Клякса бифуркации (СИ)

- Где уж мне «прикидываться», когда Вы мне такие ребусы задаёте! Генрих Григорьевич, при всём моём к нему уважении – это ОГПУ при(!) СНК СССР. Мы же с Вами, товарищ Погребинский – НКВД РСФСР(!)… Совершенно разные ведомства с совершенно разными задачами.
Действительно, после реформы ВЧК в начале 20-х годов и образования СССР – до начала 30-х годов общесоюзного НКВД не создавалось. У каждой из четырёх республик был свой НКВД, имеющий функции по обеспечению общественной безопасности и пресечению бандитизма и иных правонарушений.
С органами же государственной безопасности - произошло всё с точностью наоборот. Из ГПУ при НКВД РСФСР и других трёх республик, было создано единое общесоюзное ОГПУ СССР, напрямую подчиняющаяся Совету Народных Комиссаров (СНК), где была сосредоточена вся деятельность по борьбе с контрреволюцией, шпионажем, по обеспечению государственной безопасности и борьбе с чуждыми Советской Власти элементами.
Однако, несмотря на организационные мастурбации, довольно тесная связь между ведомствами осталась. В двадцатых годах, например, ОГПУ фактически руководило Центральной аттестационной комиссией по единовременной аттестации личного состава милиции.
Каким-то странно-затуманенным взором на меня глядучи, Погребинский строго-жёстко меня осадил:
- Не умничай, товарищ Свешников! Прежде всего, мы с тобой – чекисты. Это – раз! Все отъезжающие за границу – проходят по линии Главного политического управления… Это – два! И наконец, пора бы уже и запомнить: приказы начальства не обсуждаются - а…
«Зависает» на миг, глядя вопросительно и я его не разочаровал, с лёгким подхалимажем закончив знаменитую фразу из боевого устава:
- …А, выполняются.
- Правильно, молодец. Это – три!
Нет, всё-таки сегодня он какой-то странный. И дело не в том, что его неизменная каракулевая шапка-кубанка, в которой он кажется даже спит и купается - не идёт к эксклюзивно пошитой из тонкого англицкого сукна в «Красной игле» «пролетарке», от слова «никак».
С момента нашей с ним первой встречи, Погребинский разительным образом изменился. Взгляд мой невольно задерживается на ордене «Красного знамени» (когда успел и за что?) и красной звезде в петлицах (неужели и, правда – настоящий рубин?).
Приложив руку к фуражке:
- Всё понятно, товарищ Заведующий губернским отделом НКВД! Разрешите идти?
Вяло махает рукой:
- Идите, товарищ Свешников, идите…
Разворачиваюсь на каблуках, чеканю шаг на выход.
***
Выходя из здания НКВД, промотал в памяти всю встречу и, усмехнулся:
- Ишь ты, «Ягодка»! Где-то я такое прикольное погоняло уже слышал. А товарищ Заведующий, сегодня явно под «коксом»… СТОП!!!
На полном ходу остановившись, как сэр Исаак Ньютон – с лёту врезавшейся в яблоню, с выпадением на голову обильных осадков в виде её перезрелых плодов:
- «Ягодка» - «кокс», «кокс – Ягодка»! Да, как же я раньше не допёр?!
Насколько мне было известно со слов Мишки Барона: досель, достаточно дешёвый кокаин в Нижнем Новгороде - можно было достать без особых проблем.
Но «из-под полы», «с рук» - а не в аптеке.
Надеясь обмануться в своих предположениях, захожу в первую попавшуюся:
- Доктор! Марафет имеется?
- А, как же! Германский – фирмы «Мерк», - подвигает к себе аптекарские весы, - Вам сколько взвесить?
- «Сколько»? – начинаю закипать, - да, весь «кокс» что есть!
Удивлён, но охотно хватается за деревянные счёты и назвав требуемую сумму:
- А Вы сможете оплатить?
- Нет. Но вот засунуть в твою задницу – это запросто!
Что-то нервы в последнее время сдают…
Угрожающе:
- Гражданин не хулиганьте! Я сейчас милицию позову.
Действительно, неподалёку от аптеки мной были замечены два миньтона, шляющихся в моих же «пролетарках».
- А кого же ещё, - с горьким смешком и выхожу, не продолжая начатого скандала, - только родных правоохранителей в таких случаях и звать.
 
По ходу, ленинградский «урок» - преподанный мной, ими хорошо усвоен.
Ну вот… В результате моего вмешательства в историю один хороший человек, Погребинский Матвей Самойлович – тот, что «Флаги на башнях»… Словами Максима Горького – «человек уничтоживший беспризорность», которого я «там» - хотел сделать главным героем своего следующего «попаданческого произведения… Мало того, что стал коррупционером…
Стал наркодиллером!
Не выдержал стало быть испытание властью.
Настроение просто в хлам.
***
Как говорится, не так страшен чёрт – когда его досконально знаешь!
Поэтому я не поленился и, вернувшись на сутки в Ульяновск - посидел ночку за компом, изыскивая и анализируя малейшую информацию про Генриха Генриховича.
Сказать по правде, я и до этого был о нём достаточно «определённого» мнения - но, то что я узнал…
Настоящее имя без пяти минут (лет) Генерального комиссара государственной безопасности - Гершель Гершелевич Иегуда (Иуда, в переводе на русский).
Откуда сие бедствие родом и кто родители этой «аварии», по правде сказать - так и не понял. Известно только, что в первый раз Ягодка засветился учеником нижегородского гравера Михаила Свердлова - отца Якова Михайловича Свердлова, печально известного революционера-большевика. Не знаю верить или как, но молодой Ягодка был два раза пойман за нечистую руку, но полицию звать и вообще - шума поднимать не стали, так как Свердлов-папа - подрабатывал изготовлением фальшивых печатей, клише и документов для нужд подпольщиков.
В третий раз, его поймали на девятилетней(!) Иде Авербах - внучке ювелира и племянницы будущего автора первой советской конституции. Поймав, уже не за руку - а за «нечто» совершенно другое, опять же без всякого скандала - примерно наказали женитьбой на ней, таким образом - введя эту гнусную личность в не менее гнусный семейный клан Свердловых.
И не только!
Так как Максим Горький в своё время усыновил ушедшего из семьи сына Михаила Свердлова - Завеля (брата Якова, получается), дав ему имя Зиновий Пешков - то Ягода стал и членом семьи великого пролетарского писателя.
Таким образом, сося сразу у двух «отцов»… Ээээ… У двух «маток», наш антигерой сделал стремительную карьеру. По рекомендации Свердлова и по протекции самого Дзержинского - вступив в 1918 году в ВЧК, уже в 1924-м Ягода вошел в состав Особого совещания ОГПУ - которое имело права высшей судебной инстанции, выносящей приговоры без права обжалования.
Пробравшись на довольно высокую должность в органах госбезопасности, этот вор и педофил-прелюбодей, в свою очередь - продвигал на руководящие посты в этих структурах лиц своей национальности, действуя по принципу - был бы чекист евреем, а остальное приложится.
Это он привлёк в ОГПУ такую одиозную личность, как причастного к казни поэта Николая Гумалёва - Якова Агранова (Янкель Шевелевич Шмаевич), Начальника секретного отдела, «курирующую» творческую интеллигенцию.
Вы только почитайте список начальников лагерей системы ГУЛАГ, которую создаст этот нацист (а как его ещё назвать?): Рапопорт, Коган, Аперт, Кацнельсон, Финкельштейн, Фридберг, Абрампольский, Пидпузько…
Да, в этой стране ещё русские есть?!
Когтистые щупальца этого чудовища протянулись далеко в стороны и даже вверх.
 
В начале 20-х годов, с подачи Генриха Ягоды на должность личных секретарей-референтов Иосифа Сталина: были устроены двое: некий «мутный» Григорий Каннер8 и хорошо известный в дальнейшем Лев Мехлис.
Далее, по принципу «рука руку моет»: Мехлис тут же принимает к себе «помощниками секретаря» некоего Маховера и некоего Южака. Последний, прославился тем, что тырил документы из сталинского стола и передавал их Троцкому.