За стенами Атерраса (СИ)

Трещины в плите стали глубже, она рассыпалась на глазах, и вдруг вверх ударил черный столб энергии. Меня впечатало в стену. Я зажмурился от боли, но старался не выпустить щит. А Люциан вдруг счастливо рассмеялся и раскинул руки в стороны. Неужели? Неужели источник подчинился ему? Тьма окутала его тело. Поток магии закружил его, поднял над полом. Люциан завис над разрушенной плитой, и поток тьмы постепенно становился слабее. Советник поглощал эту силу. Последние крупицы вырвались из-под плиты, и Люциан снова опустился на пол. А когда он обернулся к нам, его глаза были абсолютно черными.
— Чтоб мне провалиться, — пробормотал Иден. — Прости, братишка. Ничего не вышло.
Я и сам это видел. Призвал силу, но теперь и моя магия не слушалась. Ее осталось слишком мало.
— Вы выполнили свою задачу, господин Лейтон, — прошипел Люциан, подходя все ближе. — И вы, господин Ферри. Благодарю, покойтесь с миром.
И он призвал силу. Я использовал всю магию, что у меня была — над нами с Иденом растянулась черная пленка. А с исчезновением источника и Иден присоединил свои щиты к моим. Мы оба ждали, что вот-вот вся мощь Люциана обрушится на нас, но вместо этого маг вдруг остановился. Замер, поглядел на нас черными глазами без белков, открыл рот, чтобы сказать что-то, но изо рта вместо слов хлынула тьма. Факелы погасли. Я ничего не видел. Чувствовал только, что меня швыряет, будто песчинку, из стороны в сторону. Не знаю, сколько это продолжалось. Меня било о стены, крутило, вертело, а потом вдруг все прекратилось так же внезапно, как и началось.
Снова зажегся свет. Иден сидел у стены. По его лицу текла кровь, на лбу была ссадина, но друг был жив. А Люциан лежал спиной на дыре, которую недавно прикрывала плита. Его глаза были широко распахнуты, на губах запеклась черная кровь. Первый советник был мертв.
Я поднялся и, шатаясь, двинулся к нему. Куда делать та магия, что впитало его тело? Она все еще была здесь, только теперь никакая плита ее не удерживала. Атеррас стал сильнее и радовался этому. Вот почему духи не пытались нам помешать и остановить Люциана. У них тоже был свой план.
— Он издох? — сипло спросил Иден.
— Да, — ответил я.
— А источник?
— Теперь Атеррас и есть источник. Весь, от фундамента до башенок. Нам отсюда не выйти, братишка.
— Это мы еще посмотрим, — хрипло засмеялся Иден.
Я подошел к нему, протянул руку и помог подняться.
— Хоть призрака Люциана здесь нет? — уточнил друг.
— Пока нет, — ответил я. — Но вполне может появиться. Поэтому идем наверх. Думаю, призраку понадобится время, чтобы разобраться со своим новым положением.
И мы тяжело потащились обратно к ступенькам. Я уже чувствовал, что меня ждут там, наверху. И духи, и люди. И если людей я торопился успокоить, то духи пришли за платой.
— Постой, Арман. — Иден вцепился в мой локоть. — Можно попросить тебя об одолжении?
— Каком? — Я обернулся к нему.
— Сейчас…
Иден снял ботинок и вытряхнул из него мятый грязный платок с бурыми следами. Кровь?
— Этот человек… Призови его в Атеррас, — попросил Иден.
— Кто он?
— Неважно. Просто выполни просьбу. Он преступник, даю слово.
— Хорошо.
Это было несложно. Даже руку резать не пришлось — и так хватало ран после встречи с источником. Капля моей крови упала на платок, и я произнес магическую формулу призыва. Ткань скукожилась в руках и исчезла, будто и не было.
— Готово, — сказал я Идену. — И все же, кого я призвал?
— Скоро увидишь, братишка, — ответил он.
— Идем.
И мы продолжили свой путь. Никогда еще мне не казалось, что с десятого нижнего на нулевой ведет столько ступенек! Мы шли вверх и вверх, а подъем все не заканчивался. Из меня будто выпили все силы разом. Иден, видимо, чувствовал себя не лучше.
— Ненавижу Атеррас, — бормотал он под нос.
— И я тоже.
Иден только усмехнулся. А мы, наконец, вывалились на нулевой уровень. На меня стрелой налетел Брист. За ним спешила Розалин. Слышались еще чьи-то шаги, но между мной и Рози уже замерла белесая фигура и раздался знакомый голос:
 
— Пора платить по счетам, Арман Ферри. Я пришел за платой.
  
ГЛАВА 29
 
Розалин
Армана, Идена и Люциана не было каких-то полчаса, а мне казалось, что прошла вечность. В какой-то момент ворота Атерраса вдруг отворились, впуская приспешников Люциана, но те замерли у входа и не трогали нас. Они ждали, пока вернется их предводитель. И не понимали, что у них есть шанс остаться в Атеррасе навсегда. Я же каждую минуту умирала внутри — и возрождалась снова. И надеялась. А потом вся тюрьма пришла в движение. Пол пошел волнами, и маги, не привыкшие к Атеррасу, попадали. А кирпичи уже разошлись в стороны, и я закричала: спутники Люциана провалились под пол. При этом слуги Атерраса, и я в том числе, оказались на более-менее устойчивом участке «суши». Волны проходили мимо нас.
— Куда это они? — озадаченно спросил Лиам.
— Думаю, в камеры, — ответил Фитц. — Атеррас признал их виновными. В чем — узнаем от господина Ферри.
Откуда-то из темноты выпрыгнул Брист. Он схватил меня зубами за платье и потащил прочь, на кухню. А после пола зашевелились стены. Духи! Повсюду были духи, и они стекались на нулевой уровень, а потом куда-то ниже. Видимо, к Арману.
Мы забились в маленькое помещение, где обычно принимали пищу, и ждали, пока тюрьма успокоится. А с полок летела посуда, катились по полу кастрюли, тюрьма выла, будто живое существо. В стенах то появлялись, то исчезали оконца.
— Страшно-то как! — бормотала Лиси. Тайнеке молчала, а Икс пытался определить, что происходит.
— Слишком большой выброс темной энергии, — сообщил он. — Источник потревожен.
Фитц и Лиам тихо ругались, а я сходила с ума от страха. Как там Арман и Иден? Все ли с ними в порядке? Неужели Люциан получил доступ к источнику?
Все закончилось так же внезапно, как и началось. Только что тюрьма вздрагивала и стонала — и вдруг затихла. Первым опомнился Брист. Он заскакал вокруг меня, а потом побежал обратно в коридор. Я кинулась за ним — вовремя, чтобы встретить Армана. За ним шел Иден. Оба мага выглядели так, будто Атеррас пытался их прожевать. Лицо Идена заливала кровь. Арман морщился — это было заметно даже сквозь маску. А вот Люциана с ними не было.
Я кинулась к Арману и никак не ожидала, что между нами вырастет призрачная преграда. Духи! Они снова собирались здесь, только уже никуда не уходили. Я не видела знакомых лиц. Только ощущала угрозу, которая от них исходила. Между мной и Арманом замер мужчина. И вот его я узнала! Видела на портрете. Тюремщик. Тот, который сделал Атеррас таким, каким мы его видим.
— Пора платить по счетам, Арман Ферри. Я пришел за платой, — произнес он.
Иден сделал шаг вперед, но Арман остановил его.
— Все в порядке, — обернулся к другу. — Я слушаю вас, тюремщик Ханнинг.
— Мы с тобой заключили договор. — Голос призрака звучал мрачно и глухо. — Ты обещал вернуть сбежавших узников. Я вижу не всех.
— А мы здесь и не как узники, — вмешался Иден. — Арман, давай развеем этих духов по ветру!
— Не выйдет, — усмехнулся Ханнинг. — Ваш друг дал магическую клятву.
Иден нахмурился. Он явно что-то знал. А дух продолжал:
— Месяц за стенами Атерраса в обмен на год жизни. Такова назначена плата. И я пришел забрать свое.
Иден призвал магию. Я тоже попыталась собрать крупицы своей силы — в Атеррасе это оказалось сделать легче, чем за его стенами, но вдруг Армана и Ханнинга отделил черный купол.
— Только все дело в том, — снова заговорил призрак, — что вы, господин Ферри, и так уже не раз платили тюрьме. И у вас остался всего-то год. Теперь он мой.
 
Ханнинг поднял правую руку. В его пальцах сверкала светящаяся нить. Она шла к сердцу Армана. А у меня внутри все оборвалось, потому что я поняла страшный смысл его слов. Всего год? За спасение Тайнеке и Лиси? За то, что Арман выпустил Шайна? И этот год он отдал, чтобы найти нас. О, боги!