Изгой (СИ)

Можно попробовать как-то на этом сыграть. Только очень аккуратно. Оскорбить легендарного русского воителя ни в коем случае нельзя.
Анализирую сайт конкурентов и делаю несколько выводов.
Первое — они не стесняются демпинговать. Цены для клиентов гораздо ниже, чем у меня, а гонорары для наёмных секундантов выше.
Я узнаю это, позвонив с подставных номеров. Сначала представляюсь клиентом, а затем наёмником.
При этом, как я понимаю из разговора, их не особо заботит репутация секунданта. Я вот сказал, что на меня якобы дважды заявляли в суд за нарушение дуэльного кодекса. Мне ответили, что это не проблема.
Хорошо. Предполагаю, что Пересвет намерен поступать так же, как многие агрегаторы из моего прошлого мира. Мол, мы всего лишь посредники и не несём никакой ответственности.
Значит, стоит взять на контроль поединки, которые они проводят. Если там случится какая-то проблема, то немедленно это раздуть. Потому что Оруженосец, в отличие от Пересвета, тщательно следит за репутацией наёмников и берёт на себя ответственность.
Серьёзное преимущество, которое способно нивелировать разницу в цене для клиента. Поэтому можно оставить её неизменной, а вот гонорар для секунданта повысить до уровня Пересвета. Тщательный отбор позволит со временем создать когорту из лучших, а у конкурента тем временем накопится всякий сброд, который будет доставлять проблемы.
Второе. Пересвет стремится к быстрым результатам — активная реклама, давление на оппонента, демпинг. И проведя анализ, я вынужден признать, что по цифрам они вырвались вперёд. Но в перспективе они проиграют, если продолжат в том же духе.
Даже захватив часть рынка сейчас, они не смогут её удержать. Нельзя принимать клиентов за дураков. Тем более, когда твои клиенты дворяне. Многие из них предпочтут надёжность, а не низкую цену.
Третье. Кто вообще управляет Пересветом? Некий дворянин по фамилии Старцев. Жаль, что ОценкаРепутации заблокировала мне доступ, не могу его пробить. Приходится использовать простой поисковик.
Узнаю, что Герман Старцев — аристократ без титула. Кроме Пересвета, он владеет ещё несколькими предприятиями, в том числе маркетинговым агентством. Неплохо. Интересный соперник. Хотя его методы вызывают сомнения — судя по материалам в интернете, господин Старцев был неоднократно замешан в деловых и судебных разбирательствах.
В том числе, на него подавали в суд за порчу деловой репутации. Видимо, Старцев не усвоил урок, ведь он сейчас по факту портит репутацию Оруженосца и мою. Формально остаётся в рамках закона, но на самой грани.
Решаю, что мне следует нанести ответный удар. Само собой, я не буду очернять Пересвет. Надо просто надавить на те преимущества, которые есть у нас.
Рекламная кампания в соцсетях с перехватом аудитории конкурентов. Несколько заказных материалов в группах ЦЦ и электронных СМИ. Плюс, конечно, освещение каждого нашего поединка и интервью с победителями.
Пока что мы можем похвастаться тем, что ни один из наших клиентов не потерпел поражения. И дело не только в том, что они такие молодцы и хорошо сражаются. Наши секунданты продавливают идеальные условия схватки, которые увеличивают шансы на победу. Не говоря уже о том, что мы изучаем соперников и готовим клиентов к бою.
Пересвет ничего такого не делает.
Составляю задание для внештатных журналистов, чтобы написали для Оруженосца пару грамотных статей. Настраиваю таргетированную рекламу. А затем делаю рассылку по базе наёмников — мол, мы повышаем гонорар, будем рады рассмотреть вашу кандидатуру.
На этом пока что всё. Я сделал свой ход. Посмотрим, как ответит Старцев.
После проверяю, как идут дела у Астетики, и убеждаюсь, что неплохо. Наша управляющая Фарида отлично справляется. Количество покупателей упало, но благодаря хорошей работе продавцов и появлению новой коллекции прибыль остаётся почти на том же уровне.
С бутиком за короткое время произошло много громких событий, от информационной атаки на нас с мамой до изгнания и ограбления. Однако мы грамотно использовали весь этот шум. Да, потеряли часть старых клиентов, но приобрели немало новых.
 
Одним словом, Астетика на плаву и тонуть не собирается.
Убираю телефон в карман и подхожу к окну. Замечаю, что на парковке появился ярко-розовый кабриолет Евгении и Волга Максима. А прямо на моих глазах заезжает белый Эльбрус мамы.
Значит, почти все уже здесь. Не хватает только Дмитрия, сына Алексея от первого брака.
Поднявшись на верхний этаж, замечаю в рекреации маму. Она сидит на диване и смотрит в одну точку.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я.
— Саша! — мама встаёт. — Как понять, что я здесь делаю? Князь вызвал всех.
— Знаю. Я имею в виду, почему ты сидишь в коридоре. Юрий запретил тебе войти?
— Нет, я… сама не захотела.
— Идём, — подставляю матери локоть. — Собрание для всех членов рода, и для нас в том числе.
— Мы с тобой изгои, — бурчит она, но всё же берёт меня под руку.
— Это неправда. Прости, что сразу не позвонил, но я беседовал с князем. Он чётко сказал, что голосовал за нас. Юрий врал, и наше изгнание незаконно.
— Князь об этом будет говорить? — бледнея, спрашивает Анна.
— Думаю, да. Но, похоже, не только об этом.
Заходим в комнату отдыха, где уже собрались все остальные. Разговоры немедленно смолкают, и все смотрят на нас.
— Добрый день, — говорю я. — Рад снова видеть всех Грозиных в одном месте.
— И опять мы собрались из-за вас, — цокнув языком, замечает сидящая на кресле Евгения. — Как будто нет других поводов.
— Другие поводы есть, — говорит Алексей, задумчиво обводя семью взглядом. — Ты недовольна, милая?
— Всё в порядке, дорогой, — мурлыкает Евгения.
Она откидывает волосы и закидывает ногу на ногу. Образ у неё как с обложки. Яркий макияж, облегающее платье с глубоким V-образным вырезом. Отсутствие бюстгальтера бросается в глаза. Как и то, что в грудь вставлены импланты.
Не понимаю, зачем вообще дед Алексей женился на ней. Может быть, я не понимаю чего-то, но мне кажется, что такая светская сучка только портит его репутацию. Она выглядит как дорогая проститутка, и ведёт себя примерно так же. Разве достойно замминистра иметь подобную в жёнах?
— Итак, все собрались! — объявляет Алексей. — Дмитрий, к сожалению, не приедет. Он попросил меня быть его представителем, если князь объявить какое-то голосование. Сейчас я схожу за его сиятельством, и мы начнём.
С этими словами Алексей выходит из комнаты. Я провожаю маму к свободному креслу и сам сажусь рядом.
— Ну что, — Евгения поворачивается к нам. — Каково вам быть изгоями?
— Я не заметил разницы, — отвечаю.
— И правда, — улыбается Женя. — Вы ведь и так были изгоями. Просто теперь это официально.
— Вы правы.
— И что, Александр, тебя это никак не трогает?
— Нет. Меня это волнует гораздо меньше, чем вас.
— Ты думаешь, меня это волнует? — Евгения очаровательно смеётся. — Мне до вас нет никакого дела.
— Зачем тогда вообще задаёте вопросы?
— Она просто не может прожить ни минуты без внимания, — шипит мама, бросая неприязненный взгляд на почти полностью оголённую грудь Евгении.
Та лишь надменно улыбается в ответ и говорит:
— Это правда. Я люблю быть в центре внимания. Правда, по другим поводам, нежели вы.
— Слава богу, меня нет в списке «Самые развратные дворянки», — фыркает мама.
— А что, есть такой список? Уверена, я заняла бы в нём первое место!
— Заткнитесь обе, — рычит Юрий. — А ты, Женя, прикрой свои сиськи.
— Тебе не нравится? — мурлычет Евгения, не обращая внимания на гневный взгляд жены Юрия.
— Ты вообще понимаешь, где находишься? — железным тоном спрашивает он. — Прикройся, твою мать, или я тебя вышвырну.
Цокнув языком, Евгения снимает со спинки кресла блейзер и надевает его.
— Лучше бы ты вышвырнул изгоев.
— Они хотя бы не ходят полуголыми, — замечает Татьяна.
— Признайтесь, дамы, вы мне просто завидуете, — улыбается Евгения.