Принцесса для психолога (СИ)

Алай покачал головой. Богохульство в кесарии не поощряли, но у прямой наследницы Святого Каспера, наверное, были свои счеты с Небом.
— Я хотел сказать — а как же Священный?
— Его хранят небеса. А о вас позабочусь я. Держитесь за мной и потрудитесь больше не перечить, сил у меня не так, чтобы очень много. На то, чтобы всем спастись — хватит. А на споры — уже нет.
Маленький отряд вытянулся змеей и исчез в узкой, практически, незаметной расщелине в скалах, оставляя за спиной шум сражения, крики воинов, ржание лошадей и звон стали, которой повезло встретиться с другой сталью.
Из долины тянуло горьким, даже кисловатым дымом, а на предгорья стремительно накатывала ночь.
Росомаха провела ревизию своих сил, затеплила десять небольших светляков и раздала аскерам. Непривычные к магии из рук женщины, они брали светящиеся шары с опаской, но, убедившись, что они не горячие, а рука и не думает чернеть и отваливаться, начинали смотреть вокруг веселее и увереннее.
  
Глава 50 Вассальная клятва
 
Марк погнал всех на склоны, ставить следящие амулеты, едва Обжора увел свою группу к вершине. Амулетов было много, пара мешков, и ставить их следовало не кучно, а на приличном расстоянии друг от друга. Самым простым решением было разделиться, но Винкер почему-то не позволил, не позволил даже дежурному остаться в лагере, чтобы приготовить обед.
Народ посматривал на него как на психа. Ничего, правда, не говорил, но "чуйка" прирожденного командира засекла тот крохотный промежуток между приказом — и выполнением, который… просто был.
Может быть, стоило на это забить? Ведь они не "Бессмертные" и сейчас не война. Но даже пара мгновений может стоить кому-то жизни. Колебался принц без титула недолго:
— Аше! — Он вскинул два пальца к плечу и подождал, пока они все, и первым — Маркиз, подтянутся к нему.
…Глаза светло серые с голубой окантовкой, глаза черные с глубоким отливом в синь, глаза цвета спелого крыжовника. Рассказать им, что неспящие — это стихия и, как любая стихия, непредсказуемы и опасны? Напомнить об ответственности? Объяснить всю глубину попадалова? Марк мог…
В библиотеке института вулканологии и сейсмологии, куда они с Маргаритой вломились глубокой ночью, кроме закрытого на ключ каталога и насмерть запароленных компьютеров, нашелся еще и старичок — дежурный. Геофизик с мировым именем отчаянно скучал на пенсии, маялся бессонницей и по ночам писал очередную монографию, которая должна была в очередной раз потрясти мир. В переносном смысле — шутки про тряску миров в среде вулканологов считались дурными.
Импровизированную лекцию Марк оценил в здоровенный, с ноготь, редкий черный бриллиант. Дед, кстати, сразу сообразил, что это такое, но взял — и даже для приличия не поломался. Знал настоящую цену собственным знаниям, и умению их подать так, чтобы дошло даже до девственного разума.
Но читать лекции времени не было. Времени не было вообще ни на что. В предчувствия Марк не верил, а вот в себя — вполне. Где-то в глубине сердца тревожно и сухо стучал метроном, этот стук Винкер начал слышать еще в тот момент, когда была открыта шкатулка с черными камнями… И с тех пор он не умолкал ни днем, ни ночью.
Марк обвел свою команду глазами, сощурился.
— Властью имперского стратега объявляю, что с сего мига и до особого распоряжения императора, наша страна и княжество Энгури находятся в состоянии войны, — полюбовался упавшими челюстями и добавил, — А во время войны, как вы знаете, приказ стратега равен воле императора и исполняется мгновенно. Вопросы есть?
Маркиз отсалютовал ехидно — уважительно, Верна кивнула. Его высочество… хлопнул ресницами, но подтянулся. Вопросов не было.
Главное, ничего объяснять не нужно. Очень удобно. Кот бы оценил.
Склон был сначала слишком пологим и длинным, потом резко взбугрился складками. Без толкового землевика ориентироваться приходилось только на указания старика-геофизика… Но, кажется, Марк все делал, как нужно. Потому что уже через клепсидру сканер, буквально, взорвался от импульсов, идущих с амулетов — и тех, которые разбросали они, и тех, что ставила вторая группа.
 
— Мне крышу рвет, — признался Маркиз, растирая виски ладонями, — как ты во всем этом разбираешься?
— Плохо, — честно ответил Марк, — данные отслеживаю, а вот разобраться в них пока не могу. Но, главное, они есть и пишутся.
— И… что это значит?
— Пока — ничего. Просто сбор данных. Для получения качественной картины их понадобится гораздо больше.
— Постой, — с мозгами у Маркиза все было в большом порядке и мелочи он подмечать умел, — а вот этот пакет сигналов откуда? Это явно не наши амулеты, и не Обжоры.
— Хм… интересно, а почему ты так решил? — Марк улыбнулся, поощряя водника.
— Слабее. Намного. Как будто заряд в амулетах заканчивается. Они были установлены давно, несколько недель назад — и сейчас отдают накопленную информацию, верно?
— Для того, чтобы уловить сейсмический пульс неспящего — нужен долгий срок, — согласился Марк, — несколько месяцев а, лучше, лет. Но у нас есть только данные за несколько недель… Мало, но будем работать с тем, что имеем.
— Здесь заложено четыре параметра, — влез любопытный Рами, — четыре разных цвета. А что они означают?
— Красный — температуру земли, серый — выделение пара и газов, коричневый — частоту и силу толчков, а зеленый — изменение наклона конуса.
— Но, постой… — Маркиз потер нос, — получается, что кто-то был здесь раньше нас и установил амулеты?
— Очень правильно у тебя получается, — кивнул Марк. — Был и установил. Молодец, парень! О подробностях пока промолчу. У двоих из вас недостаточно допуска.
— У Отряда допуск "А" — удивленно сказала Верна.
— А у этого дела: "А +"
— Такое бывает?
— Не поверишь, и не такое бывает. Означает: только для членов императорской семьи, — Марк скользнул взглядом по принцу и нейтрально добавил, — совершеннолетних. И для Регента.
— А Маркиз, значит…
— Да ничего не значит, — кривая усмешка, язвительная и понимающая мелькнула и пропала. — Не должно значить по протоколу безопасности. Но у Эшери свой собственный протокол и от ближнего круга никаких тайн никогда не было.
Маркиз кивнул. Без заносчивости, свойственной "избранным"… просто подтвердил факт, который имел место.
— И ни разу это не пошло во вред Империи, — добавил Марк, — только на пользу. Так что я тут проблемы не вижу.
— Значит, проблема — это мы, — шевельнула бровями Верна, — мило.
— Поменьше чувства собственной важности, дорогая, — Маркиз, явно подражая Коту, мягко тронул ее за плечо, — наша проблема чуть больше, чем ты. И слегка левее.
Верна повернулась в направлении, куда указывал светло голубой взгляд Маркиза. И… испуганно завизжала.
— Она проснулась!
— Бездна! — Одного взгляда Марку хватило, чтобы понять, что щиты, а тем более — его щиты ничем не помогут.
— Маркиз, сфера!
Считать портал детально не было времени, камнепад несся на них с угрожающей скоростью. Марк загнал мозг под предельный разгон, но из восемнадцати переменных успел подставить в уравнение только четыре, остальные… выбрал интуитивно. Призвав на помощь ту самую силу, в которую он напрочь не верил.
Как же тяжело вставать до солнца! Особенно, если легли очень поздно. Росомаха прокляла свое сомнительное везение и на полдень, и на полночь — едва солнце скрылось за горизонтом, в Каменной долине… пошел дождь!
Дождь в пустыне — это счастье, жизнь и явный знак благоволения богов и духов. Но как читать такой знак, если с неба полило, как только лошади ступили на узкую, почти как Золотой Мост, горную тропу?
 
Только как издевательство!
Лесс злилась и обещала своему далекому предку построить такой храм, что его даже самые истовые верующие будут обходить за три лиги на цыпочках. Небо смеялось и брызгало в лицо теплой водой. К счастью, дождь в этих местах явление редкое и непродолжительное.