при мысли о перестрелке. Не то чтобы мне не нравилось вышибать людям мозги, но нам не нужно было тратить время на этих ублюдков.
Рация мертвого охранника внезапно ожила, и я взглянул в его сторону, когда по ней донеслись слова, от которых у меня внутри все сжалось от страха.
— Вертолет приближается, приготовьтесь к эвакуации.
— Черт! — Взревел я, толкая огромный стол через всю комнату, чтобы загородить лестницу, и оглядываясь по сторонам.
— Мы должны подняться туда до того, как они погрузят ее на вертолет, — прорычал Сэйнт. — Мой отец больше не будет таким неаккуратным. Другого шанса у нас не будет.
Мы все посмотрели на лестницу, где звук приближающихся охранников становился достаточно громким, чтобы дать нам понять, что у нас почти не осталось времени. Мы могли бы пробиться сквозь них, но сможем ли мы сделать это до того, как сюда прилетит вертолет?
— В шахте лифта должна быть служебная лестница, — сказал Монро, поворачиваясь и пробегая через комнату, чтобы открыть двери.
— Я задержу их, — твердо сказал я, когда им с Блейком удалось широко распахнуть двери. — Мы не можем допустить, чтобы они стреляли в нас на этой лестнице.
Все мои братья посмотрели на меня с беспокойством в глазах, и между нами установилось безмолвное общение. Мы все одинаково отчаянно хотели добраться до нашей девочки, но этот план мог сработать только в том случае, если бы мы отнеслись к нему с умом и сыграли как можно лучше. Что бы хоть один из нас добрался до нее, это было все, что имело значение.
— Я тоже останусь, — согласился Блейк.
— Будьте осторожны. — Монро похлопал нас обоих по плечам, прежде чем направиться к лифту и вскарабкаться наверх, чтобы открыть люк технического обслуживания.
— Не дайте себя убить, — прорычал Сэйнт приказом, который не допускал переговоров.
— Да, да, мы тоже тебя любим, гребаный псих, — поддразнил я.