Границы дружбы (СИ)

 – Ты прекрасно знаешь о моем отношении к тебе.
 – Конечно, это удобно, до тех самых пор, пока не появится кто-то нужный, постоянный, любимый.
 – Какие могут быть претензии, нас с тобой связывал только секс, разве нет?
 – Думаешь, стал бы я делать это с кем-то еще?
 – Ты ведь все равно никогда не любил меня, не велика потеря.
 – Ха, любовь, какое громкое слово! Что такое любовь, ты сам-то знаешь? Лично я нет, потому что меня никто никогда не любил по-настоящему и я никогда не чувствовал себя действительно нужным для кого-то. Все, что ты говорил, было лишь словами. Хоть раз ты сделал что-нибудь, чтобы я действительно поверил тебе? Понимаю, для тебя это был всего лишь секс – без эмоций и привязанности. Но не для меня! Ты же знаешь, как мне было больно, когда у Максима появилась девушка. Ты точно такой же. Нет, ты еще хуже, ты предал меня! Поверить не могу, что ты мог спокойно заниматься со мной сексом сразу же после того, как возвращался от нее. Ты смотрел мне в глаза и искренне клялся в любви в то время, как только что говорил то же самое другой. Черт… – Он откинул голову на кафельную плитку, закрыв глаза, подставляя лицо под прохладные струйки воды, стекающие по его влажным волосам, прилипшим к лицу, чуть подрагивающим ресницам и приоткрытым губам. Тонкая, ставшая почти прозрачной, ткань футболки намокла, облепив и совершенно не скрывая его тело. – Ром, я ведь, и правда, всегда верил твоим словам. Я знал, что Максим никогда не будет со мной. Знаешь, это даже нечестно! У меня же никогда никого не было, кроме тебя. Неужели я был единственным, кто цеплялся за эти отношения. А я ведь даже не знаю, как их правильно строить. И я не знаю, как правильно вести себя в сексе. Ты же был у меня первым, первым и единственным. Какой я вообще в сексе? Как думаешь, у меня еще есть шанс найти того, кто сможет хоть когда-нибудь полюбить меня?
 А я смотрел на него, глупо улыбаясь, и не верил своим ушам. Впервые Женька в открытую говорил о своих чувствах. И это, черт возьми, было самое настоящее признание. Пусть такое нелепое и неуклюжее, но все-таки именно признание. И мне безумно захотелось протянуть руки и прижать его к себе, такого беззащитного и ранимого, убаюкивая и согревая в своих объятьях, покрывая нежными успокаивающими поцелуями.
 – Ни единого…
 – Что? – он распахнул глаза, недоуменно взглянув мне прямо в лицо.
 – У тебя нет ни единого шанса! Я больше не отпущу тебя. Никогда! – я залез в ванную, притягивая его к себе, не обращая внимания на холодную воду и его тщетные попытки вырваться. – Я люблю тебя. Только тебя, слышишь? И всегда любил. Любил именно такого, какой ты есть – своенравного, упрямого, непосредственного. И в сексе ты просто невероятный – открытый, развратный, желанный. И я действительно готов на все ради тебя. Я был таким дураком! Прости меня, я постараюсь показать тебе, что значит быть любимым. Ты только позволь мне это, стань моим. Позволь себе полюбить меня.
 Я прижимал его к себе, сминая в объятиях и покрывая поцелуями его холодное лицо. Женька не пытался сопротивляться, уперевшись ладонями в мою грудь и нехотя уворачиваясь от моих поцелуев, и лишь тихо шептал:
 – Нет, нет, нельзя… Ром, так нельзя. Пожалуйста, у тебя теперь есть любимый человек, не обманывай ее. Это больно… не нужно… стой…
 
 – Глупый, нет у меня никого, никогда не было и не будет! Это дочь знакомой моей матери. Приехала из пригорода поступать в институт, денег у них немного и пока на подготовительные курсы ходит, поживет у меня. – Женька закусил губу и насупился, по-детски обиженно засопев, что я посмел обмануть его, заставил сказать все эти слова и открыть свои чувства. А я продолжал счастливо улыбаться, еще крепче прижимая его к себе и целуя в мокрую макушку белобрысых волос, определенно точно зная наперед, что теперь все у нас будет хорошо. Пусть не сразу, пусть со своими сложностями и проблемами, только вот теперь это не имеет совершенно никакого значения. – Обещаю, с этого момента я буду бережно заботиться о тебе, надежно оберегать и всячески баловать. А хочешь, прямо завтра мы пойдем на свидание? Самое настоящее – в кафе, в парк или кино – куда ты только пожелаешь. Все, что ты только захочешь!