Изгой (СИ)

— Я согласна, ваше благородие, — холодно отвечает Зинаида. — Но так необходимо для развития компании. Может, в будущем мы пересмотрим это решение. А пока что результат ясен.
— Не думайте, что всё закончится так просто! — подскакивая, восклицает Ольга. — Хоть это и законно, однако сговор налицо! Я буду подавать в суд.
— Ваше право, — графиня пожимает плечами. — А теперь прошу покинуть помещение. Совет продолжится без вас.
Ольга хватает свою сумочку и быстро шагает к выходу, по дороге опалив меня взглядом.
Никак не реагирую. Надеюсь, она не пойдёт против нашей утренней договорённости. Вроде бы неглупая женщина, должна понять, что я отдал свой голос не просто так.
— Поддерживаю Ольгу, — бурчит Игнат. — Мы подадим совместное заявление.
— Не торопись, любезный! — сразу же объявляет Богдан Борисович. — Зачем тебе судиться с дворянами? Сам знаешь, это в каком-то смысле опасно.
Рассчитывает припугнуть мягкого Игната? Видимо, так. Сначала погрозить кнутом, а потом сунуть под нос сладкий пряник. В виде предложения выкупить его долю и добавить что-нибудь от себя.
Так очевидно, что даже смешно. И немного обидно, что Булатов с Белозерской не воспринимают меня всерьёз.
Впрочем, это только на руку. Слишком просто, да. Но мне сейчас важнее победа, чем соревнование.
— Опасно? — Игнат сдвигает очки на кончик носа и смотрит на барона поверх стёкол. — Что это значит, ваше благородие? Вы мне угрожаете?
— Нет-нет. Я про то, что будет много издержек, головная боль на несколько месяцев… Оно тебе надо? — барон разводит руками. — Давай поговорим после собрания, ладно? Хочу угостить тебя обедом.
— Посмотрим, — бурчит Игнат и направляется к выходу.
Когда дверь за ним тихо закрывается, я спрашиваю:
— Превосходно, решение принято. Теперь в совете остались только дворяне, не так ли? Мне это по душе.
— Мне тоже, Александр, — хищно улыбается Белозерская.
«Глупый сопляк! С радостью запрыгнул в ловушку, которую мы подготовили!» — так и читается в её глазах.
— Мы должны ещё что-то обсудить? — с невинным видом интересуюсь я.
— Конечно, — кивает барон. — Есть много вещей по новой стратегии. Давайте постараемся закончить до обеда. Я сегодня не завтракал.
— Тогда приступим, — киваю я, доставая документы. — У вас имеются какие-то вопросы, ваше благородие?
Как ни удивительно, последующее собрание проходит весьма плодотворно. Похоже, что мои враги действительно решили принять новую стратегию. Кто бы сомневался. Барон изначально был за, а у графини теперь нет выбора.
Надеюсь, она всё же понимает, что такие перемены необходимы Цитате.
Хотя какая мне разница, в общем-то. Достаточно скоро я вышвырну графиню из совета акционеров. А если получится — вообще из компании. Пока не решил, но кое-какие идеи для этого у меня имеются.
Когда мы заканчиваем, я спускаюсь на подземную парковку и оглядываюсь. Красный Эльбрус Ольги ещё здесь. Прекрасно. Значит, она всё-таки решила меня дождаться.
Оля сидит за рулём и нервно курит. Судя по количеству окурков возле машины, она приговорила уже целую пачку.
— Наконец-то, — бурчит она, увидев меня, и выбрасывает очередной окурок. — Садись.
— Это приказ, сударыня? — уточняю я, не сдвигаясь с места.
Она смотрит на меня так, будто пытаясь задавить взглядом. Но потом качает головой и опускает глаза.
— Нет, конечно. Садись, пожалуйста. Давай поговорим.
— Так-то лучше, — обхожу автомобиль и падаю на пассажирское. — Не знал, что ты куришь.
— Я бросила. Но два часа назад опять начала! — отвечает Ольга, крутя в пальцах зажигалку. — Что это было, Александр? Почему ты проголосовал за это решение?
— Потому что вас бы всё равно исключили. Это был тактический ход, чтобы усыпить бдительность врагов. И чтобы барон смог подлизнуть Игнату.
Объясняю, что к чему, и Оля сразу же оттаивает. В её глазах появляется азартный блеск.
— Надо же, — говорит она. — А ты ещё умнее, чем я думала.
— Спасибо за комплимент. Надеюсь, ты не решила, что я тебя кинул?
— Нет. Просто немного растерялась, скажем так. Юристу уже позвонила, — будто оправдываясь, говорит Ольга. — Сегодня же подам на графиню в суд.
 
— А что насчёт Игната?
— Я поговорила с ним. Он тоже не дурак и понял, что барон намерен выкупить его долю. Но на моё предложение тоже согласился.
— Как это?
— Он хочет продать половину мне, а половину Булатову.
— Вот как, — задумчиво произношу я. — Понятно. Он и правда очень осторожный человек. Решил ни с кем не ссориться.
— На самом деле он давно хотел продать долю. Ему надоело, что Цитата не приносит прибыли. А теперь ещё и вся эта возня в совете.
— Что ж, пусть так. Всё же лучше, чем если бы барон выкупил все его акции.
— Конечно. Как твой дедушка? — участливо спрашивает Ольга. — Всё в порядке?
— Более-менее. Операция прошла хорошо, он выберется.
У меня в кармане начинает вибрировать телефон. Мама.
— Одну секунду, — говорю я и отвечаю: — Алло?
— Саша, — замогильным голосом говорит мама. — Нас изгнали. Мне только что звонили из дворянской палаты. С этой минуты я не княжна, а ты не княжич. Юрий выгнал нас из рода!
Хоть я и ждал этого, новость всё равно как пощёчина. Кровь приливает к голове, в ушах лёгкий звон. Чувство несправедливости сдавливает глотку.
— Тише, — успокаивающе говорю я матери. — Это временно, слышишь? Может быть, всего на несколько дней.
— Я понимаю. Надеюсь на это. Вдруг папа… — споткнувшись, Анна со слезами в голосе заканчивает: — Вдруг он умрёт.
— Я этого не допущу. Я ведь вчера рассказал, что мы сделали с дедом Алексеем.
— Это не гарантия того, что он выживет.
— Не думай о плохом, прошу тебя. Пройдёт несколько дней, князь придёт в себя и восстановит справедливость.
Оля вряд ли понимает, о чём я говорю. Но с чисто женской интуицией ощущает, что мне не помешает поддержка. Ласково берёт мою ладонь и поглаживает пальцы.
Ещё немного говорю с мамой, а потом кладу трубку и тяжело вздыхаю.
— Случилось что-то плохое? — спрашивает Ольга.
— Нет, всё в порядке, — я улыбаюсь. — Меня просто изгнали из рода.
— Что⁈ — она округляет глаза.
— Внутренние разборки. Не бери в голову. Как ты слышала, это всего лишь на несколько дней. Давай вернёмся к Цитате, — забираю свою ладонь из тёплых рук Ольги и перехожу на деловой тон. — Ты согласна действовать так, как я предложил?
— Если это поставит на место Белозерскую — конечно, согласна!
— Скорее, это лишит её места, — говорю я. — Хорошо. Тогда давай обсудим кое-какие детали…
Обговорив с Ольгой всё необходимое, я звоню своему охраннику. Хочу успеть на последние занятия в школе. Там как раз будет сдвоенный урок дворянского права. Единственный предмет, в котором я не чувствую себя сильным.
Конечно, Ольга предлагает забыть про уроки и вместо этого поехать в гостиницу. Отказываюсь. В тот раз было здорово, и я не прочь повторить, но как-нибудь в другой раз.
В Бриллиант я еду на своей Ауди. Той, что отобрал у бывшего управляющего Астетики за его грешки. Хорошо, что у меня теперь появились свои люди — есть кому водить автомобиль.
Не было бы счастья, да несчастье помогло, как говорится.
К школе подъезжаю во время перемены. Вот и славно, не придётся просить прощения за опоздание. Пропущенные занятия не в счёт.
Надеюсь, мне простят неподобающий внешний вид — я в обычном костюме, заезжать переодеваться не было времени. А ехать в школьной форме на собрание акционеров как-то не комильфо.
Зайдя во двор школы, сразу же слышу оклик:
— Эй! Александр! Ты что здесь делаешь?
Сразу узнаю этот мерзкий голос. Андрей Жаров.
Поворачиваюсь и сразу вижу его тёмно-рыжие волосы. Андрей направляется ко мне, неся на лице победоносную улыбку.
Хотя бы он соблюдает условия нашего пари и больше не называет меня Сашок. Но уверен, у него припасены для меня другие оскорбления. Повод совсем недавно появился.