Развод. Нас не вернуть (СИ)

– Что за чушь ты несешь?
Я попыталась сбросить ее руку со своего плеча, но сделать это было проблематично. Она обладала сейчас недюжинной силой, что было странно. Наверняка адреналин.
– Ты врешь! – ахнула она и прищурилась злобно, а затем опустила глаза вниз.
Не знаю, спланировала она это заранее, или она действовала на эмоциях, но в следующую секунду она толкает меня ладонью, и я кубарем лечу вниз.
Звон в ушах от сильного удара головой. Темнота.
Сколько я была в отключке? Не знаю. Когда я открыла глаза, надо мной склонилась толпа людей. Кто-то звонил в скорую, кто-то пытался меня поднять. Краем глаза я видела, как Карина кому-то звонила, стоя поодаль.
– Мне нужно в туалет, – произнесла я слабо, пытаясь убедить всех окружающих, что со мной всё в порядке.
Несколько человек помогло мне встать, и когда я встала на ноги, наконец, ощутила глухую боль ниже пояса. Всё тело будто сплошной синяк. Вокруг царила тишина, но я не понимала почему, пока не взглянула на себя в зеркало.
С головы текла кровь, бровь была рассечена, гематома под глазом, сарафан порван. Ужасно болели голова, ребра и ноги. Боже, страшно смотреть на себя.
В этот момент сбоку послышался шум. К Карине, расталкивая народ, подошел Артем.
– Ты в порядке?
Он осмотрел ее с головы до ног, но она была цела. Не она же навернулась с лестницы.
– Д-да, Артем, я… она… – замямлила Карина, а затем глянула на меня и взяла себя в руки. Ее глаза увлажнились, и она припала к груди Артема. – Это всё она! Она сама! Я не виновата! Она позвала меня встретиться в кафе! Хотела толкнуть с лестницы, а потом… сама упала…
У меня горло перехватило спазмом от ее вранья, но я не могла произнести ни слова. Пока они разговаривали, мои ноги подкосились, и я стала заваливаться набок, но кто-то из неравнодушных граждан словил меня и усадил на стул.
И тут я вдруг заметила кровь на полу. Откуда? С головы? Нет, оттуда не капает, лишь слабо течет по лицу.
– У вас кровь на подоле! – ахнула какая-то женщина и вдруг обратилась к кому-то. – Скорее, когда скорая приедет?
В этот момент время для меня будто замерло, а после двинулось, как в замедленной съемке. Артем обернулся, услышав паникующие крики женщин, которые суетились вокруг меня, неравнодушные к моему горю, а затем я опустила глаза на подол. На нем расплывалось огромное красное пятно.
  
Глава 15
 
Меня доставили в ближайшую больницу с кровотечением, и еще до того, как врач вынес вердикт после обследования, я уже знала, что он мне скажет. Чуда не могло произойти, и я на это уже не надеялась, хотя в душе и теплилась маленькая надежда.
За эти недели я так прикипела к тому комочку, что рос у меня в утробе, и так сильно хотела его рождения, что не могла вынести саму мысль об этой невосполнимой утрате.
– К сожалению, беременность сохранить не удалось, – сказал мне пожилой врач, а я просто кивнула и опустила голову. Слова были излишне и никак не могли помочь моему горю.
В это время он еще что-то говорил про то, что мне нужно полежать еще в больнице несколько дней, а я никак не могла собрать мысли в кучу. Что же мне делать? Звонить маме? Она ведь даже не знала, что я была беременна. Никто не знал. Может, и к лучшему? Я не вынесу сочувствия и еще больше расклеюсь.
– Вы меня слышите? – раздался вдруг чей-то голос.
Я подняла голову и увидела перед собой женщину, которая помогла мне тогда в кафе. Примерно лет тридцати, она была довольно симпатичной, вот только в глубине ее глаз царила тоска. Оказалось, что я настолько погрузилась в себя, что не заметила ни как ушел врач, ни как пришла посетительница.
– А? Да-да. Спасибо, что помогли мне. Это для много значит, – улыбнулась я искренне, помня, как именно она заставила меня лечь на диванчик до приезда скорой и обтирала мне лоб смоченной водой тряпкой. Меня тогда и правда лихорадило, и я будто потерялась в пространстве.
– Я услышала, что сказал вам врач, Анастасия. Вас же так зовут?
 
– Можно на ты и Ася.
– А меня Лёля зовут, – улыбнулась она. – Я понимаю, как тебе тяжело, но ты не погружайся в себя. Когда-то я была в такой же ситуации и пережила это. К тому же, ты еще сможешь родить, это самое главное. Я всё разузнала у врача, ты уж не обессудь мою бестактность. Просто для меня это болезненная тема, и я надеялась, что тебя минует моя судьба.
– Не ожидала, что на свете есть еще такие добрые люди, как ты, Лёля. Я и правда ценю твою помощь.
– Скажи, ты можешь сейчас принять полицию? Ты была в полубреду, и я взяла на себя смелость самой вызвать наряд. Я видела, как та девица столкнула тебя с лестницы, и считаю, что нельзя оставлять подобное безнаказанным. Она могла тебя убить. И должна понести ответственность за то, что с тобой произошло.
– Ты видела? – просипела я. Мне казалось, что я схожу с ума и придумываю себе произошедшее. Но не могло же мне показаться, что Карина коснулась меня и толкнула по лестнице вниз. Сама бы я не споткнулась так сильно.
– И не только я. Там же есть камеры. У меня одноклассник работает в органах. Он сейчас подъедет. Они изымут запись, так что с обвинением дело не встанет. Ты, главное, напиши заявление, не тушуйся. Я видела, что за тип тогда утешал эту девицу, он не погнушается и запугать тебя.
Я прикусила губу, не решаясь сказать, что этот тип – мой бывший муж. Отец моей дочери.
– Спасибо тебе, Лёля.
Через минут десять в палату вошли двое полицейских, один из которых добродушно поздоровался с Лёлей. Ее одноклассник, видимо. Они приняли мое заявление и после расспросов все вместе вскоре ушли. А я осталась лежать в палате одна. Даже не думала, что пока они были рядом, тягостные мысли не одолевали меня с той же скоростью, как после их ухода. Мне казалось, я начинаю сходить с ума. Что если бы я не пришла на встречу? Ну вот зачем я согласилась? Знала же, что ничего хорошего из этого не выйдет. Дура. Дура. Дура!
Я ревела будто несколько часов. Меня уже почти одолел сон, как дверь в палату открылась, и на пороге появился мой бывший муж. Артем. Выражение лица у него было мрачным, и выглядел он рассерженно. Словно я провинилась перед ним и что-то ему должна. Раньше он никогда на меня так не смотрел. С настоящей ненавистью.
– Ты сейчас же заберешь свое заявление, Ася!
Ультиматум, который поставил мне Артем, сразу же выбил меня из колеи. Мне показалось, что я ослышалась, ведь он не мог подобного сказать.
– Что значит, забрать заявление? – сказала с недоумением и сглотнул вязкую слюну, чувствуя, как горло охватывает спазмом. – Твоя Карина позвала меня в кафе, а сама толкнула подло в спину, из-за чего я и упала и…
Мне было тяжело произнести, что я потеряла ребенка, нашего с ним ребенка, но он даже договорить мне не дал.
– Что ты говоришь такое, Ася? Опять клевета. Может, хватит на Карину наговаривать? – в его взгляде отчетливо читалось недоверие и недовольство моими словами.
Неужели она что-то сказала ему такое, что он безоговорочно верит ее словам и совсем не рассматривает мои, как истину?
– Ты просто оступилась сама, а хочешь свалить вину на Карину. Не знаю уж, чей это был ребенок, но ты сама виновата, что потеряла его.
– Твой… – просипела я, не собираясь этого скрывать. Чего уж теперь, беременности ведь больше нет, и это ничего не изменит.
– Опять ложь, – хмыкнул он. – Считаешь, можешь мне врать постфактум, когда я даже тест ДНК уже не могу провести? Карина была права насчет тебя, ты снова хотела повесить на меня своего ублюдка.
Из моих глаз брызнули слезы. Слышать от него повторно это ужасное слово в отношении второго своего ребенка, на этот раз нерожденного, было обидно и больно.
От этой несправедливости я не сдержалась и заплакала, хотя перед ним этого делать не хотелось.
– Да как ты можешь верить ей? Она же тебя использует! Ей только деньги от тебя нужны!