Клякса бифуркации (СИ)

Однако, зная дела - творимые тем в годы Гражданской в Петрограде, попробовать всё же можно.
***
- …Это легкомысленный женолюб, уверенный что неотразим». 
Подняв голову, читающий:
- Просто какая-то зоологическая ненависть! Видать Гришка-Сатрап чем-то изрядно насолил собственной супруге и авторше сих дневников. Неужели не сошлись во взглядах на постулаты марксизма?
Всё тот же «знаток кремлёвской политической кухни», то есть я:
- Ревность, господа! Самая банальнейшая ревность. Женщины способны простить мужчинам всё, кроме измены. Большевистские вожди же - крайне неразборчивы в половых связях. Зиновьев, с первой супружницей развёлся, сойдясь с предполагаемой авторшей этих «дневников», ещё в Швейцарии. И так, вместе с двумя жёнами - приехал на «блиндированном» ленинском вагоне в Россию. Став же одним из большевистских вождей после Октябрьского переворота, этот лезбиян обзавёлся третьей женой… А возможно и целым гаремом – с него станется!
- Ах, вот как? Ну, прям – шекспировские страсти! Тогда понятно.
К этой акции я готовился давно, как только задумал поездку в Париж - узнав в своём «послезнании» о грядущей Выставке. «Дневники», это по сути – сокращённые (но сконцентрированные) мемуары Бориса Бажанова «Воспоминания бывшего секретаря Сталина» (1930). Но в основном, это моя «отсебятина» из рассказов про коминтерновские «порядки-беспорядки» Франца Юнга - представителя «Международной рабочей помощи» при штаб-квартире Коминтерне в Москве. Ну и до кучи – действительные или мнимые исторические факты, повествующие про нравы кремлёвских «слуг народа» - надёрганные из моего «послезнания.
Правда или ложь – не важно!
Главное – побольше говнеца на вентилятор накинуть, чтоб отвлечь внимание власть придержащих, от создания нижегородской партийной мафии.
Перевернув несколько страниц, Коновалов вновь читает:
- «Авель Енукидзе среди своих получил прозвище «Золотая рыбка» и, организовывая снабжение, питание, автотранспорт и санаторное обслуживание - получил такую власть, что даже Сталин вынужден «закрывать» глаза на его не совсем здоровые пристрастия и, походы «на троих» с Ворошиловым и Калининым по молоденьким балеринам и актрисам…».
С видимым трудом оторвавшись, Коновалов в крайнем возбуждении воскликнул:
- Господа! Да, здесь на целую газетную полосу про интриги вокруг Большого театра и количество денег тратимых на театральных куртизанок партийными бонзами.
Кто-то тут прокомментировал:
- Власть новая, а привычки властителей - остались прежними.
Его поддержали:
- Великосветские куртизанки не растерялись и просто поменяли хозяев. Одних нас, как шлюх вышвырнули…
- Да, нет господа – здесь что-то новенькое!
Коновалов, вновь уткнулся в «Дневники», читая вслух:
- «Если Ян Рудзутак открыто развращает взрослых дочерей партийцев среднего звена, то Авель Енукидзе предпочитает растлевать десятилетних девочек…».
- Бог, мой! Какая мерзость!
- Великий князь Сергей Александрович, напомню - был всего-навсего пидерастом и растлевал всего лишь своих адъютантов… И его – БОМБОЙ!!!
Раздался практически стон:
- Господа! Меня уже просто тошнит от всего этого! Нет ли чего-нибудь политического?
Полистав, Коновалов:
- Как, нет? Вот, пожалуйста: «Вождей германской социал-демократии Карла Либкнехта и Розу Люксембург, на расправу группе офицеров бывшей Кайзеровской армии выдал эмиссар красной Москвы Карл Радек. Об этом заявил родной брат убитого - Либкнехта Теодор, известный берлинский адвокат».
- За, что господа? С чего это вдруг красные выдают красных? Эта… Хм, кгхм… Эта, так сказать «дама» - ничего не напутала?
- Вот, у неё написано: «Роза Люксембург, ещё в 1908 году добилась исключения Радека из германской социал-демократической партии за сотрудничество с германской и австро-венгерской тайной полицией…». 
 
Наконец, до кого-то дошло и, я затаил дыхание:
- Господа! А не имеем ли мы дело с фальшивкой?
Все уставились на Коновалова. Тот, не переставая листать, негромко проговорил:
- Не похоже. Здесь приводятся такие пикантные подробности, из разряда – специально не придумаешь. Если хотя бы десятая часть здесь написанного - правда…
И подняв руку с «Дневниками» вверх, провозгласил:
- … То это – настоящая бомба, господа!
«Если это и бомба – то очень смердячая. Ох и вони от неё будет…».
Ведь, я же из двадцать первого века - помните, да?
Не важно – правда это или фейк. Главное, чтоб об этом говорили в соцсетях.
Ну… Одно дело сделано, пора приниматься за другое.
Операция «Вброс дохлой кошки» продолжается!
***
На следующий день, дождавшись когда из редакции ежедневника «Возрождение» выйдет интересующий меня человек – пожилой армянин, по виду напоминающий мне одного из членов ильфо-петровского «Союза меча и орала» - я схватил его за локоть и, с тяжёлым придыханием спрашиваю:
- Вы сотрудник этой газеты?
Тот, инстинктивно вырываясь, возмущается:
- Да… Но позвольте!
Оглядываясь по сторонам:
- Некогда «позволять» - за нами «хвост»!
- Позвольте, но я здесь причём?
- Я к Вам подошёл и заговорил, значит - мы с вами «в одной лодке»… Нам угрожает опасность, понимаете?!
Озирается:
- Я позову полицейского!
Как всегда в подобных обстоятельствах – полицейского нигде не было видно. Тем не менее, тараща глаза:
- Тогда ОНИ(!!!) сразу начнут стрелять!
- Кто «ОНИ»?!
- Боевики Зиновьева. Коминтерна то есть, - сую руку в оттопыривающийся карман, - но, ничего – я дам Вам «Люггер-Парабеллум»… Отобьёмся!
Тот, чуть не обмер:
- Не надо мне ничего давать! Вон стоит мой автомобиль… Умоляю Вас, давайте уедем!
Подведя-поднеся его к довольно продвинутой на вид тачке, с кемарющим за рулём водилой:
- Прикажите шофёру ехать прямо и быстро.
Когда постоянно озираясь отъехали подальше, я:
- Ничего не заметили?
- Нет.
- И я – нет. Значит – оторвались. Как Вас, кстати? По имени-отчеству?
- Абрам Осипович.
- Вы – сотрудник «Возрождения»?
- …Я его владелец15, - с нескрываемой надеждой что я от него отстану, - Вам нужны деньги?
Я расхохотался:
- «Деньги»?! Когда по приказу Ленина, мне приходилось финансировать Германскую революцию – я возил в Берлин золото и бриллианты чемоданами! Неужели Вы думаете, что к моим рукам «парочка» из них не «прилипла»? Да, я вашу редакцию – сто раз купить и продать могу!
Отшатнувшись от меня, с ужасом:
- Так, Вы тоже…
- Да! Я агент Коминтерна. Но разочаровавшись в идеях марксизма, осознав что был не прав – раскаялся, перековался, перестроился и стал либералом… И решил не только выйти из этой преступной организации – но и разоблачить её цели и методы их достижения. За это, меня по всей Европе - преследуют агенты Коминтерна!
Тот, немного осмелев:
- От меня что требуется?
Молитвенно сложа на груди руки:
- Абрам Осипович! Добейтесь от властей Франции права политического убежища и полной амнистии для меня. И тогда я открытом судебном процессе разоблачу все их прегрешения в прошлом и преступные замыслы в будущем… Когда всё будет готово – какой-нибудь условленной фразой, дайте знать в выпуске вашей газеты на первой полосе, в среду, по нечётным числам…
- Извините, какой «условленной фразой»?
 
Изображаю усиленную мозговую деятельность:
- Эээ… Дайте подумать… Эээ… Условленной фразой будет: «Грузите апельсины бочками». Запомнили?
- Да.
Затем, пошарив за пазухой, достаю объёмистый пакет:
- А пока вот, что… Опубликуйте это по главам в своей газете.