Развлечение для настоящей леди

Маркус тут же последовал примеру Пенуорти, вскочил, освобождая кресло для хромого Уилберфорса. Гость дружески кивнул, тряхнул редкими тусклыми седыми волосами и, прихрамывая, двинулся вглубь комнаты. Фантина шла рядом с ним, явно готовая прийти на помощь в любую секунду, если он споткнется. Он не споткнулся. И садиться не спешил, а терпеливо ждал, когда присядет Фантина. Она с готовностью села, уютно устроившись в кресле, которое еще минуту назад занимал Пенуорти.
А Пенуорти тем временем устроился за письменным столом.
– Вижу, вы уже познакомились?
– Да, – вежливо ответила Фантина. – Когда мы встретились у вас на пороге, мне показалось, что так будет лучше. – Она повернулась к старику: – Вам принести чаю или предпочитаете напитки покрепче?
Маркус поморщился от ошибки Фантины. Они с Пенуорти уже отставили свои бокалы из уважения к религиозным убеждениям гостя.
– Господин Уилберфорс не пьет, Фантина, – мягко произнес он. – Считает, что пить – грешно.
Он заметил, как от невероятного изумления у Фантины округлились глаза.
– Прошу прощения…
– Пустое, пустое, – перебил ее Уилберфорс. – Откуда вам было знать. Кроме того, – подмигнул он, – вы так соблазнительно это предложили, что я едва устоял.
Любая светская девица сразу же покраснела бы от такого тонкого комплимента, и, к чести Фантины, стоит сказать, что она выдавила улыбку, но Маркус видел, что подобное поведение ей не присуще. Уилберфорс уже отвел ей роль пустоголовой мисс. Но если член парламента будет продолжать говорить таким снисходительным тоном, то реакция Фантины могла быть непредсказуемой.
Как долго она сможет сдерживать свой бурный нрав? И как отреагирует Уилберфорс? К сожалению, Фантина уходить не собиралась. К тому же, учитывая, что ее наняли охранять Уилберфорса, она имела право остаться. Поэтому Маркус был весьма напряжен: он в любую секунду ожидал взрыва.
– Вы приехали на сезон, мисс Делярив? – поинтересовался член парламента. – Уверен, джентльмены бросятся наперегонки, чтобы хоть мельком взглянуть на вас.
Фантина натянуто улыбнулась. Маркус пытался подобрать слова, но и рта не успел открыть.
– Если честно, сэр, – негромко ответила она, – я слишком стара для выхода в свет. Меня вполне устраивает возможность пребывать в Лондоне и в случае необходимости выполнять поручения лорда Пенуорти. Наверное, это не совсем обычная жизнь, но я ею дорожу.
Уилберфорс удивленно приподнял брови.
– Разумеется, человек должен довольствоваться тем, что имеет, дорогая, но Господь советует не упускать возможности, которые он нам предоставляет. Не следует быть чрезмерно скромной.
Маркус едва не задохнулся. Скромной? Это Фантина скромная? У Пенуорти, по-видимому, была такая же реакция, потому что он почти грубо вмешался в разговор.
– Фантина – самое дерзкое создание, которое я знаю, Уильям, – сказал он. – В действительности она является одной из тех двух охранников, которых я нанял, чтобы сберечь вам жизнь, ибо вы по-прежнему подвергаешься смертельной опасности.
Уилберфорс пристально взглянул на Пенуорти, на лбу пролегла глубокая морщина.
– Томас, это не слишком мудрое решение. Она женщина.
– И очень сведущая, уверяю вас. – Эти слова слетели с губ самого Маркуса, и он сам удивился не меньше Фантины. Но, произнеся их, он понял, что сказал истинную правду. – Вы можете спокойно доверить ей свою жизнь.
– Я доверяю одному Господу.
Маркус улыбнулся.
– Разумеется. И тем не менее нельзя отмахиваться от возможностей, которые дарует Господь, – произнес он, эхом повторив слова, ранее сказанные гостем. – Как бы странно они ни выглядели, – мягко добавил он, скорее пытаясь убедить самого себя. Затем он перевел взгляд на Фантину.
– Уильям, – вмешался Пенуорти, – у вас есть подозрения, кто может вам угрожать?
Уилберфорс, презрительно фыркнув, повернулся к другу.
– Понятия не имею. Честно говоря, Томас, мне постоянно угрожают. Угрозы стали для меня обычным делом.
– Но не покушение на убийство.
Старик вздрогнул. Он перевел сосредоточенный взгляд с Пенуорти на Маркуса. На Фантину он не обращал ни малейшего внимания.
 
– Однако я много думал о том, смогу ли я в следующем месяце рассчитывать на вашу поддержку.
Теперь уже Пенуорти нетерпеливо отмахнулся от дела всей жизни Уилберфорса – отмене рабства.
– Да, да, вы ведь знаете, я поддержу законопроект об отмене рабства. Но сейчас меня больше заботит…
– А вы, лорд Чедвик? Я могу рассчитывать на вашу поддержку?
Маркус медлил с ответом. Он намеревался поставить свое имя под законопроектом и использовать все свое политическое влияние для его принятия. Этого требовали его представления о добре и справедливости. Однако он не мог упустить возможность и не поторговаться с Уилберфорсом.
Маркус подался вперед, ответив Уилберфосу таким же пристальным взглядом.
– Все зависит от обстоятельств, – медленно произнес он. – Никто не станет рассматривать закон, если его автор мертв.
Уилберфорс только отмахнулся.
– Это все отговорки, мой мальчик.
– А как же законопроект? – вмешалась в разговор Фантина, и ее прекрасное личико едва заметно нахмурилось. – Мне казалось, что, если вы умрете, движению об отмене рабства придет конец.
Уилберфорс повернулся к ней, у него даже хватило наглости погладить ее по руке.
– Чепуха, моя дорогая. Он станет еще более знаменит, если за ним будет стоять мученик.
Маркус кивнул, понимая, что, скорее всего, так и случится. Тем не менее в его голосе прозвучали нотки сомнения:
– Может, станет, а может, и не станет. Но люди, которые не хотят сотрудничать с теми, кто пытается спасти им жизнь, меня удивляют.
– Тихо-тихо, – ответил гость. – Я уже говорил вам, что подобную чепуху слышу повсеместно, но тем не менее я все еще здесь.
– Помогите нам убедиться, что вы по-прежнему будете пребывать в этом счастливом состоянии.
Уилберфорс вздохнул. Это был вздох мужчины, который ради великого дела соглашался заниматься ерундой.
– Отлично. Я предоставлю вам список своих политических врагов, хотя предупреждаю: список будет довольно большим.
– Великолепно, – ответил Маркус. – В таком случае я двумя руками поддерживаю ваш законопроект.
По крайней мере, при этих словах старик довольно улыбнулся.
– Вы выступите на следующем заседании?
Маркус кивнул.
– В том случае, если вы предоставите мисс Делярив список своих врагов и в дальнейшем будете всячески нам содействовать.
Уилберфорс недоуменно взглянул на Маркуса, как будто только-только вспомнил о присутствии Фантины.
– Мисс Делярив?
Маркус улыбнулся, лишь сейчас осознав, насколько правильно поступил, несмотря на то, что был неимоверно напряжен.
– Боюсь, что подготовка к выступлению займет слишком много времени. Вернее, я боюсь, что ответственность за вашу безопасность придется возложить на профессионалов. – Он оглянулся на Фантину, наслаждаясь полным замешательством, читавшимся у нее на лице.
– Вы уходите? – выдохнула она. – Вот так просто встанете и уйдете?
От Уилберфорса тоже не укрылось ее изумление.
– Похоже, юная леди чувствует неловкость от навалившейся на нее ответственности.
– Чепуха! – усмехнулся Маркус в ответ. – Она просто удивлена тем, что я отступаю в сторону. – Он с дьявольским наслаждением наблюдал, как Фантина заливается краской стыда. Она не ожидала, что он сможет переступить через собственную гордыню. – Мисс Делярив вполне способна выполнить это задание без посторонней помощи, не так ли, Фантина?
– Так ли, так ли… – начала она со своим акцентом кокни. Потом вспыхнула еще сильнее и продолжила уже в манере леди: – Разумеется, милорд. – Она повернулась к Уилберфорсу: – Не волнуйтесь, я вас не подведу.
– Ее рекомендации впечатляют, – внес свою лепту Пенуорти.
Казалось, Уилберфорс все еще колеблется, но Маркус знал, что он человек слова. Маркус сердечно улыбнулся, последний раз пристально посмотрел на Фантину и встал.