1952 (СИ)

Пленглин отхлёбывает чай и продолжает:
— Вот и мои книги не укладываются в прокрустово ложе Союза писателей. А из США пришёл отказ на мою просьбу о вызове. Там приняли закон Маккарена-Уолтера, запрещающий въезд в США лицам коммунистических убеждений. Это меня то в коммунистку!
Маша нервно допивает чай и со злоси хлопает по столу так, что Пирожкова аж подпрыгнула на стуле.
— А не в капстраны могут выпустить? — спрашиваю я несостоявшуюся диссидентку.
— Могут, наверное. Если вызов будет.
— Ну, тогда организую тебе вызов в Корею. Поработаешь там годик учительницей русского и английского, а потом свинтишь в США по тихому…
Маша бросается мне на грудь и смачно целует в губы:
— Юрка, ты -лучший!
Я слегка напрягся почувствовав её выпуклости, но, собрав волю в кулак, с улыбкой расцепил её объятия и слегка погрозил пальцем этой сексуальнораскрепощённой.
Спросил у Наблюдателей: «Ну что? Товарищ Плэнглин сумеет жить в Сеуле?».
Сумеет, — отвечают те, и показывают кадры с этой безбашенной там…  https://youtu.be/kjYW63CVbsE
6 июля 1952 года. Москва.
У Тани Зайцевой сегодня день рождения, а у мента Серёги Старкова — свадьба. Они решили совместить действо в столовой Городка Художников. Сняли заведение на вечер.
Захожу. Поздравляю молодых. Старков женился на молодой сотруднице. Будут в милиции вдвоём лямку тянуть. Здороваюсь с лейтенантом Медведевым. Владимир Владимирович поседел после смерти жены, но из «Мстителей» не ушёл. Карпова поставили начальником райотдела. Прокуроршу Ольгу тоже повысили. Из Челябинска в Москву приехала наша общая подруга Вика, которая моментально повисла у меня на шее. Ребята дали в руки гитару. Что бы им спеть? На ум приходит популярная советская песня…  https://youtu.be/rUHplO9E8XQ
Только свадьба стала набирать обороты, как и «зайцевские» гости вместе с нею подтянулись. Компании перемешались. Молодёжи не нужно много времени, чтобы подружиться. Здесь я снова увидел тех, с кем познакомился два года назад, когда Анечка и Роза ещё были живы: Катя и Алёша Абрамян, Любочка Белова, Маша Колыванова, Маша Плэнглин, Люся Гурченко, тётя Клава и тамада Самуил Абрамович Кац.
Абрамян получил на службе орден Трудового Красного Знамени и внеочередного майора. На совещании спасателей в этом году он пробил программу о переносе учреждений и складов из районов возможного затопления в Ленинграде и о выработке программы действий для городских и районных властей в случае наводнения. Мы с ним не раз говорили об этом. Я хорошо помнил последствия ленинградских наводнений в будущем и колоссальный ущерб от них.
Медведев рассказал, что мой знакомый бандюган Борзой сел за убийство, а его жена тронулась от переживаний и повесилась. Эта девушка надеялась, что сможет изменить жизнь любимого мужчины, но не смогла и жизнь её сломала.
Пирожкова уже давно скорешилась с оторвой Машей Пленглин. И теперь, встречаясь, они смачно целуются в губы. Я кривлюсь от такой нетрадиционности, а бисексуалка Пленглин подмигивает мне, мол, «что, тебе тоже хочется?».
Когда нескромная Маша отошла дальше здороваться со всеми, я замечаю Кате Пирожковой:
— Ты что? Лесбиянка?
— А кто это? — спрашивает не подкованная в этом вопросе Катя
— Ну… Это девушка, которой нравятся девушки!
— Мне нравятся девушки! У меня много подруг, — соглашается наивная Пирожкова.
— Всё ясно, — корю себя за въедливость, — Проехали!
В раздел «Обломы сексуального гуру» добавлено три балла.
Пока народ отодвигает столы для танцев, разговариваю с Дашей Булганиной, которая за год стала всем известной певицей в Союзе. Она доводит до меня:
— Вовку взяли в секцию бокса по просьбе новоявленного папаши, который мечтает из приёмного сына сделать чемпиона вроде тебя.
Вообще, Как я помню, в СССР в секции бокса принимали с 12 лет, да и то со скрипом.
Даша вздыхает:
— Была недавно в родной деревне, сходила на могилу матери. Вспомнила, как она в детстве сшила мне из тряпок игрушку. Козлика. Я ему песни пела и рассказывала сказки под смех моей родни… А на гармошке меня научил играть сосед — дядя Витя. Частушечные наигрыши я освоила сама. Поступила в музыкальное училище. Год проучилась — война. Сдала на «Ворошиловского стрелка» и снайпером в полк. Ранило на Синявинских высотах. Комсомолила в школе снайперов. У нас там при кухне был кот Прохор. Удивительно, но у него дружком был пёс Максим. Они так смешно играли. Девчонки перед выпуском на фронт делали общие фото с этими животинками.
 
Пока «диск-жокей» Мстислав выбирает какую бы пластинку поставить, Даша продолжает:
— Мой брат молоко с фермы в город возит. Живёт как местный буржуй. «Победу» собирается покупать. Ворует масло во время доставки молока и на рынок сдаёт каждый день.
— Ну, так ведь цистерну вроде пломбируют, чтобы не разбавляли…
— Так он перед заливкой молока на ферме, залезает в цистерну и подвешивает там на проволочной сетке буханку чёрного хлеба. Пока доедет до молокозавода, то на буханке сливочного масла собьётся на палец толщиной. Он это масло и сдаёт на рынок два раза в день. С утренней дойки и с дневной. Вот так «вторую зарплату» и получает.
Я киваю, удивляясь людской предприимчивости. Даша, посмотрев на веселящийся народ, как-то посерьёзнела:
— А на прошлой неделе у Розы был бы день рождения. Тридцать шесть бы было…
Замолкаем. Припоминаю, как Роза собиралась в следующей жизни в космос слетать и спрашиваю Наблюдателей:
Ну, что? Удастся ей?
- Удастся! — отвечают они и показывают фото.
Начались танцы во время которых я узнал от Любы Беловой, что она скоро станет мамой, а её муж запустил на телецентре новую программу «Ленинский университет миллионов».
Мой партнёр Шестернёв пришёл сюда со своей горьковской подругой, которая считалась крёстной мамой у Тани Зайцевой. В связи с начавшимся «закручиванием гаек» на артелях, Владимир Владимирович планирует продать наш прибыльный пока бизнес и удалиться на покой.
Раз артели закрывают, то как мне зарабатывать? Продолжать песни «сочинять» или, как Сальков, написанием книг заняться? Ладно, после Олимпиады решу.
 Глава 23 
Россия — это страна неограниченных возможностей и невозможных ограничений.
Михаил Жванецкий.
9 июля 1952 года. Москва.
Позавчера у меня заболело горло и поднялась температура. Ангина. Зайцева направила меня на лечение кварцеванием. Этот метод недавно стал весьма популярен в СССР.
Прихожу к кабинету в указанное время и сажусь на скамейку в коридоре. В больнице, хоть и поставили кое-где современное оборудование, внутри всё очень бедно. В коридорах обшарпанный деревянный пол, стены с потрескавшейся побелкой и двери, требующие покраски. Несмотря на унылую обстановку, отношение пациентов к медперсоналу доброжелательное и уважительное.
Здесь многие опытные читатели заметят, что в советских больницах для пациентов было всё далеко не идеально. Дырявые матрасы на скрипучих койках, застиранные серые простыни, обшарпанная мебель, недостаток опытных врачей и необходимых лекарств.
Что было — то было. Но, страна поднималась из руин страшной войны и с каждым годом обслуживание пациентов и состояние больниц становилось лучше. Повсеместно строили санатории, профилактории, детские оздоровительные лагеря, путёвки в которые советские люди получали бесплатно.
Температуры и кашля у меня уже нет — порошки Зайцевой мне помогли. Поэтому, я хоть и не могу тренироваться, но посмотреть на игру своей команды — могу. Иду на «Динамо» и по удостоверению прохожу в нашу раздевалку перед матчем.