Королева карантина (ЛП)

— Подожди, — окликнул я, как только Сэйнт добрался до подножия лестницы, ведущей в его спальню. — Здесь нет адреса его места работы. Мы уже знали, что «Серенити Фармасьютикалс» удерживают ее, но у них бесчисленное количество зданий и офисов по всему городу, так как же…
— Мы собираемся собрать наше барахло и отправиться в дом мистера Бэрроу, — сказал Сэйнт со злым блеском в глазах. — А потом мы собираемся дождаться, когда он отправится на работу, и последовать за ним.
— Вот так просто? — Спросил я, задаваясь вопросом, нет ли еще слоев в его не таком уж дьявольском плане.
— Никогда не забывай, Блейк, если у тебя проблемы с паразитами, нет смысла уничтожать лишь одну крысу. Тебе нужно затаиться и наблюдать, как она возвращается в свое гнездо, тогда ты сможешь нанести удар по всем им. Полное уничтожение. Настоящая победа.
Он повернулся и продолжил подниматься по лестнице, и на моем лице медленно расплылась улыбка. Вот и все. Наконец-то. Мы действительно собирались вернуть ее.
***
Дом Джонаса Бэрроу оказался милым новым домом в пригороде, в саду росли розовые розы, а дети громко играли в соседних домах, без сомнения, выводя своих родителей из себя после нескольких месяцев карантина, конца которому не видать. И все же, я считаю, лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Я, конечно, предпочел бы быть запертым в доме со своей мамой на несколько месяцев, чем потерять ее, как потерял я.
Это был яркий и не по сезону теплый день, и казалось, что почти все на этой уютной маленькой улочке решили пошире раздвинуть шторы и сесть у окон, чтобы насладиться им.
Мы сидели в машине Сэйнта с затемненными окнами, удобными сиденьями и подстаканниками и смотрели на дом Джонаса глазами целой стаи требующих крови мужчин.
— Я все еще хочу сказать, что мог бы просто выбить из него информацию, — уже не в первый раз проворчал Киан.
Мы торчали здесь уже несколько часов — хотя, конечно, Сэйнт планировал это, и у нас было много еды, напитков, одеял (потому что он не хотел, чтобы двигатель работал и привлекал внимание) и даже наши личные бутылки, чтобы пописать. Конечно, я отпустил остроумный комментарий о том, что мы должны были делать, если кому-то из нас понадобится посрать, а он в ответ просто небрежно достал коробку Tupperware из-под своего сиденья. К счастью, никто из нас не почувствовал необходимости воспользоваться этим, но я был почти уверен, что он действительно ожидал, что мы это сделаем, а не рискнем выйти из машины и предупредить нашу цель о нашем присутствии.
Единственный раз, когда кто-то из нас выбрался наружу, это когда мы впервые появились здесь. Сэйнт высадил Киана на боковой улочке, где его никто не мог увидеть, затем он пробирался задними закоулками, пока не добрался до дома Джонаса. Ему удалось подтвердить, что этот ублюдок в настоящее время спит в своей постели, и он видел график работы, прикрепленный к холодильнику, который подтверждал, что он вернется на смену сегодня вечером.
Найл заскочил к нам, чтобы встретиться с Кианом, и передать нам оружие, в котором мы нуждались, и у меня неприятно сжался живот, когда я задался вопросом, что ему придется сделать, чтобы отплатить своей семье за всю помощь, которую они нам недавно оказывали. Я знал, что он был более чем готов заплатить эту цену, но я также желал лучшей жизни для своего брата. Такой, которую он мог бы выбрать для себя. Но сейчас было не время беспокоиться о будущем. Нам все равно нужно было вернуть Татум, если мы хотели получить хоть какой-то шанс на это.
С тех пор, как Киан вернулся к нам, он грыз удила, желая выбить ответы из этого ублюдка. Но Сэйнт отклонил его предложение, не желая делать ничего такого, что могло бы предупредить людей, удерживающих Татум, о нашем приближении. Поскольку его отец дергал за ниточки, он был непреклонен в том, что нам нужно быть осторожными, и мне пришлось согласиться. Как бы мне ни хотелось сейчас двигаться, главное — нужно было сделать все что бы вернуть нашу девочку.
Так что мы будем сидеть здесь весь гребаный день и просто ждать, когда он уйдет.
 
***
Несколько часов спустя я поерзал на сиденье, пытаясь хоть немного избавиться от онемения в заднице, когда пистолет на бедре уперся мне в бок.
Наступила ночь, и напряжение в машине было ощутимым, пока мы ждали появления Джонаса.
Когда он, наконец, это сделал, я выпрямился на своем месте рядом с Сэйнтом, который почти не отреагировал на появление нашей жертвы.
Мы наблюдали, как Джонас вышел из своего дома в медицинской маске, закрывающей нижнюю часть лица, как примерный маленький гражданин, прежде чем сел в синий седан, припаркованный на подъездной дорожке.
Он завел двигатель и выехал задним ходом на улицу, прежде чем на небольшой скорости направиться прочь от нас.
— Ну же, — поторопил я, когда Сэйнт остался сидеть за рулем, не заводя двигатель, а отчаяние переполнило машину. — Мы должны последовать за ним.
— Я вполне способен проследить за этим мудаком, — процедил Сэйнт, не отрывая глаз от теперь уже далеких задних фар. — Но я также способен на хитрость. То, чего тебе значительно не хватает.
— Начинай уже вести машину, или я вышвырну тебя из этого гребаного сиденья и возьму управление на себя, — прорычал Киан, в то время как Монро бормотал оскорбления в адрес нашего самозваного лидера.
Сэйнт медленно пристегнул ремень безопасности и вздохнул, как будто мы испытывали его терпение, прежде чем завести двигатель и отъехать от тротуара.
Он придерживался гребаного ограничения скорости, следуя за Джонасом на слишком большом расстоянии, на мой взгляд, и я подавил свои жалобы, просто не отрывая взгляда от машины, которая теперь была в нескольких кварталах от нас.
Поскольку карантин все еще действовал в полную силу, на улицах было мало машин, поскольку не так уж многим основным работникам по-прежнему разрешалось покидать свои дома ради работы. И как бы сильно это меня ни расстраивало, я догадывался, что Сэйнт был прав насчет того, чтобы мы не ехали на заднице седана всю дорогу туда, но я все равно чертовски нервничал на случай, если мы его потеряем.
Как и следовало ожидать, мы направились в глубь города Хемлок, и Сэйнт неохотно подъехал ближе к седану, поскольку Джонас совершал различные повороты, и вероятность того, что мы потеряем его из виду, возрастала.
В конце концов Джонас свернул с затемненной улицы на подземную парковку под безобидно выглядящим офисным зданием, которое возвышалось над головой и даже не имело никаких вывесок на фасаде. Там был всего лишь стеклянный фасад пустой на вид приемной, где четверо вооруженных охранников стояли достаточно далеко от дверей, чтобы не привлекать внимания, но их было достаточно легко увидеть, если вы знали, что ищете.
— Что это за место? — Спросил Монро, наклоняясь вперед между креслами, чтобы смотреть в лобовое стекло, когда Сэйнт обогнул квартал и припарковался в темном переулке.
Мы определенно не должны были парковаться здесь, но Сэйнт поставил на машину фальшивые номера, и ему было наплевать на штраф.
— Я исследовал каждое здание, которое было внесено в список «Серенити Фармасьютикалс», — ответил Сэйнт, слегка нахмурив брови. — Этого не было в том списке. Так что я бы сказал, что это место, о котором они не хотят, чтобы кто-нибудь знал. Место, где их этическая точка зрения отходит на второй план, и они проводят исследования, о которых не хотят, чтобы СМИ узнали.
— Отлично. Так это лаборатория зла? — Киан спросил небрежно, как будто сталкивался с лабораториями зла каждый день.
— Почему ты всегда сводишь все к грубому, непрофессиональному описанию? — Сэйнт набросился на него, но Киан не потрудился ответить.
Я оглянулся на него и обнаружил, что он крепко сжимает бейсбольную биту, уставившись на указанное здание. Мой взгляд задержался на татуировке, которая обвивала безымянный палец на его левой руке, обручальном кольце, которое он никогда не мог снять, и моя грудь сжалась, когда я подумал об этом. Я смирился с мыслью о том, что они двое по большей части в браке, но не мог отрицать, что это пробуждало во мне такой уровень ревности, который я иногда изо всех сил пытался полностью подавить.