За стенами Атерраса (СИ)

Лишь на миг мой взгляд случайно упал в зеркало, и я отшатнулся. Черные вены пролегли от внешних уголков глаз к вискам. Выглядело ужасающе. Сосредоточился, и магия скрыла следы печати, привязавшей меня к Атеррасу и позволявшей использовать маску.
— Остаешься за старшего, Брист, — сказал я псу. — Присмотри.
Тот поднял морду и жалобно завыл. Я потрепал его по голове и пошел к выходу. И никак не ожидал, что вся прислуга будет ждать у лестницы.
— Духи сказали, вы уезжаете, господин Ферри. — Фитц шагнул вперед, как человек, пользующийся моим наибольшим доверием.
— Да, — ответил я. — Но скоро вернусь. Может, через неделю или две. Пока же за тюрьму отвечаете вы, господин Фитц. Если Атеррас успешно переживет мое отсутствие, я освобожу вас от службы.
Чего бы мне это ни стоило. На тот момент уже будет все равно. Да и сейчас все равно, что скрывать.
— Но господин Ферри… — Фитц пытался сопротивляться, однако я перебил его:
— Не время спорить. Если кто-то хочет оставить службу в Атеррасе, говорите сейчас. Икс, твой срок истекает через месяц.
— О, нет, я не тороплюсь, — усмехнулся маг. — Мне подбросили интересную задачку, и я планирую ее решить, господин Ферри. А для этого необходимо оставаться в Атеррасе.
— Что ж, дело ваше. Тайнеке, Лиси, позаботьтесь о Бристе.
Кухарки дружно всхлипывали, будто провожали меня на войну. Хотя, в какой-то степени так оно и было. Я не знал, что приготовил Люциан. И мог только догадываться, куда тот заманил моего ребенка с помощью Розалин.
— До встречи, — сказал я, поправил дорожный плащ и пошел к выходу.
Как и обещали духи, массивная дверь открылась без проблем. Пока шел к воротам, казалось, что они так и останутся запертыми, но створки лязгнули. Я пересек мост и узкий перешеек, отделявший Аттерас от суши. В последние семь лет мой путь лежал только в городок и обратно. Это стало привычным, я смирился. А сейчас чувствовал, будто этот мир ушел вперед, а я остался позади. Несмотря на то, что Атеррас все еще нависал над моей спиной.
Если Розалин и подалась куда-то, то в этот мелкий городок. В нем было легко затеряться — на первый взгляд. А на второй, в подобных местах все хорошо знакомы друг с другом, знаю соседей в лицо и по именам, ходят друг к другу в гости. Новые лица насторожат их, а значит, будет легче отследить, куда подевались беглецы.
Об Идене я старался не думать. Где будет Розалин, там и Иден. Недаром она помогала ему сбежать. Может, дело было не только в приказе Люциана? Но я отмел эту мысль. У Идена была только одна любовь — его магия. И он никогда не разделил бы ее с кем-то другим. Но воспользоваться, заманить, обмануть — это мой друг детства умел в совершенстве. Он добивался мастерства во всем, за что брался, будь то новое сложное заклинание или соседская девушка, которой решил вскружить голову.
Я думал не о том. Остановился, потер виски. Воздух свободы опьянял, но я понимал, как иллюзорно это ощущение. За каждую минуту, проведенную вне стен Атерраса, придется заплатить жизнью. Это не пугало. Лишь бы успеть найти Шелли. О том, что делать дальше, я не думал. Хотел просто убедиться, что с сыном все в порядке. Что он не стал добычей Люциана. Остальное можно будет решить после.
Я ускорил шаг. Неподалеку от дорожки заметил следы сражения — не тогда ли я слышал выстрелы? Судя по расстоянию, возможно. Трава была вытоптана, а черные выжженные пятна от магии Идена сложно не узнать. Выходит, они действительно двигались к городку. Хотя, здесь слишком близко от Атерраса, я мог и ошибаться. Остановился и осмотрелся. Ни следа тел погибших, ни капли крови. Все чисто. И уж тем более даже сломанная травинка не показывала, куда свернули путники. А может, их сразу схватили? Нет, вряд ли. Иден бы не допустил.
Я уже собирался продолжить путь к городку, когда кое-что все-таки привлекло внимание. Лоскут серой ткани, напоминавшей робу Атерраса. И этот лоскуток покачивался на острой ветке совсем не на дороге к городу, а у небольшой рощицы, постепенно переходящей в лесок. Значит, я ошибся, и узники ушли совсем в другом направлении. Вот только мне все равно надо было в город, потому что на лошади их будет проще догнать, чем пешком.
 
О том, как буду с лошадью пробираться через лес, я не думал. Во мне бурлили магия и гнев. Я готов был вылить их на голову любого, кто встанет на пути. Но когда зашел в городок, впервые не раздался колокольный звон. Люди занимались своими делами, а я шел по улицам без маски и чувствовал себя раздетым. Будто маска была защитой, за которой так легко спрятаться.
— Любезный, — остановил первого попавшегося атеррасца. — Где здесь можно купить лошадь?
— Ступайте по этой улице до конца, — махнул тот. — Там сами конюшню увидите. У них, кажется, есть кобылка на продажу.
И поспешил куда-то, а я ускорил шаг и почти бегом добрался до конюшни. Да, подтвердил хозяин, у него была лошадь на продажу. Был и добрый конь, но стоил дорого. Я усмехнулся, подумав о том, что впервые трачу накопленное за семь лет жалование на себя. Конь оказался лучше, чем рассчитывал. Вороной красавец, явно с характером. Но он почуял мою магию и тревожно заржал.
— Не бойся. — Я коснулся теплой морды. — Никто не желает тебе вреда, дружище. Как его зовут?
— Вихрь, господин, — ответил хозяин коня.
— Беру.
Я отсчитал пять золотых — месячный заработок служащего Атерраса, и Вихрь стал моим. А вместе с ним и седло, и все, что нужно было для верховой езды. Казалось, что я отвык держаться в седле. Вихрь подо мной выказывал недовольство, но былые навыки быстро вспомнились, и вот уже городок остался за спиной, а впереди — та самая полянка, на которой я заметил обрывок робы. Только теперь его не было. Здесь прошел кто-то, пока я покупал коня?
— Давай-ка объедем эту рощицу, дружище, — сказал я Вихрю. — Отсюда идет только один тракт, не ошибемся. А может, и опередим беглецов. Как думаешь?
Вихрь коротко заржал, а я в уме рассчитывал, где стоит ждать пропажу. Они точно идут пешком. Значит, на моей стороне преимущество. Если скакать достаточно быстро, можно засветло добраться до Хаккерона и там подождать. Но рискнул ли они выйти к деревушке? Нет, лучше остановиться чуть ниже, там, где можно выскользнуть из леса незамеченными.
Так я и сделал: послал коня в галоп. Быстрая скачка хорошо отвлекала от дурных мыслей, от тянущей боли в груди. И все-таки было до безумия больно! Я стискивал зубы, стараясь совладать с тьмой внутри, но она требовала расплаты. Предательство останется предательством, даже если я найду Розалин, верну узников в Атеррас и заберу Шелли. Верну узников… Живыми они со мной не поедут, особенно Иден. Он лучше останется лежать под каким-нибудь кустом, чем снова окажется в стенах Атерраса. Джесси Делкотт был меньшим из зол. Даже духи относились к нему на удивление спокойно, а один заявил, будто Джейсон — неплохой парень. Конечно, в мерках Атерраса. Теперь все измерялось только им, этим проклятием, которым стала для меня тюрьма. Для каждого из нас. Что касается Кита Рейнолда, он был опасен. Так говорили духи, а я видел перед собой мальчишку на грани того, чтобы сломаться. Он едва держался там, на девятом нижнем. Когда я поручил ему развозить еду, немного воспрянул духом, но вечерами, возвращаясь в камеру, бросался на стены или забивался в самый темный угол. В нем жил страх, которого почему-то было гораздо меньше в Джейсоне. Одно удивляло — почему духи не упомянули о нем в клятве? Решили, что Кит им без надобности? Или хотят подловить меня?
Я готов был думать о ком угодно, лишь бы мысленно не возвращаться к Розалин. Когда она решила соблазнить меня? Какой момент я упустил? Когда позволил себя одурачить? Может, в момент, когда Рози поладила с Шелли? Или бесстрашно спасала меня от порождений тюрьмы? Каждое воспоминание отзывалось тупой болью, и я не знал, как с ней справляться. Розалин была для меня кратким мгновением счастья. Я и воспринимал ее как нечто хрупкое и недолговечное. Понимал, что скоро она уйдет, и позволил себе быть счастливым. Позволил полюбить. И теперь пожинаю все плоды такого решения, потому что сама Розалин ни на минуту не любила меня. Иначе никогда бы не лишила меня сына.