Девушка по имени Каламити (ЛП)

Что-то прохладное коснулось моих губ, и я представила, как Бенджи лижет меня. Я поморщилась и повернула голову. Прохлада вернулась; вода полилась в мой рот, и ясность вернулась. Я схватила флягу и сделала несколько глотков, прежде чем допила до дна.
Небольшое количество воды помогло, и я открыла глаза, чтобы осмотреться. Всходило солнце, и огонь был потушен. Уэстон укладывал кое-какие вещи в свои седельные сумки, и я поднялась на ноги, чтобы помочь ему, но покачнулась на месте. Я попыталась нагнуться, чтобы поднять свой тюфяк, но головокружение взяло верх, и меня охватило замешательство.
В глубине души я знала, почему я здесь, но поверхностная часть моего мозга играла со мной злые шутки. Я не могла смириться с тем фактом, что если бы я была в горах одна, я бы никогда оттуда не выбралась. От этой мысли у меня по спине пробежал холодок, и я почувствовала непреодолимую жалость к Магу, который умер вот так.
— Давай. Еще несколько часов, и мы выйдем, — сказал Уэстон, сворачивая мой тюфяк.
— На другой стороне нас ждет сюрприз.
Я, спотыкаясь, подошла к своей лошади.
Когда у меня появилась эта лошадь?
Он был прекрасен.
Я улыбнулась, почесывая ему нос. Меня оторвало от земли, и у меня закружилась голова, когда Уэстон посадил меня на спину своей лошади.
— Это не моя лошадь, — сказала я, наблюдая, как Уэстон из-под тяжелых век привязывает мою лошадь к своей, едва способная держать глаза открытыми.
— Ты думаешь, ты в состоянии ехать на своей лошади? — риторически спросил он.
После того, как он сел позади меня, чувство безопасности окутало меня, как одеяло. Одеяло было таким теплым, что убаюкало меня и я уснула.
* * *
Я то засыпала, то просыпалась во время поездки по горам. Мне казалось, что я путешествовала по ним неделями.
Каждый раз, когда я просыпалась, я представляла, что прошел еще один день. На этот раз, когда я проснулась, боль уменьшалась с каждым стуком лошадиных копыт. Сила вернулась к моим мышцам, и я смогла поднять голову.
Теплый воздух ударил мне в лицо, когда мы вышли из горного хребта в зеленую долину. Мои уши навострились, когда я услышала шум бегущей воды. Хотя сильная жажда, которую я испытывал в горах, прошла, я все еще ощущал ее остаточные эффекты.
Мой взгляд упал на водопад, который стекал со склона горы и наполнял кристально чистый голубой бассейн. Бассейн, достаточно большой, чтобы в нем могло выплыть мое сердце. Счастье расцвело у меня в животе. Это было даже лучше, чем увидеть солнце в Красном лесу.
Я сбросила плащ, который теперь был слишком теплым, перекинула ногу через ногу и одним движением спрыгнула с лошади. Я побежала по траве высотой по колено, сбрасывая свой кожаный пояс и сапоги. Солнце отражалось от воды, и ничто никогда не выглядело так привлекательно.
Это была моя мечта — увидеть Алирию возле Элджера, и я улыбнулась, заходя в воду. Даже при таких обстоятельствах я все равно собиралась попытаться повеселиться. Бассейн был теплым, и я чувствовала, что это больше, чем вода, поскольку она двигалась вокруг меня сама по себе.
На вкус она была как вода.
И это было все, что мне нужно было знать. Я пила и пила, пока мой живот не наполнился этим.
Когда я больше не могла пить, я нырнула под воду. Как только моя голова вынырнула, меня охватила тревога, когда у меня возникла мысль, что Уэстон может оставить меня здесь. Он мог забрать мои деньги, мою лошадь и все мое имущество. Я высунула голову из воды, и мое сердце успокоилось, когда я увидела, что он всего лишь наполняет фляги у бортика бассейна.
Должно быть, он прочел панику в моих глазах, когда его взгляд встретился с моим, потому что выражение его лица посуровело.
— Если бы мне были нужны твои жалкие пожитки, я мог бы забрать их, не покидая Кэмерон, — выпалил он, прежде чем развернуться и уйти.
Я сглотнула, когда чувство вины поселилось у меня в животе. Он относительно хорошо обращался со мной в горах. Возможно, он был не очень мил, но он все равно вытащил меня оттуда живой. Но потом тот факт, что он привел меня в горы, всплыл в моей голове. Мы могли бы пойти в обход. Я отбросила свои мысли; у меня было право на охрану. Я едва знала его. И он был убийцей.
 
Я плавала в бассейне, пока моя кожа не покрылась морщинами, а солнце не начало садиться. Я вытащила себя из воды, моя мокрая одежда давила на меня. У меня заурчало в животе, когда я подошла к Уэстону, разжигающему костер.
— Мы останемся здесь на ночь, — сказал он, даже не взглянув на меня.
Я села у огня и расплела волосы, чтобы дать им высохнуть. Тепло, исходящее от пламени, согрело мою влажную кожу, и я легла.
Я смотрела на звезды, на потрескивающий огонь. Золотая полоса пролетела по темно-синему небу, и я улыбнулась. Говорили, что каждый раз, когда кто-то в Алирии влюблялся, взлетала золотая звезда. Я не знала, было ли это правдой, но мне нравилось в это верить. Усталость поглотила всю оставшуюся у меня энергию, и я заснула мгновением позже, забыв о голоде.
На следующее утро мы рано отправились в путь, и я съела несколько сухофруктов, которые упаковала бабушка. Было здорово снова почувствовать себя нормальной, и я была в восторге от жизни. Я подумала, что, должно быть, таково это — быть на Полуночном масле. Все, что тебе нужно было сделать, это отправиться в путешествие по проклятым горам, и ты почувствуешь себя такой живой, когда выберешься оттуда. Если ты когда-нибудь это делал, во всяком случае.
— Пожалуйста, научи меня держать Саккар подальше, — повторила я.
Третий раз — это прелесть, верно?
— Нет.
Я закатила глаза. Эта поездка выглядела все мрачнее каждый раз, когда он открывал рот.
— Почему бы и нет?
— Это долгий процесс. Он требует медитации и покоя. Ты не сможешь научиться этому, сидя на спине лошади.
— Ну, тогда ты можешь учить меня перед сном каждый вечер, — предложила я, радуясь, что нашла решение.
— Заманчиво, но я бы предпочел этого не делать, — сухо сказал он.
— Ну, разве ты не лучик солнца, — усмехнулась я.
Его раздраженный взгляд остановился на мне.
— Послушай, я сказал тебе, что доставлю тебя в Ундали-Сити. Я не говорил, что буду болтать с тобой всю дорогу.
Ладно…
Я медленно думала. Я предположила, что ассасины были убийцами, а не шутами по какой-то причине. Я оглядела пейзаж и пропустила его комментарий мимо ушей. Мягкий ветерок колыхал высокую траву и развевал мои распущенные волосы вокруг лица.
Всего пару дней назад я была другим человеком в другом мире. Но я все еще выглядела как фермерша из Алжира. То недолгое время, что я отсутствовала, показало мне, как много я не знала об этой земле, и я хотела принять это как другой человек.
На самом деле было только одно, что я могла изменить сейчас. Я остановила свою лошадь и спрыгнула вниз. Я выхватила свой нож из ножен, в то время как Уэстон смотрел на меня равнодушно, как будто для женщины было обычным делом резко остановиться и вытащить нож. Вероятно, для него так и было.
Я подумала об этом, и без зеркала я бы, вероятно, все испортила.
— Мне нужно, чтобы ты подстриг меня, — сказала я.
Он смотрел на меня всего минуту, прежде чем спрыгнуть с лошади, слегка покачав головой, и выхватить нож из моей руки.
— Насколько коротко? — спросил он, собирая мои волосы в одну густую прядь.
Его рука коснулась моей шеи, и мурашки побежали по моим рукам.
— Подожди, — сказала я, нервозность начала разрастаться у меня в животе.
— Как коротко? — он повторил.
Опасения, которые я испытывала, было слишком сложно игнорировать. Я могла бы отстричь их позже, верно? Мне не нужно было делать это прямо в ту секунду.
— Я изменила своё..
Прежде чем я смогла закончить предложение, я почувствовала, как меня распиливают по волосам.
— Нет!
Я попыталась схватить свои пряди и убрать их, но было слишком поздно. Я развернулась, мои глаза расширились при виде двух футов волос, которые Уэстон держал в кулаке.