Проект Конкуренция - 2 (СИ)

Выйдя из пещеры, я отдал находку Бурану, который полностью согласился с моим мнением о низкой ситуативной ценности этих артефактов, дежурно поругал демиургов и дал команду возвращаться назад — время было уже почти шесть часов вечера.
В лагерь мы вернулись незадолго до захода солнца и здесь нас порадовал вкусный ужин из зажаренных на вертелах местных тетеревов, которых настреляли бойцы первого отделения. После сытного ужина Буран объявил, что завтра идем в восточном направлении, а на хозяйстве останутся тимуровцы. Потом мы немного поболтали с бойцами о сегодняшних делах и я, чувствуя накопившуюся усталость (всё-таки проснулся в четыре утра) первым отправился спать, предварительно забросив на магическое ядро все накопившиеся за день двенадцать энжей — уж очень хотелось стать магом.
Проснулся я ночью от сильного чувства тревоги и, после секундного раздумья активировал светящийся шар — уж лучше пусть обвинят в излишней мнительности, чем кто-то меня скушает из-за боязни прослыть паникером. К моему удивлению, в плотно забитой спящими телами пещере от яркого света проснулся только один человек — Буран, который лежал в паре метров от меня. Резко расстегнув спальный мешок, он сел, настороженно озираясь по сторонам с поднятым в руке жезлом.
— Ты чего? — спросил командир, убедившись, что непосредственной опасности нет.
— Тревожно, — ответил я и толкнул лежащего рядом бойца. Марат, а это был он, лишь причмокнул во сне губами, продолжая спать.
Буран, увидев мои действия, тоже пихнул лежащих рядом с ним бойцов, и, убедившись, что они также не могут проснуться, поднялся на ноги, напряженно глядя в сторону входа в пещеру и произнес:
— Магия, ядрёна вошь!
Я уже стоял на ногах с арбалетом в руках и по кивку командира направился к выходу, стараясь ступать максимально беззвучно, при этом я достал артефакт, усиливающий все характеристики и активировал его — что там нас ждет, непонятно, но лучше быть во всеоружии, затем я спрятал за пазуху свой светящийся шар, но не стал его гасить. Буран, прихватив копьё, тихонько двинулся вслед за мной и также активировал усиливающий амулет. Подойдя к выходу, я глубоко вздохнул, как перед прыжком в воду, бросил наружу светящийся шар и выпрыгнул из пещеры с перекатом. Встав на колено, я мгновенно крутанулся на месте, ища взглядом противника и заметил справа от входа в пещеру плотный сгусток тьмы, через который не проникал свет от артефакта. Ни секунды не раздумывая, я выстрелил в центр непонятного образования. Выскочивший вслед за мной Буран ударил по этой же тьме своим огнешаром. От наших атак бесформенное облако темноты распалось, и я на мгновение увидел гуманоидное существо, очень похожее на человеческую женщину среднего роста. Насколько я мог судить, она была одета в кожаный плотно облегающий комбинезон, подчеркивающий женскую фигуру с весьма изящными формами.
Однако мне было не до любования женскими прелестями — отбросив арбалет, я выхватил кинжал и бросился в атаку, пытаясь пронзить это существо, вокруг которого вновь сгустилась тьма. Однако мой порыв не увенчался успехом — ночная гостья с лёгкостью отвела в сторону направленный в её сторону клинок и резко ударила меня в грудь, отбросив далеко назад, и лишь благодаря доспеху мои кости остались целы. Тем временем эта тварь отвлеклась на Бурана, который не спешил бросаться в лихую атаку, а кружил вокруг противницы, делая короткие выпады копьем. Понимая, что в ближнем бою её не одолеть, я бросился к своему арбалету и принялся его перезаряжать. Ещё через пару секунд из пещеры появился Тагил, который, моментально оценив обстановку, гаркнул: "Тревога!" и, выхватив меч, бросился на помощь командиру. В следующую секунду я, наконец, кончил возиться с арбалетом и выстрелил твари в голову, но она смогла увернуться от болта легким движением. Одновременно с этим Буран и Тагил произвели выпады, а из пещеры стали выбегать остальные бойцы. Ночная гостья, увидев, что количество противников значительно увеличилось, подпрыгнула на несколько метров вверх, у неё за спиной раскрылись крылья и черный силуэт мгновенно скрылся в ночной тьме, и лишь откуда-то издалека до нас донесся издевательский смех.
 
— Твою мать! Что это за хрень такая? — выругался Буран, после исчезновения твари.
И я не мог не согласиться со своим командиром в такой оценке этого события. Ничего лишнего и без истерик. Оглянувшись на стоявших в оцепенении товарищей, которых, казалось бы уже невозможно чем-либо удивить, я увидел бойца, лежащего около входа в пещеру. Подойдя ближе, я смог его опознать — Комар, копейщик из первого отделения. Видимо, он был на посту, когда эта сука напала. Дотронувшись до его шеи, я почувствовал слабое биение пульса и незамедлительно влил ему в рот лечебное зелье. Тот судорожно сглотнул и через секунду открыл глаза.
— Пить! — сразу же произнес он, как только смог говорить. Моя фляжка осталась рядом со спальником, поэтому я оглянулся, чтобы поручить кому-либо из бойцов сходить за водой, но увидел Пилота, протягивающего свою фляжку. Комар опорожнил её в несколько глотков и тут же озвучил следующую просьбу:
— Жрать! — У Пилота при себе нашлись и питательные батончики, которые Комар заглотил, практически не пережевывая.
— Что ты помнишь? — спросил я бойца, когда увидел, что его глаза приобрели осмысленное выражение.
— Ничего, — мотнул тот головой, — Стоял на посту, а потом — раз, и тебя вижу, и состояние хреновое, как с бодуна, но теперь лучше, а что случилось-то? — он удивлённо осмотрелся по сторонам.
— Судя по всему, это вампир, или что-то в этом роде, — произнес Марат, который тоже стоял поблизости, — У него дырочек от укуса на шее нет?
Я осмотрел шею бойца и помотал головой:
— Нет, хотя если и были, то зелье должно было их заживить. Однако сильная жажда указывает на кровопотерю, так что, возможно, ты и прав. Похоже, не всё нам Система рассказала!
— Да она нам вообще ничего и говорила — типа — есть монстры — и всё, без подробностей, — напомнил Марат.
— Ну да, — кивнул головой Буран, — Похоже, чем дальше в горы, тем круче звери.
— И артефакты, — продолжил я, — Вполне логично.
— А он теперь вампиром не станет? — спросил Буран у Марата, кивнув головой в сторону Комара, у которого на лице тут же проступило осознание ужасных перспектив.
— Да кто его знает… — проговорил Марат, — Большинство писателей сходятся в том, что станет. Но ведь это всё фантазии, а что у демиургов задумано, неизвестно.
— Н-да, — буркнул командир, задумчиво рассматривая Комара, — Так что ты, боец, смотри, если кровушки захочется, то сразу предупреждай… Мы тогда что-нибудь придумаем!
— Да не, Буран! — тот стал испуганно мотать головой, — Всё нормально, не надо мне крови, только воды бы ещё попить, да пожрать, — он поднялся, и под нашими задумчивыми взглядами удалился в пещеру.
— Хреновая ситуация, — произнес командир, глядя вслед ушедшему бойцу, — Наше оружие не смогло нанести этой суке серьезного ущерба. Как рассветёт, уходим. Слабоваты мы ещё, чтобы с местными монстрами воевать. Пойдем, гномов порубаем, сколько получится, потом в Новгород возвращаемся, а там посмотрим, может вернемся, когда личный ранг будет повыше, да магия сильнее.
— А ведь эта сука может за нами пойти, — сказал Марат, — Кровушки отведала, теперь с голодухи, глядишь… — он не закончил фразу, но было и так понятно.
— Будем ночью по очереди с Прыгуном дежурить, — ответил Буран, — Нас её магия не берёт, наверное, из-за магических ядер. Кстати, Прыгун, — он повернулся ко мне, — Как ты эту суку почуял?
— От тревоги проснулся, — пояснил я, — Ощущения такие, как в медвежьей пещере, только ещё сильнее. Видать, она там и сидела, или кто-то похожий.
— Понятно, — кивнул Буран и обратился к бойцам, — Кто хочет, может отдыхать, еще часа три можно поспать, а мы вместе с Прыгуном пока на страже постоим.
Бойцы потянулись в пещеру, а мы с командиром остались у входа.
— Сегодня юбилей, — вполголоса сообщил Буран, усевшись на валун, — Двадцатые сутки, как мы здесь.