Зораида Кордова — Иллюзионист (ЛП)

— Именно на Исла-Сомбрас Госпожа решила разделить своё бессмертную сущность, — говорит капитан Арги. — Первый орден мориа, живший здесь, возвёл этот храм в её честь.
— И вы были здесь всё это время, — шепчу я.
Арги сдержанно улыбается.
— Она повсюду, и она всегда с тобой.
Я хочу возразить, потому что многие годы чувствовала себя одинокой, но тут где-то рядом раздаётся дружный смех. Я выхожу наружу, на лужайку перед храмом, и вижу своих друзей, возвращающихся после тренировок с Эликсой и Мэриам. Когда они подходят ближе, я замечаю свежие синяки на их руках. Лео опирается на деревянный посох. Кас улыбается, разговаривая с Эликсой. Она очень громкая и всем телом вовлечена в беседу. Спустя пару секунд Кастиан поднимает глаза и находит взглядом меня, прислонившуюся к колонне. Он словно бы всегда знает, где я нахожусь.
Я машу ему и прикусываю нижнюю губу, чтобы сдержать порыв рвануть к нему навстречу и рассказать о том, как я сегодня творила нечто невероятное.
— Где ты научилась так сражаться? — спрашивает Кастиан у Эликсы.
Эликса опускает деревянный меч себе на плечо.
— Меня обучал один лузонец на Мадре-дель-Мар, воин на пенсии.
— Можно ли назвать это пенсией, если Хосефино ещё двадцать лет обучал молодых на борту? — спрашивает Арги, спускаясь по ступенькам храма и обнимая девушек.
— Хосефино Эдин? — Лейре резко останавливается, распахивая глаза, и запинается на его имени. — Да он же легенда в моей империи! Пожалуйста, верните меня на корабль.
Арги хмыкает.
— Увы, он уже обрёл покой с Великой Тортугой. Но его дочь вернулась в Эмпирио Лузо.
— Вы обучаете воинов, хотя не сражаетесь, — отмечает Кастиан. — Зачем?
Капитан останавливается в паре шагов от него, оставляя совсем небольшую дистанцию. Принц Пуэрто-Леонеса на голову выше неё, но то, как она себя держит, каким-то образом превращает его в гнома.
— Чтобы защитить себя от вашей семейки.
— Когда Кастиан станет королём, вам не нужно будет бояться Фахардо, — говорит как всегда дипломатичный Лео.
Кастиан ухмыляется, но его сине-зелёные глаза темнеют от промелькнувших в них сомнений.
— Когда моего отца не станет, для нас всех начнётся новая жизнь.
— А пока давайте вы все отмоетесь перед ужином. — Арги хлопает Кастиана по спине и ведёт нас обратно к жилым помещениям.
Лео первый ныряет в бассейн. Пар поднимается над водой, что подаётся из близлежащих горячих источников через механизм, которого я в своей жизни ещё не видела. Я пытаюсь представить, как здесь проводили дни священники, посвятившие жизнь защите Клинка Памяти. Изолированные от всего мира, но всё же они просыпались каждое утро в гармонии этого исцеляющего душу места среди зелёных холмов и синего моря.
Искупавшись, я одеваюсь и прихожу на кухню помочь. Мэриам обрабатывает мои переломанные ноги и порезы ромашковым бальзамом. Лейре и Кастиан готовят индейку, тогда как Эликса и Лео обсуждают музыкальные номера, нарезая лук и чеснок.
— Не могу представить, как можно знать только одну оперу Дельгадо. А ведь «Ответ нимфы охотнику» — даже не самое лучшее его творение. Бедное дитя, — вздыхает Лео, его глаза блестят от слёз из-за лука.
— Как тебе удаётся плакать и всё равно оставаться красавчиком? — искренне недоумевает Мэриам.
— Он был актёром.
— Ах, если бы я только владел всеми этими невероятными боевыми приёмами, когда играл капитана Брава в пьесе «Ради любви леди Куэрвы», — произносит Лео.
Эликса ахает.
— Расскажи мне про эту пьесу!
В этот момент возвращаются Кастиан и Лейре с обезглавленной и ощипанной индейкой. Принц усмехается:
— О, кажется, Лео нашёл себе новых слушателей.
— Бедняги, — притворно сочувствует Лейре и подмигивает Лео.
Он начинает исполнять балладу о капитане корабля, влюбившемся в деву смерти. Не удержавшись, я бросаю взгляд на Кастиана. Не помню, когда он последний раз так улыбался, не оглядывался по сторонам в поисках угрозы и не ходил под иллюзией высокомерного кровожадного принца. Сейчас он обычный парень в кругу друзей.
Но тут я одёргиваю себя: «Нет. Он никогда не будет обычным. И я тоже».
 
И всё же приятно на время забыть об этом.
— Тебе придётся снять кольцо, — твёрдый голос Мэриам возвращает меня в реальность. Она слегка постукивает по моему указательному пальцу, где кровь начинает сворачиваться над порезом.
— Некоторые из этих альманов похожи на наконечники копий, — отмечаю я.
Юная робари дожидается, пока я сниму изумрудное обручальное кольцо, и наносит на мой палец приятный прохладный бальзам. Я уже почти и забыла, что всё ещё ношу кольцо Кастиана. Он поворачивается ко мне, но я не могу прочитать его выражение лица. Хотелось бы мне, чтобы он что-то сказал, но он как будто ждёт этого от меня.
Жар поднимается вверх по позвоночнику и разливается в груди, когда я протягиваю Кастиану кольцо.
— Это твоё.
— Так вы не по-настоящему женаты? — удивляется Мэриам. Я только сейчас замечаю, какая она ещё маленькая девочка, даже если ей уже шестнадцать.
Эликса бросает на неё предупреждающий взгляд.
— Мэриам.
— Всё в порядке, — с кривой ухмылкой отвечает Кастиан. — Думаю, мы оба испытываем облегчение, что больше не нужно играть роли.
Я вспоминаю, как он завязывал и развязывал узлы на нашей яхте. Вот примерно то же самое происходит с моими внутренностями, когда он забирает кольцо из моей ладони. Заставляю себя рассмеяться.
— Не переживай, львёнок, — говорит Лейре, вытирая лоб тыльной стороной запястья. — Мы подберём тебе подходящую королеву. В моём отряде была одна девушка, семья которой неплохо зарабатывает на поставках бананов...
— Если подумываешь о браке по расчёту, — говорит Лео, доставая пробку из бутылки, в которой плещется что-то похожее на сидр, — то кузен твоей мачехи — весьма достойная кандидатура, учитывая, что принцесс у них нет. Хотя потом будет довольно неловко на Фестивале Солнца, когда ты свергнешь своего отца.
Кастиан на удивление хорошо отнёсся к шуткам на тему выбора его будущей жены. В то время как у меня заложило уши из-за того, что я мысленно кричала во всё горло.
— А я-то думал, что с твоими амбициями ты предложишь свою кандидатуру, Лео. — Кастиан прислоняется к стене, разворачивая шутку, словно отбивая летящую в него стрелу и возвращая противнику.
Все хохочут, а Лео закатывает глаза.
— Ну уж нет. Я предпочитаю очаровашек, а ты слишком угрюмый для меня.
Ребята продолжают раскручивать тему женитьбы Кастиана, уже запланировав три его будущих свадьбы. Я присоединяюсь к игре, потому что если отвлекусь и задумаюсь, то вспомню, как сама вчера обдумывала будущее с Кастианом. Но у нас нет никакого будущего. Как только я добуду Клинок Памяти, у меня будет два варианта: либо я заплачу цену за использование древней магии, либо никогда не вернусь.
После захода солнца Эликса зажигает факелы во дворе. Еда уже готова и ждёт на длинном деревянном столе. Нут с помидорами, посыпанный розовой солью и мелко нарезанной зеленью. Маслины и оливки в масле. Хлеб с мёдом и острым перцем. Золотисто-коричневая индейка со сладким луком. После целого дня тренировок мы с радостью поглощаем всё до последней крошки, запивая холодным грушевым сидром.
Эликса спрашивает о наших странствиях, но Арги перебивает, затевая разговор о том, как пираты собираются исследовать новые земли из легенд мориа.
— Почему вы не хотите остаться здесь? — спрашивает Кастиан, обводя взглядом двор, где горят факелы и летают светлячки.
— Здесь нет плодородных земель, а пресная вода лишь в одной речке и озере. Исла-Сомбрас — это место для паломничества и поклонения. Когда-то здесь готовили будущие поколения жрецов и служителей ордена. Теперь это убежище. Но оно наше.
— Что вы делаете с ростом населения? — интересуется Лейре. — Как живут семьи на корабле?
— Число мест у нас ограничено, — поясняет Арги. — Для тех, кто хочет пополнения в семье, есть возможность высадиться в любом открытом порту, например, в Лузо. Остальные, пока живут на корабле, пьют ирвену. К слову о которой... — Арги подаёт жест Мэриам. Та убегает на кухню и возвращается с чайником.