1952 (СИ)
Циничная Таня, незаметно смахнула слезинку с ресниц и, вздохнув, спросила:
— И как там поживают финские девушки?
И эта туда же!
Ребята пошли пить пиво, а я зашёл в очередной магазин одежды с подругами пошопить. В примерочной снял всё своё, надел выбранные рубашку и галстук, выхожу. Зайцева и Чебурашка, обе-две смеются, складываясь пополам. Смотрю на красивого себя…
А, штаны забыл надеть в примерочной… Ну, дело то житейское. Скажу, что специально, чтобы их посмешить, а то подумают, что я ку-ку…
Подошло время танцев. Едем на троллейбусе в Дом культуры. Две бабки рядом громко разговаривают:
— Приписали мне значит водкой дёсны полоскать и вставные зубы на ночь в стакан складывать для дезинфекции, чтобы, значит рот не загноился по-новой. Я налила пятьдесят грамм разбавленного спирта в стакан и всю неделю полоскала. Водка иж мутной стала от гноя. Захожу вчера в ванну открываю свою тумбочку — водки нет в стакане. Это мой сосед по коммуналке выжрал. У него после запоя трубы горели, вот он и нашёл чем поправится…
— Кошмар — алкаши это не люди. Их нужно отселять в специальные лагеря на перевоспитание. Чтобы они не портили жизнь окружающим…
Вошедшие в заднюю дверь работяги живо обсуждали:
— Зарплату рабочим в цеху поднимают на двадцать процентов, а инженерам шишь! А ты, говорят, подругу себе завёл?
— Ну, завёл.
— А она красивая?
— Ну-у… Она милая.
— Похоже уродина…
Тут в разговор гегемонов ввязывается наклюкавшийся эрзац-интеллигент:
— Друзья, ведите себя как джентльмены, е… Вашу мать! Всё же бабский праздник!
— Ты чё буробишь? Чухомор убогий! Пойдём выйдем!
Кондукторша орёт:
— Да что за фигня? Прекратите безобразия, а то милицию вызову!
Заходим в ДКа. У спортсменов здесь уже масса знакомых девушек. Даже Колобок, втихаря от австрийской зазнобы, нашёл здесь себе подругу на время. Эта портовая Грымза быстро заграбастала Васечку, пока другие не увели. Я же отбрыкавшись, осматриваюсь. Вон стоит одна вся в шиншелях, прям, Королева. А вот Скромница в фетровых ботах на пуговицах. Вот со Скромницей я, пожалуй, и потанцую. Девушек в зале гораздо больше, чем парней. Оно и понятно. Война повыбивала.
Веду Скромницу-хохлушку Халю, как она представилась, в буфет. Берём пирожки и лимонад. К нам присоединяются Колобок со своей подругой-Грымзой. Вокруг порхают девушки в самом-самом нарядном. Халя работает в ателье и со знанием дела говорит хэкая, кивая на обладательниц нарядов:
— Эта вот в дорохом шёлковом крепдешине, а у этой крепжоржет. А та… Да, да, в белом с холубым верхом. Это такая маркизетовая блузка. Очень модная. У нас такие часто заказывают.
Едим вкусную еду, играет хорошая музыка. Но, мне почему-то стало грустно. Вспомнились дни в Сочи, когда я зажигал с Настей. А теперь она президент большой страны. Я как-то прикидывал — объединённая Корея по площади почти с Великобританию будет…
Подошла Зайцева и, задрав подол, нагло поправила подвязку на фильдеперсовых чулках, подмигнула Колобку и спросила:
— Ну что, Васечка? Тяжело хранить верность невесте?
— Ты это… — начал Васёк, сглатывая слюну, — Не доводи меня, а то я за себя не ручаюсь…
Я ушёл в бильярдную и до конца танцев гонял шары.
На столе, а не в кармане…
Возвращаемся с танцев.
— Подождите, товарищи… — Татушин перед воротами базы решил проблеваться и, засунув пальцы в рот, ревел, как очумелый бык на бойне.
Потом он умылся из большой лужи, открыл припасённую бутылку ситро, прополоскал рот и сделал пару глотков:
— Ну, теперь Лексеич не должен учуять, — говорит облегчивший желудок дружок и протягивает мне бутылку лимонада, — Будешь?
— Не. Я лучше пешком постою, — отвечаю я популярной шуткой…
Выпил стакан, ну два. Но, зачем напиваться то…
9 марта 1952 года. Горький.
Ёжусь от холодного пронизывающего ветра. Если бы Спорткомитет удовлетворил заявку нашего тренера Маслова о переносе южного сбора с конца марта на начало, то мы бы уже под пальмами в Грузии тренировались…
Сидим у столовой, ждём команду на приём пищи. Вдруг музыка в репродукторе прерывается и голос диктора сообщает:
— Сегодня девятого марта 1952-го года после продолжительной болезни умер первый секретарь Коммунистической партии Советского Союза, вождь трудового народа, товарищ Иосиф Виссарионович Сталин…
Твою дивизию!
Тишина. Наблюдатели ставят песню в тему https://youtu.be/9QrxadpaomY?t=1
15 марта 1952 года. Горький.
Пролетела неделя траура после смерти Сталина. Газеты, радио, телевидение — наперебой скорбели. А на послезавтра назначен Пленум ЦК КПСС. Будут править линию партии, наверное. Но, простому народу по барабану, что там наверху твориться. Нас не трогают — и ладно.
Маслов нас гонял на тренировках до полного изнеможения. Если бы не система восстановления организма, то на следующий день многие на смогли бы выползти на зарядку. А так заминка, витаминные коктейли, сладкий чай, контрастные водные процедуры, массаж, баня. Всё это в комплексе с хорошим питанием и крепким сном помогает команде стойко переносить тяжёлые нагрузки.
Через два дня выезжаем в Москву, а оттуда на самолёте в Вену на матч с местным «Рапидом». Судя по информации в «Советском спорте», наши соперники в полном порядке. Выиграли два последних матча в чемпионате у «Адмиры» 3−1 и у своего главного конкурента «Аустрии» 3−1. Так, что нас ждёт горячий приём. Первое промежуточное место и шестьдесят два забитых мяча в пятнадцати сыгранных матчах. Нападающие «Рапида», игроки австрийской сборной Динст, Пробст и Ханнапи, рвут оборону соперников в клочья, чуть ли не в каждом матче.
Мы же на каждой двухсторонке оттачивали революционную схему 4−2–4, которая давала преимущество в быстрой атаке и цементировала оборону в позиционной защите. Спортивные журналисты на прошедшем Первенстве Союза были не восторге от новшества, видя, как прессингуя двое-трое наших игроков налетали на владеющего мячом соперника, не давая сделать точную передачу вперёд. Озеров говорил в микрофон на всю страну, что такой футбол нам не нужен. Ведь заточенная на атаку игра московских ЦДКА, «Динамо» и «Спартака» в представлении болельщиков была похожа на летящий по волнам красивый парусник, а наш душащий всё прессинг — на монструозный внушающий страх броненосец. Короче, Маслов своими матами заставлял крайних защитников поддерживать нашу атаку и вовремя отходить в оборону при потере мяча; Носиться, как заводным, в центре поля плеймейкера и опорного полузащитника; Крайним нападающим закрывать прорывы по флангам, а центральным — прессинговать чужую защиту не давая точно отдать мяч вперёд. Всё это требовало колоссальных затрат энергии и многие игроки к концу двусторонки были, как выжатые лимоны. Ничего, процедуры восстановления и двужильные молодые организмы успевали возродить игрока для следующей тяжёлой тренировки. В команде остались игроки полностью выполняющие задумки тренера. Остальных Маслов отчислил, какими бы звёздными они не были для болельщиков и журналистов.
Сегодня была последняя увольнительная на танцы пред отъездом в Москву. Васечка после танцев поцапался с криминальными знакомыми своей подруги-Грымзы, как её прозвал я.
Почему Грымза? — спросят читатели, — Она же не старуха.
- Да, молодая. Но, злая и ворчливая. И то не так, и это. Как только её Васёк терпит?
Короче, Колобок получил в бубен, а вместе с водочным выхлопом это тянуло на суровое наказание. Поэтому он решил вернуться в наш кубрик через окно. Подходим в свежепоставленному забору. Его соорудили, чтобы летом скотину не пасли на футбольном поле. Голосом новой Колобковой подруги я протянул, сложив ладошки перед подбородком как перед молитвой: