Границы дружбы (СИ)

 Сколько раз под утро я мечтал проснуться с ним в одной постели, крепко сжимая в своих объятиях и вглядываясь в еще сонное лицо, едва касаясь лишь кончиками пальцев, поглаживать расслабленное тело и перебирать растрепанные ото сна белокурые прядки. Вот и сегодня он ушел еще до того, как я проснулся. Как долго еще смогут продлиться эти наши запутанные, сложные и совершенно бесперспективные отношения? Кому-то из нас рано или поздно необходимо будет проявить смелость, чтобы все это закончить. С каждым разом я привязываюсь к нему все больше и больше, а наши встречи становятся все более невыносимыми, а значит, нужно сделать это еще до того момента, когда я не захочу его потерять окончательно. Быстро и безболезненно, словно вырвать гнилой старый зуб.
 Решительно сажусь на кровать, и, не перечитывая, чтобы не передумать, отправляю SMS:
 «Жень, я так не могу. Я устал и хочу прекратить все это. Прошу, больше не приходи ко мне. Так будет лучше. Лучше для нас обоих».
 Я ждал ответа около получаса, нервно сжимая телефон в потных руках и перебрав в голове все возможные варианты его реакции – от истерики до полнейшего игнора. Однако короткая ответная SMS была вполне в его духе:
 «Ты меня любишь?»
 Чертов эгоист! Я так ему и не ответил, отключив телефон.
 После нашей последней встречи прошло почти две недели, все это время мы не общались – ни встреч, ни звонков, ни SMS, ни переписок в социальных сетях. Поэтому, когда в очередной раз ближе к ночи в моей квартире раздался требовательный звонок в дверь, я был готов к этому разговору.
 Он бросился мне на шею, уткнувшись носом и привычно крепко сцепив руки вокруг моей талии. Я не видел его лица или эмоций, но по его низко опущенным плечам и дрожащим пальцам на холодных руках было нетрудно догадаться, что он опять чем-то расстроен:
 – Ромка, мне плохо. Так плохо! Прошу, скажи мне…
 – Жень, я же просил тебя больше не приходить. Я думал, мы решили этот вопрос.
 – Ты меня любишь? Скажи… пожалуйста…
 – Жень, я сейчас не один. Тебе лучше уйти.
 Он тут же разжал руки и выпустил меня из объятий, его взгляд моментально стал холодным и сосредоточенным, а лицо выражало явное недоверие. Не разуваясь, он направился в комнату, откуда сейчас доносились приглушенные звуки телевизора. А я силой заставлял себя устоять на месте, облокотившись спиной и уперевшись затылком в стену, плотно сжимая кулаки и сдерживаясь, чтобы не броситься вслед за ним, пытаясь представить выражение его лица и реакцию на расправленную кровать и совершенно незнакомую девушку, лежащую на ней в растянутой бесформенной майке, оголяющей хрупкие девичьи плечи, и коротких домашних шортах, не скрывающих длинные стройные ноги. На нашей кровати! Кровати, на которой мы столько раз занимались сексом, кровати, где я столько раз говорил о своей любви к нему. Вернувшись, на мгновение он остановился и посмотрел мне прямо в лицо, словно желая спросить что-то, но так ничего и не сказав, покинул мою квартиру, громко хлопнув дверью. Его последний взгляд не отражал ничего, кроме разочарования, презрения и неприязни.
 – Ром, все нормально? – из комнаты неуверенно появилась обеспокоенная взлохмаченная макушка моей новой соседки.
 
 – Все хорошо. Ложись спать, тебе завтра с утра на подготовительные курсы. – Я постоял еще пару секунд, тупо вглядываясь в закрытую дверь, словно ожидая, что он вот-вот вернется.
 – Точно ничего, что я пока поживу у тебя до вступительных экзаменов?
 – Конечно, тем более, я обещал твоей матери. – Наспех накинув куртку и кроссовки, я выбежал из квартиры. – Не теряй меня, я скоро буду. Надо уладить одно дело.
 Я нагнал его у подъезда, где он почти докуривал сигарету:
 – Долго же ты! Я уже было действительно поверил, что ты так и не спустишься.
 – Жень, зачем ты приходил?
 – Зачем? Зачем! Вот и я себя спрашиваю «зачем»? – он выкинул окурок. – Это она?
 – Кто? – я опешил.
 – Та, кого ты теперь любишь?
 – Знаешь, а ты прав, это моя девушка. Давно уже хотел тебе рассказать, да все не решался. - Я откровенно врал, но мне это даже на руку - по крайней мере, сейчас у него будет повод возненавидеть меня. – И я люблю ее, а поскольку у нас все серьезно, теперь она будет жить у меня.
 – Лжец! – На секунду мое сердце пропустило удар от осознания, что он смог так быстро раскусить мой обман. – Получается, что все, что ты говорил мне раньше, было ложью? Ты же обещал, что всегда будешь со мной, что ты никогда не оставишь меня. Что ты… ты… никогда…
 – Жень…
 – Шшш… не надо, не говори больше ничего, – он уткнулся мне в плечо, привычно прильнув всем телом и крепко обхватив руками. – Ничего если я постою так немного? Паршивый у меня выдался день, Ромка. Сегодня я потерял сразу двух самых дорогих мне людей.
 Не дав мне ответить, на прощанье наспех прижавшись губами в скользящем поцелуе, он быстро зашагал прочь, так ни разу и не обернувшись.
 – Вот я дурак! Ой, дурак! – нервно улыбаясь, тихо шептал я сам себе, закрывая лицо руками и рассеянно присев на лавку. Неужели это все? Все кончено. Как просто! Это даже забавно. Что ж, вышло даже намного проще, чем я мог себе предположить.
 ***
 – Терпеть не могу ментоловые! – Покрутив между пальцами изящную, типично женскую сигарету, я сделал глубокую затяжку, и горло тут же обдало неприятным мятным холодком – единственное, что мне осталось в память о нем. Обычные сигареты закончились и, скомкав пустую пачку, я отправил ее в мусорное ведро. Это была уже третья за два дня. Надо бы сходить в магазин. Поморщившись, я закрыл глаза и откинулся на кровать, медленно выпуская дым в потолок после очередной затяжки.
 С нашей встречи прошло уже два дня. Два дня полного опустошения. Удивительно, я думал, что будет больно, тоскливо, одиноко, но не осталось совершенно ничего – одна лишь пустота. Что лучше: иметь возможность хоть изредка видеть того, кого любишь всем сердцем, но при этом осознавать, что он никогда не будет с тобой, или не видеть его вообще? И почему я не сделал этого раньше? Я ведь всегда понимал, что это не сможет длиться вечно – рано или поздно настанет тот день, когда он встретит человека, которого сможет полюбить по-настоящему и который сделает его счастливым. Только вот этим человеком никогда не смогу быть я. Наверное, потому что раньше я действовал как эгоист, я думал только лишь о себе, забывая о чувствах Женьки. Надо было давно его отпустить, дать ему шанс построить свое будущее, пусть даже с кем-то другим.