Счастье по канону (СИ)

Дер все время рядом. Он каким-то чудом угадывает каждое мое движение и как будто... дополняет. Вот я прогибаюсь и поднимаю руки вверх, а он уже опускает их себе на шею. Толкаю бедро в сторону, он отзеркаливает мое движение, сжимая меня за талию... А потом он подхватывает меня на руки и кружит. Я смеюсь и ловлю лишь одну отчетливую мысль: “Не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась”.
Как мы оказываемся вдали от маржан, не знаю. Просто осознаю себя на берегу реки под раскинувшей свои цветастые ветви анраи. Тяжело дышу и дёргаю себя за рубашку, пытаясь пропустить под нее побольше прохлады. 
— Спасибо, что привел меня сюда. — Тихо произношу я, ловя странный и волнующий меня взгляд Дера.
— Рад, что тебе понравилось.
— Часто здесь бываешь?
Заставляю себя вести диалог от того, что почему-то нервничаю.
— В юности мы с Андером бывали здесь частенько. Почему-то именно из Ларойе вероятней всего сюда попасть. 
— Здесь потрясающая атмосфера.
— Для местных колдуний танец — это жизнь.
— Колдуний? — Удивляюсь я, ведь именно так я нарекла Куальту.
— Магами их вряд ли можно назвать.
— Это точно.
— Ты была бы у них в почете. — С какой-то странной интонацией произносит Дер и делает шаг ко мне.
— Почему?
Ох, да чего ж я так волнуюсь то?
— Ты двигалась не хуже, чем многие из них. А ведь они этому обучаются с детства.
— Глупости. Я просто прыгала в такт музыке...
— Ты не видела себя со стороны. — И вот он подходит ко мне вплотную. — Не видела, как на тебя смотрели их мужчины...
Слова застревают в горле, а взгляд сам собой падает на губы мужа. От одной мысли-мечты, что он все-таки меня поцелует, низ живота стягивает узлом. Вдруг ноздри Дера хищно втягивают воздух, и он издает какой-то гортанный рык.
— Невыносимо...
Он не целует меня. Он впивается в меня. Отрывает меня от земли, кажется даже не замечая этого, и упоительно целует. Я же, не веря своему счастью, наконец дорываюсь до его волос. Как же я мечтала коснуться их. Как мечтала коснуться его всего...
Но он лишь резко отстраняет меня от себя. Я еле удерживаюсь на ногах.
— Прости...
— Даже не смей! — Закрываю его рот ладошкой. — Не смей, слышишь! Не заставляй меня умолять! Я хочу тебя! Здесь и сейчас! 
— Ты не понимаешь...
— Понимаю! И мне плевать что будет потом! Я хочу быть с тобой! Захотела, наверное, когда впервые тебя увидела! Не истинная? Плевать! Мы можем быть счастливы! Вероятно, эти чувства пройдут, и мы все-таки разведемся, как и планировали, но я хочу быть счастливой с тобой здесь и сейчас! 
— Потом ты пожалеешь...
— Я буду всю жизнь жалеть лишь в одном случае, если позволю тебе сейчас уйти!
И его самоконтроль лопается, как мыльный пузырь. Темная чешуя проявляется на висках, серебряные зрачки вытягиваются, ногти на руках превращаются в когти, но я уже не замечаю этого. Ведь, наконец, он целует меня не сдерживаясь. Целует не только губы, но и лицо, шею, грудь... Я даже упускаю момент, как оказываюсь на траве. Ведь, кажется, все что меня волнует — это мой мужчина. Да. Именно. Мой.
Рассвет мы встречаем, нежась у друг друга в объятиях. Даже немного жаль, что такая потрясающая ночь подходит к концу, но мысли о невероятно счастливом отпуске помогают не грустить. К тому же какая грусть может быть, если тебя неосознанно целуют в волосы через каждые пять минут...
— Маржане такие смуглые... — Шепчу я. Ведь последний час мы говорим почему-то шепотом. Как будто боимся разрушить громкостью волшебство. — Удивительно, что их волосы белы, как снег.
— Они поклоняются Саранте — богине ночи, таинства, лунной и призрачной магии. 
— Призрачной?
— Духи и призраки, их остаточные эманации. 
— А что под собой подразумевает лунная магия?
— Да если б мы знали! — Смеется Дер. — Но легенды говорят о кровавых ритуалах. И речь даже не совсем о жертвоприношении... Думаю ты помнишь, как мы вчера к ним попали? Пары капель крови хватило для призыва.
— Так что с волосами? — Напоминаю я.
— Саранта их за что-то наказала. — Дер нежно проводит рукой по моей спине и вновь дарит поцелуй в макушку. — И изначально волосы цвета луны олицетворяли, ни много ни мало, а клеймо позора. Но выросло несколько поколений и для маржан это клеймо превратилось в их особенность. Теперь для них это гордость. К тому же, все равно никто не помнит за что именно они были наказаны. В том числе и их богиня.
  
— Как такое возможно?
— По легендам Саранта вспыльчива, но быстро отходчива... И со странным чувством юмора. Ах да, она еще и прекрасная танцовщица. И кстати, она считается сестрой нашей богини Ариды.
— Почему же она не вошла в пантеон?
— Когда вернемся отведу тебя в Императорские архивы. Там ты найдешь ответы на все интересующие тебя вопросы. А я, признаться, не особенно интересовался семейными делами богов... — Поднимает мой подбородок и, наконец, целует в губы. — Пора собираться. Солнце встало. Туманы вот-вот нас выгонят.
— Как?
— Выставят на то место, откуда мы заходили.
— Это хорошо. Ведь там обувь и лошади под иллюзией. — Хмыкаю я и нехотя поднимаюсь.
Хотелось бы плотно позавтракать и поспать хотя бы пару часиков. Ну, и, конечно, посмотреть Ларойе. Город красив и славится своими куполообразными оранжевыми крышами. Да и вообще это город — порт...
— Сходим сегодня на элитную часть порта? — Спрашиваю я, застегивая юбку и памятуя о том, что западная часть порта украшена не хуже любого парка.
Но муж не отвечает, и я поворачиваюсь к нему, прижимая рубашку к груди.
— Дер?
Но он продолжает неподвижно сидеть и удивлять меня целой гаммой эмоций на лице: страх, неверие, надежда...
— Дер, что случилось?
Муж встает, и не обращая внимания на свою наготу, подходит, поворачивает меня к себе спиной и аккуратно проводит по ней пальцами. Не выдерживаю и поворачиваюсь, когда слышу какой-то полу всхлип, полу рык... И вижу слезы в его глазах и прокушенную до крови губу, удлинившимся клыком. 
На новый вопрос даже не хватает сил, все тонет под удивлением и паникой от мыслей, что случилось, что-то, действительно, ужасное. Кто-то умер, а он это как-то почувствовал? Что-то с Андером?
Но муж вновь удивляет и, как и ночью, впивается в мои губы поцелуем. На мгновение даже панику и ужасные мысли выбивает из моей головы, но я все же отталкиваю его:
— Дер! Что происходит?
Без толку. Муж продолжает вести себя неадекватно. Он хватает меня на руки и начинает кружить. И, наверное, я засмеялась бы, как и этой волшебной ночью, но Дер пугая меня, начинает смеяться сам. Стискивает меня в объятиях и шепчет:
— Ты моя! Моямоямоямоя... 
— Дер!?
Отстраняюсь и касаюсь его лица:
— Ты пугаешь меня.
— Ты моя навсегда! — Снова поцелуй. Властный, голодный. Как будто и не было этой ночи. — Спасибо, Боги! А я-то не понимал почему так накрывает рядом с тобой...
Аккуратно ставит меня на землю и быстро натягивает на себя одежду. Все еще не понимая, что происходит, уподобляюсь мужу и надеваю рубашку. Так же ошалело смотрю, как он подходит, обнимает, и мы переносимся на нынешний перекресток. Когда добираемся до наших комнат в гостинице, не выдерживаю и затаскиваю его в свою комнату.
— Я не сдвинусь с места пока ты мне все не объясни...
Вот это наглость! Как он смеет затыкать мне рот поцелуем!?
— Дер!
Ага. Так мне и позволили вырваться...
Поэтому лишь спустя несколько часов я узнаю, что на моей спине, а не на руке, что редкость, между прочим, расцвела серебристая татуировка рода Тар-Лирин. Расцвел знак парности. Знак истинности анималара...
КОНЕЦ