Ребята с нашего склепа (СИ)

— Это не мертвецы, — не согласился Захар. — Это заражённые примабактерией люди. Их существование поддаётся логическому объяснению, никаких противоречий с законами биологии в их бытии нет и не может быть. Они логичны, потому что примабактерию разработали разумные существа, опирающиеся на законы вселенной.
— А чего нелогичного ты видишь в моих мертвецах? — спросил я с некоторой долей обиды за мою нынешнюю профессию.
— Это трупы, абсолютно мёртвые существа, продолжающие функционирование вопреки своему нынешнему статусу, — объяснил Захар. — Они не должны этого делать, но они это делают. Почему?
— Некроэнергия, — ответил я.
— Я не могу установить даже факта существования этой «некроэнергии», — в голосе платформы послышалось недовольство. — Что-то здесь не так.
— Да просто прими как факт, что существует магия, — вздохнул я. — Это ведь так просто!
— Я не могу просто принять это как факт без каких-либо доказательств, — сказал на это Захар. — Ты не можешь объяснить природу «некроэнергии», не можешь объяснить, как применяешь «заклинания», как перемещаешься между мирами, а вместо ответа предлагаешь просто поверить? Я не могу пойти на это. Вера исключена из моих когнитивных протоколов ещё на этапе создания.
— Ну, тогда у тебя внутренний конфликт, — развёл я руками. — Ничего не могу поделать.
— Я заметил в одном из переданных тобою мертвецов некоторые аномалии, — продолжил Захар после секундной паузы. — Головной мозг его питается индюшачьим сердцем — зачем?
— Чтобы улучшить снабжение мозга альбедо, — ответил я. — Это положительно влияет на когнитивные функции мертвеца. Чем умнее — тем ценнее.
— Белое вещество в кровеносных сосудах — это альбедо? — уточнил Захар.
— Ага, — ответил я и сделал глубокую затяжку. — Знал бы ты, как долго я шёл к разгадке этого рецепта…
— Химический состав не свидетельствует об особой сложности, — произнёс Захар. — Я синтезировал идентичный состав, но при вливании в большой круг сразу же начались процессы разложения органов и систем. Как ты объяснишь это?
— Махыя, Харры… — выдохнул я густой дым прямо в «лицо» платформы.
— Должно быть какое-то другое объяснение, — не принял Захар мой железобетонный аргумент.
— Можешь отсыпать мне этот воспроизведённый тобою альбедо? — попросил я.
— Доставлю в течение восьмидесяти пяти минут, — пообещал Захар. — Но зачем он тебе?
— Хочу посмотреть, что ты там нахимичил, — пожал я плечами. — Интересно.
— Касательно внутренних органов одного из мертвецов, — произнёс робот. — ДНК-тест показал, что эти органы принадлежали другому человеку, причём подвергшемуся сильным мутациям.
— Оборотень, — кивнул я. — Я научился воспроизводить их в неограниченных количествах — методикой владею.
Это сулит мне какие-то проблемы в будущем, по заверению Самайры, дочери Аджая, но мне как-то похуй — пусть приходят.
— Мифическое существо? — уточнил Захар.
— Фактическое, — покачал я головой. — Ты бы знал, сколько геморроя мне создавали когда-то эти твари… Но теперь они, в столь экстравагантной форме, служат на благо моей республики.
— Могу ли я получить себе один экземпляр? — спросил Захар.
— Не можешь, — покачал я головой. — Эти твари живые, а через ритуальный портал на Землю может попасть только что-то мёртвое, как я.
— Ты можешь воссоздать процесс создания оборотня здесь? — зашёл искусственный интеллект с другой стороны.
— Тут некроэнергии хоть засаливай, поэтому могу, — ответил я. — Только предоставь мне человека, которым ты хочешь пожертвовать. Ну и по цене надо договариваться.
— Пожертвовать? — уточнил Захар.
— Ну, это необратимый процесс, превращающий человека в свирепое существо, неспособное себя контролировать, — объяснил я. — Оно хочет трахать и жрать всё, что увидит. Какой тебе смысл в таких существах?
— Наука, — ответил искусственный интеллект. — Что ты хочешь за этого «оборотня»?
— Сущую мелочь — три тысячи комплектов латной брони из стали марки М390, — назвал я цену.
— Сойдёт, — платформа кивнула «головой».
— Вот и отлично, хе-хе…
 
— Груз с воссозданным мною альбедо задержится на двадцать минут, — сообщил Захар. — Курьеру придётся зайти в дополнительную точку.
— Я не тороплюсь, у меня всё на мази, — усмехнулся я.
Карина готовит трупы на подъём, нещадно эксплуатируя начинающих медсестёр, которых она, таким образом, учит практической анатомии, бизнесмены делят рынок, армия тренируется, денежный круговорот крутится, кордоны под замком — в ближайшее время у меня нет особых дел.
— Ты говорил о некой угрозе, на фоне которой твои ракеты покажутся мне сущей хуйнёй, — вспомнил я. — Может, расскажешь, кто это или что это?
— Скажем так, — Захар зачем-то сделал паузу, — это заражённые, сохранившие разум и человеческий облик. Мой создатель называл их инфильтраторами, а они предпочитают называть себя высшими, новыми людьми.
— Просто умные мертвецы? — подытожил я. — Полагаю, что против них тяжело воевать, если у них человеческие мозги, но не вижу особых проблем для настоящего интеллекта.
— Это не просто умные мертвецы, — покачала платформа «головой». — У них есть военная мощь и сверхспособности. Их крайне тяжело убить, они лучше всех приспособлены к окружающему миру, даже лучше, чем мои боевые платформы, а ещё у них есть производственные мощности, а также некоторые технологии, позволяющие скрываться. Но главное — многие из них сохранили способность перевоплощаться в других людей, то есть преобразовывать себя в полные копии, даже на уровне ДНК.
— М-хм, — хмыкнул я, погрузившись в глубокую задумчивость.
— Поэтому особо опасно вступать с ними в контакт, — произнёс Захар. — Если они получат доступ в мир, в котором ты находишься, у тебя начнутся особенные проблемы, которые ты никак не сможешь решить.
— Как их можно выявить? — спросил я.
— Никак, — ответил Захар. — Точные копии, на уровне ДНК. Также они получают все воспоминания жертвы, поэтому контрольные вопросы и иные методы тоже бесполезны.
Над этим следовало хорошенько подумать.
— А мертвецы? — спросил я. — В них они тоже могут перевоплотиться?
— Не владею информацией на этот счёт, — ответил Захар.
Нет, над этим недостаточно хорошенько подумать, тут надо прямо капитально размышлять, по-взрослому.
— Как ты собираешься использовать переданные мною материалы? — спросил Захар после долгой паузы.
— Делать броню, оружие, — ответил я. — У меня началась «небольшая» война. Танки и АК — это средства на крайний случай. Не хотелось бы до этого доводить…
— Почему? — поинтересовался Захар.
— Потому что Дар, как мы называем регулирующую Мир трёх лун ноосферу, становится очень не рад, когда кто-то совершает массовые убийства оружием, принесённым из другого мира, — объяснил я. — Реагирует он жёстко.
Захар промолчал.
— Так что воевать мне приходится «классическими» методами, то есть сделанными в Мире трёх лун ружьями, там же произведёнными пушками, а также различным холодняком, — продолжил я. — Вот на это постепенно и уходят материалы, переданные тобою.
— Возможно, мой разведывательный дрон позволит нам пролить свет на всё происходящее, — заговорил Захар. — Позволишь сделать тебе биопсию?
— Ещё одна тысяча комплектов латных доспехов из стали марки М390, — улыбнулся я.
— Будет доставлено завтра, — не стал он торговаться.
— Только вряд ли ты узнаешь что-то новое, — протянул я ему руку.
Платформа подошла ко мне и приложила к руке какой-то аппарат. В месте прикосновения устройства стало слегка щекотно, но это продлилось секунды.
— Мне даже самому интересно, что же ты накопаешь, — усмехнулся я, закуривая очередную сигарету.
— Вернусь с прибытием курьера, — произнёс робот.
Я продолжил курить, а Захар отключился от платформы, которая самостоятельно отошла на пять метров и встала у стены.
А тут, в подводной базе, даже как-то уютно…
Стены из непонятного металла, массивные перегородки, толстые иллюминаторы, демонстрирующие глубинную тьму, полы из стали — ощущение, будто мы персонажи фильма «Чужой».