Развод. Нас не вернуть (СИ)

Когда я закончила возиться на кухне с едой, привела с садика Лизу. Всю дорогу до дома слушала, что в нее влюбился мальчик, который на обеде сидит с ней рядом за партой. Это меня умиляло, и я вспоминала свое беззаботное детство, когда меня также волновало лишь то, влюблен ли в меня одноклассник Ванька Аристархов с параллельного, или мои чувства не взаимны. А сейчас, когда я стала взрослой, проблемы повзрослели вместе со мной. Грустно.
– А если мне нравится еще один мальчик? – вдруг задала вопрос Лиза, и я чуть не споткнулась о бордюр.
– Еще один?
– Да. Олежка. Мы с ним спим на соседних кроватях. Вот он сегодня дал мне свою машинку поиграть. Он хороший.
– Эм, – я аж растерялась, не зная, что сказать.
– Хотя нет. Алешка мне больше нравится. Да и жалко его, у него папы нет. Все его дразнят в садике. Мам-мам, давай мороженое, позязя? Ты разрешила перед садиком, – умильно улыбнулась Лиза, когда мы проходили мимо супермаркета.
Я была в такой растерянности, что согласилась, хотя утром не кивала, просто улыбнулась, ведь не хотела, чтобы она снова простудилась.
Мы купили мороженое и пошли в сторону дома, а я снова улыбнулась, понимая, что дочурка впервые познает чувство любви, пусть и детской. Вот только всё для меня омрачилось, когда она сказала про то, что этого мальчика Алешу дразнят из-за того, что у него нет отца. А что если и мою Лизу ждет такая же участь? Этого я ни в коем случае не хотела. Это сейчас всё хорошо, так как она еще не осознает, что мы с Артемом в разводе, а после, если я запрещу ему с ней видеться? У нее неизбежно начнутся комплексы, она станет замкнутой и не сможет выстраивать полноценные здоровые отношения с мужчинами. Конечно, я насмотрелась в последнее время всяких психологов на ютубе, когда раздумывала над тем, будет ли Артем видеться с Лизой, но доля истины в этом наверняка была. Лучше перебдеть, чем недобдеть, как говорится.
Покормив дочку и выслушав ее детские злоключения за день, как им с утра в садике давали невкусную овсяную кашу, а затем кто-то из детей во время сон часа подрался, но их разняла воспитательница, после ужина я встала к мойке мыть посуду, а Лиза убежала смотреть наконец мультики.
– Устала я в садике. Скорее бы уже не ходить, – вздохнула она, когда выходила из кухни, а я расхохоталась. Это еще ей предстоит узнать, что такое школа, потом универ, затем работу. Садик – то, о чем мечтают многие взрослые. Играешь, спишь после обеда, кушаешь по расписанию, и всё это для тебя бесплатно, ведь платят родители. Лепота, а не жизнь.
Мне вдруг стало грустно, ведь я сразу же вспомнила отца, который всегда забирал меня из садика, когда я была маленькой. Мы постоянно заходили в кафе, и он в тайне от мамы разрешал мне кушать сладости. Тогда это был наш маленький секрет.
В этот момент вдруг раздался стук в дверь. Возникло нехорошее предчувствие. В это время к нам никто не приходил. Мама на работе, а если бы и пришла, то заранее позвонила бы. Родион бы сделал также, так что вариантов было немного.
Почему-то в последнее время я очень пугалась, когда приходили незваные гости. На цыпочках подошла к двери и посмотрела в глазок. Не зря так распереживалась. Ужаснулась, увидев через глазок бывшего мужа. Артем собственной персоной. Как же он меня достал. Снова стук в дверь, от которого я чуть не вскрикнула, потом отошла на шаг назад и задумалась о причине его прихода. Она была всего одна. Лиза. На счет этого я не пришла к какому-либо решению. Одно дело, моя обида. И совершенно другое, сама Лиза. Как мать, я должна больше беспокоиться о ней, и в последнее время она как назло зачастила с вопросами о папе. Спрашивала, где он, почему его нет, и когда он придет. Дико скучала по нему, и от этого у меня сердце обливалось кровью.
– Ася, открой, я знаю, что ты дома! Я не причиню тебе вреда, клянусь! Я просто хочу поговорить, – повторял Артем снова и снова, и от этого у меня болели уши. Хотелось закрыть их ладонями, но я слышала звук работающего телевизора с гостиной, где сидела Лиза и смотрела мультики.
 
Хотела было выпроводить Артема до того, как она услышит и узнает его голос, до того он сильно кричал, что я слышала его отчетливо даже через входную металлическую дверь.
– Мама, кто к нам пришел?
Услышав голос дочери сзади, я растерянно застыла и сцепила зубы, злясь на Артема, который разрушил наше уединение. До этого момента моя новая квартира казалась мне крепостью, а теперь я чувствовала себя здесь, словно в клетке.
– Это ко мне, малыш. Ты иди пока, поиграй, маме нужно поговорить по работе, хорошо? – прошептала я, разворачивая ее назад и пытаясь отправить снова в комнату, откуда она и вышла минуту назад.
Я обтекала, пока лгала дочери, но сейчас им не время видеться. Сначала мне нужно самой с ним поговорить. Как бы я не оттягивала этот момент, но нам с ним и правда нужно серьезно поговорить, обсудить будущее. Как ни крути, а я не имею права думать только о себе и принимать судьбоносные решения за дочь. Она ведь не виновата в том, что случилось.
Мне удалось увести дочку и сделать мультики погромче, но выйти и закрыть еще и дверь для надежности не успела.
– Ася, я знаю, что ты дома. Пожалуйста, позволь поговорить с тобой, – очень отдаленно, но все-таки я слышала слова Артема, доносящийся даже до гостиной.
– Это что, папа? – посмотрела на меня своими круглыми глазами Лиза, полными надежды.
Как же у меня обливалось кровью, когда видела ее эти глаза, в которых горело это давно позабытое мной чувство.
В ее возрасте трудно понять, что папа – обманщик и предатель, и лучше забыть его, как страшный сон, но ребенку этого не объяснишь. Какая же я мать после этого буду? Разрушить ее мир, в котором папа хоть и малозначимый, но такой любимый для нее персонаж. Готова ли я разрушить ее жизнь, лишить того, о чем многие дети мечтают, но никогда не смогут получить? Отца.
– Нет-нет, доченька. Папа уехал в другую страну, но скоро вернется, я же тебе говорила.
Материнское сердце сжималось от лжи самому дорогому человечку на свете, но по другому было нельзя. Не время. Не хочу травмировать ее. Лучше сначала всё решить с Артемом, а уже потом позволять ему видеть Лизу.
– А это кто? – продолжала любопытствовать дочка и не собиралась сдаваться.
Юный ребенок хотел знать правду, к которой она не была готова.
– Это по работе, малыш. Просто у моего коллеги голос на папин похож. Так бывает. Давай я пойду, поговорю с ним, а потом приду и расскажу тебе один секретик, но ты пообещаешь не выходить из комнаты и не подслушивать? Идет?
Секретики и тайны дочка любила, поэтому сначала для создания видимости сделала задумчивое выражение лица, постучала указательным пальцем по подбородку, а уже после кивнула, еле сдерживая улыбку.
Я дала ей пожать свой мизинец, чтобы скрепить нашу договоренность, и она молниеносно обхватила мой палец своим и быстро-быстро покачала головой в знак согласия. Ну хорошо, я рискну поговорить с ним, но только на пороге. Ни за что не пущу его в дом.
Я закрыла дверь в гостиную, чтобы она точно не подслушивала, затем прошла к входной двери, двинула щеколду и приоткрыла дверь. Передо мной стоял немного другой человек, нежели тот, которого я видела в последний раз. Тогда он был будто под градусом, весь на иголках, а сейчас выглядел более свежо, даже выбрит и прилично одет.
– Что тебе здесь нужно, Артем? – вполголоса начала я, желая скорее отвязаться от его назойливого прихода.
– Извини, Ася, что не верил тебе, – вдруг произнес Артем, чем ввел меня в глубочайший ступор. Такого я мало того, что не ожидала, так еще и не желала слушать, ведь ответить «хорошо, я тебя прощаю» не могла. Неловкая ситуация, которая уже даже злости у меня не вызывала. Перегорело всё внутри. Неправильно говорят, что время лечит. Нет. Оно просто убивает либо притупляет былые чувства. В моем случае, уничтожает дотла, будто и не было ничего никогда.
Несмотря на собственное равнодушие, которое и меня саму неожиданно удивило, ведь я не думала, что так удачно сложится, я всё равно не сразу осознала, что он извиняется и говорит, что был не прав.