Изгой (СИ)

Только сначала понять, на что способен Виталий, когда находится на взводе.
Я уже знаю, что он не боится применять насилие. Чужими руками, само собой. И налёт на мамин магазин был заранее подготовлен. Не исключено, что в моменты паники Виталий сможет применить ещё более жёсткие меры.
На всякий случай звоню Виктору и прошу усилить охрану матери. А потом подхожу к солдатам возле княжеской палаты и говорю им:
— Будьте начеку, понятно? Мне поступили сведения об угрозе. Никому не позволяйте приближаться и передайте своим, чтобы заблокировали проезд. Пропускать только машины скорой и членов семьи Грозиных.
Солдаты переглядываются, и один из них спрашивает:
— Что за угроза?
— Через несколько минут князь запускает прямую трансляцию, — показываю экран смартфона. — Собирается публично сообщить важные сведения. Есть те, кто хочет этому помешать. Не исключено, что с помощью силы.
— Больница под охраной. Снаружи обстановку контролируют снайперы и вертолёт. Не переживайте, господин.
— Послушайте…
— Мы не принимаем от вас приказы, — твёрдо отвечает боец. — Мы служим империи, а не роду Грозиных.
— Знаю. Но у вас приказ обеспечить безопасность князя.
— Так точно. И мы выполняем этот приказ. А в интригах вашего рода, — солдат бросает взгляд в сторону комнаты отдыха, — не участвуем.
Ну да. Нашу короткую перепалку с Виталием они слышали. Можно догадаться, что к чему.
— Похвально, — киваю я. — Рад видеть, что вы твёрдо исполняете устав.
— Служу императору и Отечеству, — по форме отвечает солдат.
— Только вы должны понять, что от моей просьбы, — делаю акцент на слове «просьба», — зависит судьба Отечества. Потому что, если в Династии начнутся проблемы, это отразится на всей России.
— Повторяю, господин — мы не принимаем от вас приказы. И просьбы тоже, — добавляет боец.
В это время в дальнем конце коридора раздаётся стук каблуков. Невольно оборачиваюсь и вижу медсестру. Ту самую, которая, похоже, на самом деле служит в армии.
Солдат бросает на неё задумчивый взгляд и говорит:
— Мы принимаем приказы только от своих офицеров.
Большего мне не надо. Намёк понятен. Благодарно киваю и спешу навстречу девушке. Глядя на неё, отмечаю выправку и строгость походки. Даже если она и правда врач, то военный.
Приходится невольно обратить внимание не только на её осанку, но и очаровательную улыбку, которой девушка меня одаривает.
— Чем могу помочь, господин? — спрашивает она.
— У меня есть просьба, любезная. Это важно.
— Надеюсь, вы хотите пригласить меня на свидание, — «медсестра» коротко смеётся. — Только судя по вашему серьёзному тону, это не так. Жаль.
— Помогите мне, и вечером я буду рад угостить вас ужином.
— Шучу, шучу! — восклицает девушка, хотя её глаза при этом игриво блестят. — Меня зовут Оксана. А вы Александр, не так ли? — получив в ответ кивок, она спрашивает. — Что я могу сделать?
— Отдать приказ солдатам. Во-первых…
— Я медсестра, господин, какие приказы? — продолжает улыбаться она.
— Не время ломать комедию. По вам видно, что вы военная.
Улыбка девушки медленно гаснет, но не полностью. Тихо усмехнувшись, она спрашивает:
— Что за приказ?
— Во-первых, повышенная готовность. Есть вероятность, что на князя совершат новое покушение.
Взгляд Оксаны становится жёстким. Аккуратные бровки съезжаются к переносице, а тон приобретает железные нотки:
— Вы уверены?
Нет, я не уверен, но не могу отделаться от тревоги. Чёрт возьми, рядом с Виталием я и правда становлюсь параноиком. Как у него это получается?
Не думаю, что мои дядья решатся прямо сейчас устроить покушение. Хотя убийство князя в прямом эфире — это было бы громко. Но они, скорее всего, поступят иначе.
— Не уверен. Это лишь подозрения. Но пускай лучше солдаты глядят в оба.
— Принято, — Оксана быстрым шагом направляется к бойцам.
Направляюсь за ней:
— Подождите, это ещё не всё.
— По делу за раз, господин, — отвечает она.
Оглядевшись, подходит к солдату и громким шёпотом приказывает:
— Афанасьев, рацию.
 
— Так точно, — тот снимает с груди рацию и протягивает девушке.
Мы с ней следуем дальше по коридору и заходим в ординаторскую. Оксана запирает дверь и прикладывает рацию к губам:
— Сестра вызывает Базу, как слышно?
— Я База. Говори, Сестра, — звучит ответ через пару секунд.
— Передай командиру, что есть вероятность покушения на князя. Предлагаю привести штат в боевую готовность и временно запретить въезд на территорию больницы. Как принял?
Несколько мгновений рация молчит, потом раздаётся хриплый голос:
— Сестра, я командир. Откуда сведения?
— От Грозиных, ваше благородие, — взглянув на меня, отвечает Оксана.
— Ясно. Предложение принял. Отправляю усиление к тебе на этаж.
— Поняла, ваше благородие. Конец связи, — опустив рацию, девушка кивает мне. — Готово. Что ещё вы хотели попросить?
— Обеспечить безопасность связи. Князь собирается выступить в прямом эфире с важным заявлением. Ему хотят помешать, — вот в этом я уже на сто процентов уверен. — Кто поставляет интернет в больницу?
— Династия, — пожимает плечами Оксана. — Основной коммутатор в подвале, он под контролем.
Достаю смартфон и смотрю на экран. На моих глазах значок вайфай перечёркивается крестиком. Связь потеряна. Значит, Юрий с Виталием прямо сейчас отдали приказ временно перекрыть больнице интернет.
Но есть ещё мобильная связь. И она хорошо работает.
Пока что.
— Рядом есть сотовая вышка? — спрашиваю я.
— Несколько. Ближайшая на соседней улице, — без запинки отвечает Оксана. — Метров пятьсот отсюда. Но чтобы полностью отключить связь, надо будет заглушить все вышки поблизости, их четыре.
— Те, кто хотят это сделать, вполне способны. Вышки под охраной?
— Нет. Но рядом есть патрули.
— Прошу вас немедленно взять вышки под контроль. У имперской армии есть такие полномочия?
— По идее, да. Разберёмся, — говорит Оксана и открывает дверь.
Выглянув и осмотревшись, она выходит в коридор, возвращает солдату рацию и говорит:
— Афанасьев, ты за старшего. Я к командиру.
— Так точно.
— Всё будет в порядке, Александр, — напоследок говорит Оксана и уходит.
Что ж, отлично. Теперь моим дядюшкам вряд ли удастся отрезать князя от эфира. А они наверняка собирались это сделать — то, что в больнице вдруг пропал интернет, указывает именно на это.
Не зря я подсуетился.
Подхожу к комнате отдыха и стучу в дверь. Мне открывает Виталий.
— Я могу войти, дядя?
— Какой же ты неугомонный, — вздыхает он. — Не можешь. У нас с Юрием важный разговор.
— Вот-вот начнётся обращение его сиятельства, — приподнимаю телефон. — Думал, мы посмотрим вместе.
Виталий только качает головой и закрывает дверь. Сволочь.
Жаль, конечно. Мне бы очень хотелось взглянуть на их с Юрием реакцию.
Прохожу чуть дальше в коридор и сажусь на диванчик. Открываю трансляцию и жду. Немного странно — князь находится совсем рядом, я мог бы слушать его, находясь вплотную. Но вместо этого буду смотреть через экран.
Трансляция ещё не началась, но комментарии уже летят один за другим. Вдруг вижу сообщение, которое заставляет мои брови подпрыгнуть вверх:
«Изгой в чате, ахаха!»
Андрей Жаров. Вот говнюк. Увидел, что я тоже подключился к трансляции, и не упустил возможности оскорбить.
«Как плечо, Андрюша?» — пишу в ответ. — «Уже так хорошо зажило, что ты готов к новой дуэли?»
«Вызовы от изгоев и бастардов не принимаю», — пишет он.
«Как удобно. Впрочем, на твоём месте я бы тоже не хотел проиграть ещё раз».
Андрей наверняка печатает что-то в ответ, но тут на экране появляется лицо князя. Я сворачиваю чат. Уже плевать, что там напишет Жаров, слова дедушки намного важнее.
На экране он выглядит ещё более осунувшимся, чем прежде. Глубокие морщины и старческие пятна на лбу так и бросаются в глаза. Однако взгляд князя, как всегда, суров и остёр.