Башня тишины (СИ)

— А почему они это делают не через президента?
— А президентов выбирает народ, да? — усмехнулся Томас.
— Вы сейчас отказываете маленькой, но гордой стране в политической субъектности?
— Это часть моей культуры. По давно устоявшейся традиции мы отказывали в политической субъектности и куда более гордым и крупным странам. Вы же понимаете, что это шутка, да? Я просто финансовый консультант.
— Деньги, политика, — Руслан загнул два пальца. — Что еще?
— А почему вы решили, что есть что-то еще?
— Потому что исчезла Амина.
— То есть вы уверены, что ее не похитили? — В голосе Томаса появился странный зеленоватый оттенок, который как бы растворялся в золотистых лучах.
— Вы знаете, что это не так, — констатировал Руслан.
— Интересно… Почему вы так считаете?
Зеленоватый оттенок пропал. Потому что теперь англичанин не врал и не лукавил. Ему действительно было интересно. Руслан зря поторопился, непонятно, как теперь выпытать, что он знает.
— Потому что невозможно похитить человека посреди ночи из этого дома. Конкретно из ее спальни. Которая находится напротив комнаты Дауда.
— Бильмирам, — зачем-то снова буркнул тот.
— Вы намекаете на то, что она сбежала сама? Многие пришли к такому же выводу. Не захотела замуж, что поделать. И решила скрыться.
— Столько лет шла по заготовленному плану, готовилась стать наследницей — и вдруг испугалась замужества? — усмехнулся Руслан и пропел: — Арабская но-о-очь!
— Звучит сказочно, согласен. А если мы сделаем несколько предположений?
— Когда англичане начинают делать предположения, это заканчивается чьей-то дракой, — заметил Руслан.
— Эту традицию мы перехватили у Рима! Итак, Амина сбежала, но как? Из охраняемого дома! Неужели никто не заметил?
— Ей кто-то помог, конечно.
— Но кто бы это мог быть? Мы не знаем. Оставим этот вопрос открытым. А зачем она сбежала? Зря вы недооцениваете версию с браком. Что, если она… как же это было? Другому отдана и будет век ему верна?
— Вы точно англичанин?
— Это не мешает мне немножко разбираться в русской литературе.
— Я не про русскую литературу. Я про вот это вот мексиканское мыло. Наследница сбежала из-под венца, потому что любит другого.
— Я допускаю, что набрался этого у моего испанского друга, — легко согласился Томас. — Но просто допустим, что она, например, тайно помолвлена. Или, хуже того, официально замужем. Чисто технически у нас очень узкий круг подозреваемых. Ее график и постоянная публичность не подразумевали возможности уединяться с мужчинами. Думаю, число подозреваемых в первом приближении не превысит пяти. Итак, кто-то помог Амине сбежать. Этот кто-то смог сделать так, чтобы она не попала на камеры. То есть он как минимум знает, где они. А еще у него должен быть какой-то интерес во всем этом. Иначе зачем устраивать такую рискованную операцию? А она очень рискованная! Кстати, вы знали, что вашему отцу законодательно запрещено злиться?
— Это как? — удивился Руслан. — Что это за закон такой?
— Уголовный кодекс. Все известные способы проявления гнева вашего отца записаны в этой книге. Итак, зачем рисковать и навлекать на себя его гнев?
— Ну… Допустим, возможный выигрыш перекрывает риск.
— Или гнева не избежать. Например, он узнает о браке. Амину он, конечно, поругает, а что будет с… потенциальным папой?
— Ладно-ладно, я не дурак, соображаю, к чему вы ведете, это уже скучно. Амина тайно вышла замуж, и муж помог ей сбежать.
— Версия с замужеством скорее моя фантазия, а вот любовник у нее вполне мог быть. И вы знаете, кто именно под подозрением?
— Ну… Наш водитель, вероятно.
— Не просто вероятно, а это буквально единственный вариант. Мы не знаем, правда это или нет, не так ли?
— Так, — согласился Руслан. — Хотя звучит как…
— Неважно, как звучит, — перебил Томас. — Пока мы не знаем правды, эту версию отбрасывать нельзя, верно?
— Согласен.
— Тогда скажите мне честно, вы пытались прикинуть, насколько Да… — Томас осекся, понимая, что Дауд среагирует на имя, — наш водитель дискредитирован?
 
— В каком смысле?
— Вы бы отправили на поиски пропавшей дочки того, кто помог ей исчезнуть?
— Нет…
— А приставили бы этого человека к тому, кто может ее найти?
— Нет…
— Он бы испортил поиски, не так ли? И тогда скажите мне, Руслан, зачем вы тут на самом деле? Зачем, не в вашем эгоцентричном смысле, — допустите на секунду, что мир крутится не вокруг вас, — а зачем вы в этой истории, в которой все крутится даже не вокруг вашего отца?
Руслан ничего не ответил. Он попытался приложить эту схему к реальности. Точнее, к своим ощущениям относительно реальности последних дней. Фаравахар нашел Дауд. Руслан бы чисто технически с этим не справился. Да и на самом-то деле на верхний этаж башни их тащил именно Дауд. Что если он знал все изначально, но не мог сказать?
В версию с любовником, а уж тем более с тайным браком Руслан почему-то не верил. Сам характер отношений Амины и Дауда… как будто бы не подразумевал ничего подобного. Но, допустим, это так. Невеста пропадает перед свадьбой, и кто-то из клана жениха насылает джинна? Руслану-то надо найти того, кто наслал джинна! А так как Амина вне зоны доступа, то проклятая животина накинулась на Руслана? А почему не на сестер? Об этом, кажется, он уже думал, и в прошлый раз тоже ничего путного не случилось.
Тут его осенило. Или все наоборот? Октай был занят своими бизнес-проектами, кто-то из его конкурентов отправил джинна, и поэтому Амина сбежала? Но тогда Дауд должен быть в курсе всей этой садо-мазо-нечисти? А он вроде бы и не утверждает обратного. А Октай?
— О чем вы думаете?
— О том, что человеком, который помог сбежать Амине, вполне могли быть вы, — зачем-то ляпнул Руслан. — Вы знаете дом, часто там бываете, охрана пускает вас туда, куда не пускает других. Ну и вы же наверняка красавчик, да? Почему бы в вас не влюбиться?
— А если я скажу, что у меня алиби?
— Я скажу, что мне плевать, меня волнует другое…
Машина вдруг резко затормозила, и Руслан почувствовал, как Дауд рефлекторно протянул к нему руку, защищая от предполагаемого удара. Как будто ремня безопасности было мало. Но уже через секунду он разразился потоком проклятий на азербайджанском.
— Что происходит?
— Полиция, — странным, задумчивым тоном ответил вместо ругающегося Дауда Томас.
— Пост?
— Нет, машина. — В голосе англичанина снова появился этот лукавый зеленоватый оттенок.
Кто-то, наверное полицейский, постучал в окно, призывая опустить его. Дауд вместо этого открыл дверь, вероятно потеснив стучащегося, что привело к недопониманию. Полицейский стал ругаться, Дауд тоже не молчал. В итоге оба что-то выясняли на повышенных тонах возле машины. Наконец Дауд вернулся и раздраженно попросил:
— Дай паспорт, да! — Потом его тон сменился на удивленный: — А куда делся англичанин?
— Я не видел, — хмыкнул Руслан.
— Я серьезно, да! Куда ушел?
— Я не знаю, ничего не сказал. Паспорт держи.
Дауд зачем-то включил свет и проверил салон, как будто подозревал, что Томас может прятаться где-то там, в ногах, под сиденьем.
Руслан обратил внимание, с каким громким щелчком открывается тяжеленная бронированная дверь. Не говоря уж о том, с каким звуком она закрывается. Выйти из машины так, чтобы Руслан этого не заметил, было невозможно.
Дауд удивленно поцокал языком и снова принялся ругаться с полицейским. Полицейский, как ни странно, очень быстро потерял интерес к происходящему. Буркнул что-то и ретировался. Включились мигалки, сирена, и патрульная машина рванула куда-то.
— Что это было? — поинтересовался Руслан, когда Дауд вернулся в машину.
— Не знаю, — закуривая сигарету, сквозь зубы ответил Дауд. — Думаю, искали англичанина. Как поняли, что его в машине нет, даже документы смотреть не стали.
— А тебя часто останавливают?
— Что имеешь в виду?