Ребята с нашего склепа (СИ)

Здесь же он возглавляет элитный отряд «Активижн», гордость Праведной Республики.
Изучая накладную с поставленными из Душанбе наименованиями грузов, он никак не мог заставить себя не думать о разговоре с повелителем.
Смысл жизни и смысл нежизни…
В первые дни после смерти он истово ненавидел повелителя. Не мог сделать ему ничего, но ненавидел от этого только сильнее.
Потом он, конечно же, как и все мертвецы, осознал свою мощь. Он сильнее себя живого, он быстрее себя живого, он умелее себя живого — кому-то это может показаться заблуждением, но он начал считать себя нынешнего лучшей версией.
Раньше он был слаб, иногда болел, пьянствовал и совокуплялся с падшими женщинами, что подрывало его здоровье. А повелитель избавил его от срамной хвори, подцепленной в одном из борделей, наделил силой и даже совершенствовал, если находил что-то новое.
Вот и новая некромутация, дарующая единовременный прирост какой-то характеристики, первой достанется высшим офицерам отрядов.
Он примирился с участью бытия немёртвым. Ничего поделать он уже не мог, не надо было подвязываться на тот контракт, а раз ничего не поделать, то незачем метаться и волноваться.
И единственное, что сейчас волновало Леви — какую характеристику выбрать, когда настанет заветный час…
 Глава пятая 
 Даже не человек 
/12 сентября 2028 года, Праведная республика, г. Душанбе, президентский дворец/
— Ну, давай, рассказывай, — сел я перед Анной.
— Особо рассказывать нечего, — вздохнула она. — Люди, как всегда, думают одно, а говорят другое. На словах признаются тебе в искренней любви, ведь знают, что я из твоих людей, пусть и живая, а думают…
Она сделала паузу.
— И что же они думают? — нетерпеливо спросил я.
— Они тебя боятся, — ответила Анна Константиновна. — Просто до смерти боятся. Ты лич, а личей здесь принято бояться на культурном уровне. Такие как ты плотно прописались в фольклоре, поэтому…
— Я это и без тебя отлично знаю, что личи тут персонажи похуже Гитлера, — поморщился я. — Страх? И всё?
— Ну, где-то один из десяти осторожно связывает тебя с перспективами на благополучное будущее, — произнесла Анна. — Но тоже как-то со страхом. Я думаю, при тебе должно вырасти поколение, которое перестанет тебя бояться.
— Вырастет, — уверенно заявил я. — И это все сведения, которые ты собрала за всё это время?
— Ещё я обнаружила группу религиозных фанатиков, раскачивающих народ, — произнесла Анна. — И я думала, что тебе о них уже сообщили. Губернатор должен был лично заняться этим вопросом.
Я открыл папку с надписью «Фивы: донесения» и быстро нашёл нужный лист.
— М-хм… — изрёк я, изучив его содержимое. — Макроний доложил. М-хм… Понятно.
Фанатики культа Молоха, процветающего за океаном, прикрываясь личиной несторианской секты, склоняли доверчивых жителей Фив к вооружённому сопротивлению захватчикам. Обещали рай после смерти и далее по списку.
Макроний воспользовался силами городского гарнизона и устроил облаву, буквально четырнадцать часов назад. Культисты сидят в тюрьме под казармой — ждут скорого суда и мучительной казни.
— Так что не зря съездила, — улыбнулась Анна.
— Да, не зря, — согласился я. — Можешь быть свободна.
— Тогда я домой, — произнесла телепатка и встала из-за стола.
— А не хочешь посмотреть на моё новое заклинание? — спросил я.
— Знаешь, что-то не особо, — покачала головой Анна. — Мне бы пообедать да ванну принять. Устала с дороги.
Уже начинаю забывать, что остальным нужен отдых.
— Ладно, — не стал я настаивать.
Мои изыскания в области кристаллографии привели ко «всплытию» из глубин подсознания нового заклинания. Моя версия с опущенным забралом применяла его несколько раз, но оказалось, что охуевший в атаке Алексей Душной не любит такие штучки, предпочитая более надёжные решения.
Кристалл Смерти — при активации это заклинание выпускает кристалл, который взрывается при соприкосновении с целью, нанося рваные раны острыми осколками. По сути своей, это граната ударного действия. Мне, как раз, не хватало какой-нибудь гранаты.
 
Минусы Кристалла Смерти: не разбирает своих и чужих, совсем как настоящая граната, а также рвёт плоть, портя товарный вид потенциального немёртвого солдата.
Но зато можно метнуть этот взрывной кристалл в стену за укрытием противника и тогда он изрежет спину врага осколками.
Я уже протестировал заклинание на мишенях и остался удовлетворён результатом.
Выяснилось, что осколки существуют в материальном виде всего около часа, после чего распадаются на некроэнергию и нихуя. Фактически эти кристаллы — это нихуя, вокруг которого в замысловатой форме сконцентрировалась некроэнергия. Эффект гораздо более материальный, чем Игла Смерти, но исток у них один — некроэнергия.
Крутая штука, я доволен, что ассоциации вывели её на меня.
— Нет, надо ещё разок протестировать, — поддался я соблазну.
Спускаюсь вслед за Анной и иду на стрельбище. Моя предыдущая мишень уже совсем не та, древесина измочалена, но пару попаданий выдержит. А больше мне и не надо.
Вместе с новым заклинанием ко мне пришло и воспоминание о том, как я использовал его раньше — просто чётко выраженное мысленное намерение и направленная на цель рука.
Я же, как-никак, величайший волшебник и гений волшебства, знаменитый своей победой над… над дохуя кем. И, в отличие от директора Дамблдора, ещё и не пидарас при этом.
— Залп! — не выдерживаю я и сопровождаю каст заклинания словом.
Кристалл Смерти материализовался в сантиметре от моей ладони и, со скоростью около двадцати метров в секунду, полетел прямо в мишень.
Удар и бесшумный взрыв.
Острые и длинные осколки, имеющие зазубренные грани, окончательно подкосили мишень и она рухнула.
— М-м-м, я думал, что хватит на пару выстрелов… — пробурчал я недовольно.
Прохожу тридцать метров и оцениваю разлёт осколков.
Летят они, как я уже установил, не дальше пяти метров, а убойность сохраняют только на трёх метрах. Причём, важно помнить, что стальную кольчугу осколки пробивают только с дистанции не более метра, но и то, на это способны только самые крупные из них. На качественных стальных латах осколки оставляют только вмятины, на любой дистанции, поэтому против хорошо бронированных противников применение ограничено.
— Всё равно, как-то кисловато пускать один разок… — пробормотал я, после чего выпустил второй Кристалл Смерти в кирпичную стену.
Стук удара и бесшумный взрыв. Осколки впились в стену и в землю. Всё-таки, не хватает какого-нибудь спецэффекта… Грохот бы или дым…
Но чего нет, того нет, поэтому я разворачиваюсь и иду в свою лабораторию. Кариночка должна была успеть приготовить пару-тройку трупов.
/14 сентября 2028 года, Империя некромистресс, г. Таеран/
— Какие вести от Велизария? — спросила Эстрид у прибывшего Фенрира XXII.
Немёртвый раб прибыл из пересыльного пункта, куда попал через ритуальный круг в полевом лагере её полководца.
— Они уже готовы ко вторжению, владычица, — ответил немёртвый. — Но дожидаются прибытия дополнительных сил от крестоносцев.
Воины Ордена тернового венца носят на одеждах чёрные кресты с терновым венцом на вертикальной балке, поэтому Велизарий прозвал их крестоносцами. Наименование прижилось, поэтому даже Эстрид называла членов Ордена именно так.
— Что в ином мире? — осведомилась Эстрид. — С проблемой разобрались?
— Да, владычица, — ответил Фенрир XXII. — Чудовища предприняли решительную атаку, но твои верные воины уничтожили их, рассеяв по мёртвому лесу.
— Потери?
— Трое выбыли навсегда, двое пропали без вести, а ещё семерых можно восстановить, — ответил вечный курьер и порученец.
— Привезите их сюда, я лично займусь ими, — приказала Эстрид. — Распорядись отправить в иной мир отряд Слейпнира VIII— нужно развивать наступление и вторгнуться в…