"Зарубежная фантастика 2024-4" Цикл "Люди льда". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Но ведь не все флейты опасны.
— Нет, только заколдованные. А много ли таких в мире? Надеюсь, что их больше нет в данный момент. Тула случайно наткнулась на такую флейту, и это чуть не закончилось катастрофой. Не исключено, что у Крысолова из Хамельна тоже была заколдованная флейта. Поэтому Тенгель Злой и искал его.
— Да, но зачем он ему понадобился? — спросила Винга.
— Думаю, что Тенгель Злой хотел обезопасить себя, — сказал Хейке. — Он собирался снова проснуться, поэтому ему нужен был особый флейтист.
— Чепуха, — сказала Винга. — Если Тенгель Злой ждал более подходящего для него времени, тот самый флейтист к тому времени уже умер бы.
— Я думал об этом. Возможно, именно поэтому он и хотел найти Крысолова, который не был обычным смертным. Но, как мы знаем, он так и не нашел его. Нет, я думаю, что «поручение» должно было передаваться по наследству.
— В роду Людей Льда?
— Естественно. Мы ведь так мало знаем о первых поколениях рода, живших в долине Людей Льда со времен Тенгеля Злого и до Тенгеля Доброго, с которого и начинается наша история.
— Отец, извини, что я вмешиваюсь в ваш спор, — сказал Эскиль. — Но мы говорили о двух флейтах, о флейте Крысолова и флейте Тулы. А что можно сказать о третьей? О той, которую несколько дней назад уничтожила Шира, капнув на нее живой воды?
Хейке глубоко вздохнул. В маленькой комнате стало тихо. Солнце уже давно зашло, но они все еще не зажигали свечи.
— Думаю, что эта флейта, мой мальчик, принадлежала самому Тенгелю Злому. С ее-то помощью он и намеревался пробудиться к жизни! Флейта с большим «фа».
— Но, значит…
— Ты хочешь сказать, уверены ли мы в том, что теперь он не сможет пробудиться к жизни? Мы не можем рассчитывать на это. Вспомни как близко была Тула к тому, чтобы вызволить из забытья это чудовище! Но мы до предела уменьшили риск, это я должен признать.
— Нет, — решительно возразила Винга. — Нет, нет, я ничего не понимаю! Первый Йолин жил в Эльдафьорде задолго до того, как Тенгель Злой оказался в Хамельне.
— Ты права, вопрос о времени остается открытым.
— И что делал этот карикатурный Йолин в Эльдафьорде? Кто он был такой? И почему у него оказалась эта флейта, вот что важно!
— Может быть, Йолин был тем самым флейтистом, который был нужен Тенгелю? — сказал Эскиль. — А потом произошел обвал и он погиб?
Хейке покачал головой.
— Мы не можем отрицать того, что Йолин был злым человеком. Но Тенгель Злой не стал бы рассчитывать на такого неотесанного грубияна. Поверь мне, Тенгель никогда не выбрал бы себе такого флейтиста! Делать ставку на Первого Йолина? Никогда в жизни!
— Я думаю вот что, — сказал Эскиль. — Хотя, возможно, это и глупо, как и все, что я говорю… Ведь мне до вас далеко!
— Ну, ну, — улыбнулся Хейке. — Говори, мы тебя слушаем!
— Мы можем исходить из того, что Йолин никогда не играл на этой флейте?
— Кто знает…
— Может быть, он стащил ее по ошибке? Кем бы он там ни был, но, как мне кажется, он присвоил себе все сокровища Людей Льда нечестным путем. Они должны были находиться в долине Людей Льда, а не в Эльдафьорде.
— Ты полагаешь, что он даже не догадывался о том, какие ценности себе присвоил? Да, это интересная мысль. Иначе он наверняка бы попробовал поиграть на флейте. Нет, он наверняка ничего не знал об этом.
— Да, ведь эта флейта была так хорошо спрятана… Все с интересом взглянули на него.
— В самом деле? — спросил Хейке. — Где ты ее, собственно, обнаружил, Эскиль? Я увидел, как ты держал ее в руке…
— Я нашел ее в одном из этих огромных рогов. Флейта внезапно выпала из одного длинного рога, в нем было небольшое отверстие…
Все отпрянули назад.
— Вот! — воскликнула Винга. — Значит, флейта была спрятана! И об этом знали только двое: Тенгель Злой и его поверенный. Что ты думаешь по этому поводу, Хейке?
— Все могло быть совсем иначе.
— Ты хочешь сказать, что Первый Йолин сделал, попытку спасти Людей Льда? Позволь мне высказать сомнения по этому поводу, — сухо заметила Винга.
— Нет, Йолин был просто-напросто вором, другого и быть не могло. Но, возможно, был кто-то еще, кто знал, что он намеревается покинуть долину? И подбросил ему флейту? Спрятал ее там, где этот тупица Йолин никогда бы не додумался искать — в одном из рогов яка?
 
— Кто-то из доброжелателей Людей Льда, — задумчиво произнесла Винга.
— Тот, кто противостоял Тенгелю Злому… Да, это согласуется с ходом моих мыслей.
— И что же ты придумала?
Пристально взглянув на Хейке, она сказала:
— Почему из всех мест на земле наш сын выбрал именно Эльдафьорд? Кто был тот работник, который рассказал ему, двенадцатилетнему ребенку, предание об Эльдафьорде? Что-то я не припоминаю, что у нас был такой работник!
— Я тоже, — согласился Хейке. Он встал и добавил:
— Не пора ли нам спать? А то мы перевернем здесь весь мир с ног на голову!
Хейке и Винга давно уже считали Сольвейг за свою. Длительное путешествие и забота о Йолине сблизили их. Эскиль тоже одолел свои сомнения.
Сомнения остались только у Сольвейг. Для женщины всегда трудно решиться на связь с мужчиной, который намного моложе нее. Первоначально они с Эскилем были просто друзьями, но с каждым днем струны их отношений натягивались все сильнее и сильнее, так что в конце концов они просто не осмеливались смотреть друг на друга, не смели прикасаться друг к другу.
И вот наступил последний вечер перед их прибытием в Гростенсхольм. Йолин настолько окреп, что Хейке и Винга взяли его с собой на цветочную поляну, чтобы он мог насладиться летом.
Или, возможно, они заметили натянутость отношений Эскиля и Сольвейг и решили дать им возможность побыть одним?
Молодые люди стояли у забора и смотрели вслед уходящим. Отковыривая кусочки сгнившего дерева от посеревших от времени кольев, Сольвейг сказала:
— Я так благодарна вас всем за то, что вы так добры к Йолину. Эта поездка стала великим событием в его жизни.
Эскиль оперся об изгородь, так что она чуть было не упала. Ужасно смутившись, он попытался снова выпрямить ее.
— Самое главное, что он выздоравливает, — сказал он, низко опустив голову и покраснев. — Я… э-э-э… Если хочешь, я мог бы и дальше заниматься им. Ему нужен отец, а мы с ним хорошие друзья.
— А как же я? — тихо спросила она. — Какое место занимаю я в твоих планах на будущее? Ведь ты же не можешь интересоваться мной всерьез.
Он посмотрел ей в глаза, и лицо его просияло.
— Ты? Если хочешь, я могу взять впридачу и тебя. Но тебя я, конечно, возьму исключительно ради денег.
Глаза Сольвейг сверкнули. Эскилю нравился этот плутовской блеск ее глаз, появлявшийся у нее, когда она плясала на весенней лужайке или бегала, словно девочка, по комнатам… Жаль только, что в течение последних лет ее мало что радовало. Но теперь все должно стать по-другому. Стоило ей только захотеть.
— Ты ведь знаешь, в каком плачевном состоянии находятся наши имения в Гростенсхольме, — продолжал дразнить ее Эскиль. — А ты стала богатой! И я не хочу упустить шанс легко обогащения. Сокровища могут теперь стать моими, не так ли?
Она засмеялась. Потом совершенно серьезно произнесла:
— Эскиль… когда тебе будет тридцать девять лет…
— Тебе будет пятьдесят, я это знаю. А когда мне будет пятьдесят девять… и так далее. Но, знаешь ли, я всегда, всегда был достаточно зрелым для своего возраста…
И тут Сольвейг стала хохотать до икоты. Эскиль тоже засмеялся, попутно заметив:
— Но ты еще не такая зрелая, судя по тому, как ты сейчас ведешь себя.
Он обнял ее, и она продолжала смеяться, прижавшись к его потрепанной куртке. Улыбаясь, Эскиль ворошил темные завитки ее волос и шептал:
— Я так люблю тебя. Не будешь ли ты так любезна взять себе в придачу еще и мужчину? Ведь ты считаешь меня мальчиком, чуть постарше Йолина?
И она вдруг стала серьезной, горячо обняла его за шею.