Клякса бифуркации (СИ)

В данный момент, Луначарский состоял в официальном браке с Натальей Розенель - младше его на 27 лет. Кроме этого, он имел «неофициальные отношения» с Надеждой Надеждиной (Бруштейн) – 1908 года рождения. На тридцать три года, получается моложе…
Нет, ну силён комиссар!
Конечно, я нисколько не сомневаюсь в «мужской силе» этого пятидесятилетнего мужика 1875 года рождения - полжизни проведшего на экологически-свежем воздухе, да на натурально-естественном питании. В царских тюрьмах, сибирских ссылках да в швейцарских эмиграциях - то бишь, где занимался сплошь умственным трудом - ничего тяжелее ведра с чернилами не поднимая.
Но на всякий случай подослал к нему Ипполита Степановича - своего «офицера по особо деликатным поручениям», с прообразом «Пролетарской стойкости» - настойке на траве девясиле для повышения потенции. До дальневосточных трав, мы тогда с дочерью аптекаря Софьей и с её НПО «Гринпис», ещё не добрались…
А вдруг у человека какие проблемы и, вместо «классики» в «миссионерской позе» - он, этим балеринам - «в пилотки ныряет» по скользящему графику?
«Проблемы» Наркома просвещения остались за кадром, но макет Ульяновского железнодорожного вокзала - поехал в город Париж на «Exposition Internationale des Arts Decoratifs et Industriels Modernes».
Ну и вся наша троица при нём.
Впрочем, «троицей» мы были лишь до Москвы…
***
Конечно же, как и при родном для меня «Застое», прослышав что я еду - мало того что просто «за границу(!)», так ещё «в сам Париж(!!!)» - все хоть как-то мал-мал со мной дружащие, пристали ко мне с просьбами. Иногда привезти что-то конкретно, а чаще «хоть что-нибудь.
Дефицит в стране был просто апокалипсическим!
Даже высшие руководители страны обращались с нижайшими просьбами к немногочисленным счастливчикам - имеющих возможность выезда. Или, вообще из ряда вон выходящее: нередко клянчили у иностранцев шмотки - за что в лихую годину репрессий, этих «шпионов» стреляли целыми шеренгами.
А что тогда говорить про простых смертных?
Ну, про заказы представительниц прекрасного пола пропустим, для экономии бумаги и времени для чтения.
Клим Крынкин конкретно заявил о французских бамбуковых удилищах, катушках, леске и рыболовных крючках. Ибо, «американские» - что я якобы привёз с польского фронта, уже практически кончились, Председатель промышленного-торгового кооператива «Красный рассвет» заскучал и, даже было взялся сам всерьёз рулить зародышем моей «промышленной империи»…
Но тут же получил «по рукам»:
- Знай свои «закорючки» ставь, «менеджер» колхозный - а в то, в чём не соображаешь, не лезь!
- Дык, я ж самый главный…
- Кто? Ты?! Да тебя даже в собственной избе – собственная же баба ухватом из угла в угол гоняет! На вот тебе последние крючки, заводи свою «мотыгу» и езжай на хер.
Парадокс, да?
Мужик – золотые руки. Но при всём своём авторитете у ульяновских кустарей – управлять способен лишь сравнительно небольшой артелью «Красный калибр», с помощью моих «роялистых» контрольно-измерительных инструментов - изготавливающей особо точные шаблоны, лекала, плазы, да штампы и пуансоны для прессов.
А вот его трое сыновей, наоборот изрядно «жопоруки» - но обладают явными организационными способностями.
Касьян – старший сын, девятнадцати лет от роду, стал после Ефима Анисимова Первым секретарем Ульяновского волостного комитета РЛКСМ и ныне входит с мой «ближний круг» особенно доверенных лиц.
Средний сын, шестнадцатилетний Даниил Крынкин - по всем признакам будущий крупный финансист, буквально не отходит от Деда Мартимьяна – финансового директора «Красного рассвета», Председателя «Красной взаимопомощи» - кредитно-кооперативного учреждения, вошедшего в свою очередь капиталами в общую кассу Нижегородского «Общества взаимного кредита» (ОВК).
Четырнадцатилетний Филимон – младший сын, постоянно вертится возле Брайзе Иосифа Соломоновича – бывшего зэка в Ульяновском ИТЛ, а ныне – владельца частной юридической фирмы «Красная справедливость».
 
Если ими всерьёз позаниматься – толк будет.
У нас с «Зиц-председателем» - «карман» общий, поэтому речь о средствах – на которые будет куплен французский «бамбук» и прочее, не заходила.
Анисимов Фрол Изотович – Председатель исполнительного комитета (Исполкома) волостного Совета, попросил привезти из Парижа «что-нибудь» для его британского «Серебрянного призрака» и, без напоминания сунул мне в руки пачку советских рублей…
Эх, темнота наша!
Ладно, в Москве обменяю по курсу.
Начальник Волостного управления НКВД Абрам Израилевич Кац, дал мне целый список начинающийся женским почерком (носочки, чулочки, штанишки…) и, после третьего напоминания – застенчиво сунул мне в руку пару жёлтых кружков с волосатой мордой последнего Недержанца.
- Думаешь хватит, Абрам Израилевич?
- Если не хватит, - прокартавил тот, - прокурор добавит.
Ну, это он у меня научился!
Как говорится: «нашим же салом и нам же – по сусалам».
Ульяновский прокурор, действительно – добавил. И собственных «хотелок» и, финансовых средств в виде почему-то фунтов стерлингов.
Но не много.
***
«Сверху» намекнули, я прямо поставил вопрос перед Анисимовым и прямо перед отъездом в Париж - меня как прошедшего кандидатский стаж, принимали в ряд ВКП(б).
Всё шло гладко, пока из задних рядов кто-то не выкрикнул:
- Так он же из поповичей! Какой из него коммунист?
И тут же в зале заседаний неясно «зашумело»:
- Не достоин!
Однако, стоило лишь Анисимову поднять голову, «шум» мгновенно стих.
Из-за так называемого «ленинского призыва» – наша ячейка ВКП(б), за год увеличилась - как бы не в три раза. Причём, да: «контингент» попёр вполне определённый – из самых, что ни на есть «низов» и, пары ношенных лаптей за душой порой не имеющий.
Самый, что ни на есть «гегемон»!
Я чувствовал на себе злые, завистливые взгляды и невольно поёжился:
«Кажется, у меня будут проблемы!».
Но пока «призывники» будут сидеть на попе ровно и товарищу Анисимову в рот заглядывать - нежданно-негаданно для них самих, попав на столь высокий уровень. Лишь потом, годика через три - когда обвыкнутся да нахватаются, могут и «в зубы» нам с ним заглянуть!
Оглядев президиум со старыми кадрами, усмехнувшись, говорю:
- Хорошо понимаю, что дело не во мне. Некоторым товарищам, которые ещё под стол пешком ходили - когда товарищи Анисимов, Кац и Взнуздаев кровь буржуйскую проливали за Советскую власть… Или же, вообще – мутной каплей висевшие на «концах» своих папаш, в то время как товарищ Конофальский - по царским тюрьмам и каторгам гробил своё здоровье… Я очень хорошо понимаю – этим «молодым да ранним» товарищам, не терпится усесться на их места.
У Фрола Изотоповича при этих словах, заиграли желваки…
- Однако, им не следует торопиться – своё от них никуда не уйдёт! Этим товарищем следует сперва хорошо подучиться, чтоб хотя бы в теории - знать то, что их старшие товарищи постигли на практике.
После этого, я с полчаса тёр про важность образования для каждого активного комсомольца и молодого коммуниста.
- Товарищ Свешников, - сквозь гул голосов прокартавил от волнения Абрам Израилевич, - говори прямо – что ты хочешь?
- Предлагаю ходатайствовать перед вышестоящими инстанциями, об открытии в Ульяновке рабочего факультета. «Рабфака», стало быть.
 
Предложение понравилось обеим сторонам, прошло «на ура» и было принято единогласно. Следом, меня приняли в партию - минимальным большинством голосов, при… Раз, два, три, четыре, пять… Надо будет хорошенько запомнить эти рожи… При пятерых голосах против и столько же воздержавшихся.