"Зарубежная фантастика 2024-4" Цикл "Люди льда". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Это верно, мой мальчик. Но тебе не следует забывать о том, что Люди Льда не принадлежали ни к самоедам, ни к вогулам или как их там называют… Они пришли с востока, но никто не знает, откуда именно. Возможно, они пришли с Алтая. Возможно, их гнали на запад из-за их колдовских навыков и варварских ритуалов, о которых мы ничего не знаем. Вполне возможно, что среди них практиковались жертвоприношения в виде сожжения на костре.
Эскиль кивнул.
Все замолчали, слушая пасторское благословение. И те трое, что постоянно слышали скорбные возгласы, заметили, что голоса постепенно превратились во вздохи, становящиеся все легче и легче. Звучание голосов стало просветленным, в нем чувствовалась радость освобождения от столетней тьмы и уныния.
Наконец все затихло.
И когда они стали медленно подниматься вверх, выходя из этой трагической могилы, они заметили, как под ногами у них распускаются мелкие-мелкие цветочки.
Эскиль, Хейке и священник восприняли это как знак тихой благодарности. И это согрело их сердца.
Было решено, что священник останется еще на несколько дней в Эльдафьорде, чтобы привести в порядок первую крепость Йолина. Элис обещал помочь ему и взять с собой других жителей Эльдафьорда, чтобы перенести мертвецов вниз и похоронить их на кладбищенской земле.
По дороге было решено передать церкви всю церковную утварь, которая была среди сокровищ господина Йолина. Все же остальное по праву принадлежало Маленькому Йолину и его матери Сольвейг. Клад же первого Йолина, напротив, был собственностью Людей Льда.
Спускаясь вниз, Эскиль спросил:
— Но зачем понадобился первому Йолину Йолинсборг?
Хейке долго думал над этим, потом сказал:
— Могу я высказать одно предложение? Скажите, те, кто проживает в Эльдафьорде, слышали ли вы что-нибудь о привидениях в Йолинсборге до написания истории Йолинсборга в конце 1700-х годов?
— Нет, не слышали, — ответила Сольвейг, и Элис кивнул.
— Но о кострах было известно, — сказал он.
— Да, но они горели выше, на плато, не так ли?
— Да, говорят, что так. Кстати, я сам однажды видел их. Это колдовское свечение…
— Да, да. Но ведь не возле Йолинсборга? После того, как история Йолинсборга была написана, сюда стали наведываться искатели сокровищ. И тогда первый Йолин, Йолин злой, напугался. Мы ничего не знаем о том, появлялся ли он там раньше как привидение. Известно лишь, что в 1200-х годах ему принадлежала большая часть Эльдафьорда, в том числе и Йолинсборг.
— А господин Йолин, живший в 1600-х годах? — спросил Элис. — Он появлялся там как привидение, как первый Йолин?
— В таком явном виде — нет. Но в неявном виде появлялся: он продолжал жить в своих потомках, к примеру, в Терье.
— Да, — сказал Эскиль, внимательно следивший за разговором.
Когда они подошли к усадьбе, навстречу им вышли оба молодых крестьянина.
— Мы все это время сидели с Маленьким Йолином, — сказали они. — И все это время он спокойно спал.
Горячо поблагодарив их, Сольвейг пригласила всех на обед.
Странно было находится в доме Терье Йолинсона, когда самого его там больше не было. Впрочем, никого его отсутствие особенно не опечалило.
После обеда Хейке пошел к Йолину. Многие пришли, чтобы поговорить с «героем дня», как они называли его, но он говорил всем твердое «нет». Теперь он сосредоточил все свои усилия на мальчике, не желая, чтобы ему мешали.
Целая процессия, возглавляемая священником и Элисом, поднялась на плато. Они долго пробыли там и только в сумерках спустились обратно, принеся на носилках останки трупов. Все это переправили на пристань, в рыбацкий домик, чтобы потом перевезти на лодке в Сотен, где была церковь.
Когда все ушли, Сольвейг, Эскиль и Винга все еще сидели на кухне, хотя было уже поздно. Все так устали после сумасшедшего дня, у всех так слипались глаза, что разговор не клеился. Они сидели и ждали.
И наконец он вышел, Хейке из рода Людей Льда. Лица сидящих на кухне сразу оживились. Сев за стол, он взял Сольвейг за руки. Все видели, что он тоже был измучен, и в этом не было ничего удивительного.
— Что ты думаешь делать теперь? — спросил он Сольвейг. — Мы не можем оставаться здесь долго, а мальчику необходимо лечение, хотя я и не могу обещать, что он выздоровеет. Что ты решила сама? Остаться с Йолином в Эльдафьорде или ехать с нами? Если ты поедешь с нами, ты можешь сюда и не вернуться. И к тому же это будет очень тяжелое путешествие для больного ребенка. Может быть, слишком тяжелое…
— Но если он останется здесь…
— Тогда у него нет никаких шансов выжить, это я могу сказать с уверенностью.
— Тогда выбор мой прост, — сказала Сольвейг. — И вообще, что я буду делать в Эльдафьорде, если не…
Она замолчала, опустив глаза, но потом докончила свою мысль:
— Знаешь, о чем я мечтала все эти годы? Знаешь, как трудно мне здесь приходилось? Единственным светом в моей жизни был Маленький Йолин. И я уверена, что он так же ненавидит это место, как и я.
— Я знаю, — сказал Хейке. — Он тоже мечтает о том, чтобы уехать отсюда. Но теперь все здесь принадлежит ему — тебе и ему.
— Я продам все это. Ради жизни Йолина я могу поступить так, не правда ли? И тогда у меня будут развязаны руки.
— Но на это уйдет много времени, — вставила Винга. — Мне кажется, твои соседи вред ли соберут в один день нужные средства, если надумают сделать покупку.
— Я уже думала об этом, — сказала Сольвейг. — Я могу поручить все ленсману из Сотена. Он человек надежный и пошлет мне деньги сразу же, как только состоится сделка.
— Прекрасно, — сказала Винга. — Мы уже слышали от Элиса, что многие в Эльдафьорде давно уже присматриваются к Йолинсборгу. И теперь, когда там нет больше никаких привидений, интерес их к этому дому возрастет.
Сольвейг кивнула.
— Отец Ингер-Лизе уже приценивается к Йолинсборгу. И он в состоянии заплатить задаток, я в этом уверена.
Хейке покачал головой.
— Думаю, тебе лучше передать все это в руки ленсмана, чем связываться с каким-то одним покупателем. Я предлагаю сначала отправиться в Сотен, чтобы потом спокойно продолжать путь дальше. В Сотене у нас много дел. Нужно уладить твои дела, Сольвейг. И я хочу подробнее ознакомиться с историей Эльдафьорда, которая имеется там у учителя. Может быть, нам навестить еще прежнего владельца Йолинсборга? Как ты думаешь, Сольвейг?
Она отпрянула назад.
— Йолина Йолинсона? Этого сумасшедшего? Да, можно навестить его, но я должна предупредить: те, что навещали его в последний раз, сказали, что он совершенно напрасно сидит там. Сама же я не видела его с тех пор, как его увезли туда.
Хейке серьезно смотрел на нее. Лицо его в мерцающем свете свечи казалось совершенно гротескным.
— Ты хочешь сказать, что Йолин Йолинсон был посажен туда насильно? Что оба его брата решили присвоить себе его собственность.
Так же серьезно посмотрев на него, она сказала:
— Так оно и бывает. Нормальных людей сажают под замок, потому что кто-то позарился на их деньги. А Терье и Мадс вполне могли сделать такое — да смилостивится Бог над их душами, и не будем плохо говорить об умерших. Что же касается старшего брата, Йолина, то я могу сказать, что он был самым жадным из них. Он был… — она осеклась, — … с ним было не все в порядке.
Хейке не стал ее выспрашивать дальше. Больше они ни о чем не говорили в этот вечер.
Сольвейг понадобилось два дня, чтобы упаковать вещи и сделать все самое необходимое. Ей было тяжело прощаться с домашними животными. Но, как бы она этого не хотела, она не могла везти их с собой через половину Норвегии, по воде и по суше. Отец Ингер-Лизе купил у нее всех ее питомцев, поскольку они были на редкость ухоженными.
Теперь у нее и у Йолина были хоть какие-то деньги на дорогу. Это придавало ей уверенность в себе.
Эти два дня Эскиль был немногословен. Он помогал, как мог, Сольвейг, выносил на прогулку Йолина, но вид у него был сердитый.