Дом-Призрак (ЛП)
— Вы думайте, она мертва?
Уилл решил, что лучше быть честным. Он не хотел давать ей ложную надежду, когда не имел ни малейшего понятия.
— Не знаю, Эрин. Я надеюсь, что она остановилась где-нибудь с ним, и с ней все в порядке, но правда в том, что мы просто не знаем.
Оставив Эрин наедине со слезами, они вернулись к машине.
— Нам нужно найти эти билеты и выяснить, кто их купил. Даже если они куплены на «Ебей», мы можем отследить продавца. Позвони обязательно в штаб-квартиру и скажи им, чтобы поторопились с её ноутбуком; сейчас это самая главная зацепка. Если она познакомилась с ним в интернете, в ноутбуке найдется полно подсказок. Он может быть кем угодно, но, по-моему, он похож на какого-то гребаного извращенца, — прорычал Уилл.
— Я разберусь с этим, как только мы вернемся, босс.
Уилл высадил Лору у отделения полиции и поехал обратно к дому Дженны Уайт: он не уедет, пока не найдет билеты.
***
Энни не могла вспомнить, когда в последний раз посещала библиотеку, и виной тому сотни фунтов штрафов за не сданные книги во время студенчества. В детстве она часами сидела в библиотеке, свернувшись калачиком и читая все, что попадалось под руку. Наверху располагался читальный зал и самый крутой музей, в котором она когда-либо бывала. В нем имелись чучела птиц и огромная лосиная голова с большими карими глазами, которые выглядели такими грустными. Энни и сама, вероятно, выглядела бы грустной, если бы кто-то застрелил её, отрезал голову и выставил на всеобщее обозрение. Она придумывала страшные истории о плотоядном лосе, который бродил по улицам после наступления темноты в поисках своего тела — неудивительно, что ей снились ужасные кошмары.
Проходя через главные двери, она ожидала, что раздастся звон колокольчика и предупредит всех, кто здесь находился, но все, что встретило её, это приглушенные голоса персонала и нескольких посетителей. Впервые за несколько дней она почувствовала себя расслабленной, детские воспоминания успокаивали её встревоженный ум и напоминали о том времени, когда её жизнь была гораздо проще. Следуя указателям, она нашла архив, спрятанный в задней части огромного здания. Энни была озадачена, когда ассистентка сказала ей, что она должна положить свою сумку в шкафчик, и может делать заметки только карандашом.
Женщина заметила выражение её лица.
— Вы не поверите, сколько наших документов было повреждено или украдено. Мы вынуждены принимать эти меры предосторожности, чтобы сохранить то, что у нас осталось.
— О, это ужасно. У меня есть только ручка, а у вас найдется карандаш, которым я могла бы воспользоваться?
— Да, конечно, дорогая, пятьдесят пенсов, пожалуйста.
Энни выудила из кармана мелочь и протянула ей.
Женщина выдала карандаш.
— У вас есть читательская карточка, дорогая?
Во второй раз лицо Энни побледнело.
— Это карта заводится на всех наших посетителей, так что поищите документы. Вам понадобится что-нибудь с вашим адресом, чтобы подтвердить вашу личность. — Женщина смотрела самодовольно, явно ожидая, что у Энни с собой ничего не будет.
Энни пришлось улыбнуться, чтобы не схватить женщину и не встряхнуть её хорошенько.
— Я только посмотрю в своей сумке, которую вы велели мне положить в шкафчик пять минут назад.
В сумке она обнаружила смятую банковскую выписку и полицейское удостоверение. Она захлопнула металлическую дверь и заперла её, а обернувшись, увидела, что женщина уже помогает какому-то мужчине, который хочет найти родителей своей матери. Энни подумала, что сейчас закричит от отчаяния, когда голос сзади пришел ей на помощь.
— Я могу вам помочь?
Она обернулась и увидела улыбающегося ей молодого человека лет двадцати.
— Да, пожалуйста, это было бы замечательно. Я пытаюсь найти какую-нибудь информацию о старом особняке в лесу за аббатством. Но для этого мне нужно завести карточку читателя и иметь карандаш, и, честно говоря, я понятия не имею, о чем она: я запуталась.
Деклан, судя по надпись на его бейдже, рассмеялся, и Энни почувствовала облегчение.
— Хм-м-м Хильда, как правило, оказывает такое воздействие на всех. Пойдемте, я вам помогу.
Она последовала за ним к столу и через две минуты заполнила бланк, который Деклан взял у неё вместе с удостоверением личности, чтобы сделать фотокопию. Теперь Энни стала гордой обладательницей совершенно новой сине-белой читательской карточки.
— Присядьте, а я принесу все, что у нас есть по особняку в аббатстве Вуд, вы ведь о нем говорите?
— Спасибо. Мой брат — смотритель, и я интересуюсь историей этого места.
— Ух ты, это правда, так круто. Такое большое старое страшное место. Вы же знаете, что он мог бы сколотить целое состояние, организуя экскурсии с привидениями. У меня куча приятелей в колледже, которым было бы интересно.
— Неплохая идея, я ему обязательно расскажу. Между нами говоря, думаю, он слишком напуган, чтобы даже войти туда.
Они оба рассмеялись слишком громко, что не понравилось Хильде, и она бросила на них грозный взгляд. Деклан исчез, а Энни направилась к огромному дубовому столу в углу, за которым с комфортом могли разместиться четыре человека.
Он вернулся с двумя большими коробками.
— В этой больше всего. Есть фотоальбомы дома, когда он был построен, и семьи, которая там жила; это действительно был красивый дом. В другой коробке лежат семейные письма от сына к матери, его, должно быть, отправили в интернат или что-то в этом роде. Я читал их некоторое время назад, пока Хильда не застукала меня и не заставила разложить все газетные вырезки от начала времен в алфавитном порядке. Существует также бухгалтерская книга со списком персонала дома, когда он работал на полную мощность. Это должно занять вас на какое-то время. Если вам еще что-нибудь понадобится, дайте мне знать.
Он ушел, и Энни почувствовала, что к ней вернулась вера в человеческую доброту. Хильда прошла мимо, она все еще сердито смотрела на неё, поэтому Энни одарила её самой широкой улыбкой, на какую только была способна. Подняв тяжелую коробку с фотографиями, она почувствовала волнение. Обычно она легка в общении, но последние дни превращали её в нервную истеричку.
Открыв первую книгу, она увидела фотографии особняка во всем его великолепии: от его вида захватывало дух, он выглядел именно так, как она себе и представляла. Дом был наполнен произведениями искусства и великолепной мебелью. Потрепанные фотографии цвета сепии не передавали в должной мере красоту дома, но Энни не торопилась и изучала каждую из них. В конце концов, она добралась до последней страницы, на которой неожиданно оказалась, запечатлена классная комната, в которой она была вчера: все выглядело точно так же: книги, парты, все. Холодок пробежал по её телу, когда чей-то голос прошептал ей на ухо: «Я иду искать, кто не спрятался, я не виноват».
Другой голос прервал её транс.
— С вами все в порядке?
Энни подняла глаза и увидела Деклана, стоящего над ней с озабоченным лицом.
— О да, спасибо, извините, я просто замечталась.
Он подмигнул ей.
— Меня прислала Хильда. Она думала, вы сейчас упадете в обморок.
Он оставил её, и она закрыла книгу, положив её обратно в коробку поверх другой, с семейными фотографиями. Энни было страшно смотреть на них. Она не хотела знать, похож ли Эдвард на страшного молодого человека с черными глазами из её снов. Или Элис, что, если она похожа на неё, тогда что? Закрыв коробку крышкой, она пододвинула к себе вторую. В ней лежали пачки писем и красный кожаный гроссбух. Она взяла письмо и начала читать. Эдвард рассказывал матери, как сильно скучает по ней и по домашним пирожным кухарки, и все о своей новой школе. Казалось неправильным, что чьи-то личные письма должны быть доступны для публичного чтения. Почти так же неправильно, как читать чей-то личный дневник, Энни? Она бы сильно разозлилась, если бы её личные вещи выставили на всеобщее обозрение, не то чтобы у неё есть что-то стоящее, но эта мысль все равно заставляла её чувствовать себя неловко. Эдвард, написавший эти письма, казался заботливым, любящим молодым человеком. Она положила их обратно и достала гроссбух.