Дневник шпиона

— Да, конечно. Вы как бы получаете новое ответственное поручение. Я думаю, что оно вам удастся. Для пользы дела вы можете, конечно, переменить ваши политические убеждения… Так как?
Дело обошлось без деда. Я встал.
— Если это необходимо для пользы Англии, сэр, то я приложу все усилия к тому, чтобы жениться на мисс Мальмер…
— Теперь скажите честно, удастся вам это?
— Думаю, что да…
— Ловко! — закричал Черчилль. — Теперь мне нечего беспокоиться. Откройте вон тот шкаф и выбирайте себе любую шкуру на ковер. Это будет моим свадебным подарком.
И, несмотря на мой протест, Черчилль приказал лакею тут же завернуть великолепную шкуру леопарда, которая висела в шкафу распяленная, как манто какой-нибудь вакханки.
— Вам доставят эту шкуру завтра, — сказал Черчилль. — А пока примите мои пожелания успеха.
РОМАН ПО СЛУЖЕБНОМУ ЗАДАНИЮ
20 июля. Я пил чай у мисс Мальмер.
27 июля. Я ходил с мисс Мальмер в театр Гай-маркет. Пьеса нового автора говорит о счастье семейной жизни. С большими усилиями я удержал Мабель до конца. Она находит, что пьеса скучна и неправильно подходит к вопросу. Счастье может дать только политическая деятельность.
2 августа. Мисс Мальмер за годы нашей разлуки совершенно утратила крупицы нежности, которые у ней имелись. Ее равнодушие бесит меня, я не привык относиться формально к служебным поручениям.
15 августа. Несколько дней я не был у мисс Мальмер. Но она не позвонила мне, как это делала раньше. Я принужден сам возобновить посещения. Завтра иду к ней.
17 августа. Мисс Мальмер не заметила моего отсутствия или сделала вид, что не заметила. Она встретила меня весело, но не больше. Неужели я подведу Черчилля?
25 августа. Кажется, она начинает привыкать ко мне.
10 сентября. Сегодня я сделал предложение Мабель. Мне показалось, что момент я выбрал удачно: мы выпили перед этим бутылку шампанского. Но она отказала мне.
— Вы, Кент, милый человек, — сказала она. — Но о браке надо подумать. Иначе опять может ничего не выйти, как в первый раз. Да и время сейчас неподходящее: в воздухе пахнет выборами. Напомните мне о вашем предложении после Рождества. Тогда мы поговорим…
Передо мной вопрос: должен ли я идти к Черчиллю и признаться в неудаче? Ведь это подорвет ко мне доверие со стороны человека, которому я стольким обязан. Неужели я, который два раза проникал в Москву, не сумею овладеть сердцем женщины, однажды уже принадлежавшим мне наполовину? Я не сдаюсь и не сдамся. Я буду продолжать борьбу.
28 сентября. В Лондоне появилась новая фигура: Ваковский.
1 октября. Премьеры доминионов съехались на конференцию. Их вызвали для того, чтобы сообща обсудить, как можно помочь старой Англии. Главное, справиться с безработицей, которая приняла угрожающие размеры.
Заседания конференции будут протекать втайне. Но, конечно, ничего нельзя скрыть. Сплетен больше, чем нужно. Все, однако, ждут, что конференция откроет новую эру в политике.
25 октября. Ровно 25 дней я не брался за свою тетрадку. Теперь конференция премьеров — уже история. Нельзя сказать, чтобы решения ее были очень утешительны для Англии. Признано, что наше дело плохо.
Со своей стороны премьеры сделали все возможное, чтобы корректно подчеркнуть тяжелое положение Англии. Нужны экстренные меры, чтобы наша страна получила возможность стать на ноги.
Проект консерваторов прост. Они утверждают, что возрождение Англии, завоевание утраченных рынков, уменьшение безработицы и все остальное может быть достигнуто только при помощи покровительственной системы. Введение высоких пошлин на иностранные товары, прежде всего немецкие и американские, оживит нашу промышленность. Если мы обложим пошлинами автомобили Форда, у нас постепенно разовьется своя дешевая автопромышленность. Все это целиком относится и ко всем остальным машинам. Итак, покровительственные пошлины должны вывести Англию из тупика.
Либералы делают вид, что рвут и мечут. По их мнению, покровительственная система является доказательством полнейшего банкротства Англии и более унизительна, чем хроническая безработица. Конечно, за либералами скрываются лавочники, которые боятся за судьбу своих лавок.
 
Рабочая партия тоже против проекта Болдуина. Мак говорит, что пошлины на иностранные товары увеличат дороговизну жизни. В газетах началась полемика по этому поводу. Но консерваторы не унывают, у Бивербрука много газет. Говорят, что протекционизм позволит Остину Чемберлену снова выйти на сцену, так как ему всегда хотелось отгородиться от немцев пошлинами.
30 октября. Умер Бонар-Лоу, больной премьер. Болдуин теперь крепко уселся на своем стуле.
5 ноября. Сегодня у Мабель было несколько человек лейбористов. Клайнс, несмотря на свой лакейский характер (про него говорят, что он бывает сыт целый день, если какой-нибудь лорд кивнет ему), высказывался самым категорическим образом:
— Наш долг бороться с протекционизмом до конца! Болдуин не осмелится ввести пошлины без новых выборов. Это слишком сложный вопрос. Я думаю, что на ближайшей неделе палата будет распушена.
Мабель воскликнула:
— Ах…
И опустилась в кресло.
Никто не мог понять в чем дело. Наконец, она разъяснила:
— Ведь если сейчас распустят парламент, мне нельзя будет выставить свою кандидатуру. Тридцать лет мне исполнится только 25 ноября. Значит, ждать еще четыре года до новых выборов…
Клайнс ее успокоил. До 25 ноября времени осталось немного. Вряд ли выборы произойдут раньше. Мабель начала опять улыбаться, но, видимо, тайная мысль ее смущала. Она задержала меня после ухода гостей и сказала серьезно:
— Вам везет, Кент. Если Болдуин распустит парламент на той неделе и назначит выборы до 25, мы с вами обвенчаемся. Как замужняя женщина, я могу быть выбрана и до 25-го.
Я ответил шутливо:
— Поеду к мистеру Болдуину и буду просить, чтобы он завтра же распустил парламент. А послезавтра пусть назначает выборы.
— Вы не шутите, — сказала Мабель. — У Макдональда есть сведения, что выборы будут молниеносными. Они не хотят дать нам, рабочим, возможность подготовиться. Но мы готовы, если не считать моего запоздавшего рождения.
7 ноября. Даже некоторые консервативные газеты возражают против проекта Болдуина оградить Англию от всего мира. Либералы развили бешеную энергию. Асквит выступает с речами где надо и где не надо. Ллойд Джордж в Америке, но ему дана телеграмма, чтобы он приезжал немедленно. Похоже на то, что парламент будет действительно распущен на днях. Тогда, значит, я выиграл кампанию.
Мабель заказала себе платье для выступлений на собраниях. Платье очень элегантно и допускает широкую жестикуляцию. Теперь Мабель требует, чтобы я приходил каждый день.
— Время горячее, — говорит она. — Надо иметь всегда жениха под рукой. Иначе палата может мне улыбнуться.
11 ноября. В Лондон прибыл Ллойд Джордж. Он привез с собой из Америки какую-то замечательную машину, которая поможет ему на выборах. Подробности неизвестны. Прямо с вокзала он поехал в комитет партии либералов.
13 ноября. Все кончено. Моя ставка снова бита: Мабель не идет за меня.
Объяснение простое. Сегодня Болдуин объявил в палате, что парламент будет распущен 16 ноября. Последний срок подачи кандидатских списков — 26 ноября. А 25-го Мабель исполняется тридцать лет. Я уже не нужен ей больше.
Мабель объявила мне это сегодня вечером. Я приуныл. Мне кажется, что она пожалела меня. Она подошла ко мне и нежно сказала:
— Но вы все-таки приходите ко мне каждый день. Мы вместе с вами проделаем выборную кампанию…
ВНЕЗАПНЫЕ ВЫБОРЫ
16 ноября. Курьеза ради сегодня Макдональд внес резолюцию недоверия министерству Болдуина. Резолюция отклонена, но парламент все-таки распущен. Начинаются страдные дни.
Рабочая партия решила включить Мабель в избирательные списки. Округ еще не выяснен. Вероятно, где-нибудь поблизости от Лондона. Мабель сказала мне: