Кольцо с топазом. Белая королева (СИ)

— Моя дорогая, я все понимаю, но мне как-то тревожно за тебя, — глядя на повзрослевшую дочь, говорила в ответ Ирина Владимировна. — Мы с тобой редко бывали близки, у каждой своя насыщенная событиями жизнь, я вечно пропадала на работе. Теперь понимаю, как важна душевная близость с родным человеком. Скоро годовщина бабушки, надо бы ее помянуть…
— Да, мам, обязательно, я как вернусь из поездки, мы с тобой испечем любимые бабушкой пироги, накроем в гостиной стол, будем рассматривать старые фотографии и вспоминать. А потом я сыграю на рояле, и мы споем красивый романс или народную, а капелла, как мы это делали раньше, при жизни бабушки.
— Да дорогая, обязательно. Вика, скажи, а это ты была вчера в бутике «Babochka» на Невском? Я не могла до тебя докричаться, все махала тебе руками, чтобы привлечь внимание, а ты с большими пакетами прошла мимо меня, и даже головы не повернула. Ты шагала такая серьезная и какая-то отрешенная, двигалась, как на автомате. Я не успевала за твоими торопливыми шагами, только и видела впереди себя это ярко-красное платье, шляпу с широкими полями, да твои развивающиеся длинные светлые волосы. А потом я тебе звонила, звонила, а ты не брала трубку.
— Прости мам, я, наверное, не слышала звонка в городском шуме. Я была целиком в своих мыслях. Возможно, просто не заметила тебя в толпе. Мне нужно было столько всего купить перед поездкой, — виновато потупив взгляд и улыбаясь, ответила Виктория. — Я в последнее время, что-то рассеянная стала. Хотя, подожди, ты сказала, я была в ярко-красном платье? Да еще в шляпе? Мам, у меня нет ярко-красного платья, и шляпы тоже такой нет, — Виктория озадаченно посмотрела на маму.
— Да-а-а? Странно, я была абсолютно уверена, что это ты, поэтому звала тебя и шла за тобой следом. Наверное, я обозналась. И никакая ты не рассеянная, ты просто счастливая. Не извиняйся, мне это даже нравится. Я очень рада за тебя! Не знаю, правда, что тому послужило причиной, но у тебя глаза сияют, улыбка и хорошенькие ямочки на щеках. Неужели моя девочка влюбилась?!
— Мам, — Вика поспешно отвела глаза в сторону, — просто у меня хорошее настроение и мне нравится моя работа. Я действительно счастлива, но только от того, что нашла дело, которое мне по душе. Да, я хороший переводчик и нужна своему руководству, меня хвалят и ценят. Пригласили на ответственное мероприятие — благотворительный аукцион на Майорке, чему я очень рада. Попутно я прекрасно проведу время, скорее всего, будет возможность искупаться и позагорать, но это не точно. Да о такой работе можно только мечтать!
— Как же я рада за тебя, моя родная, жаль только, что ты забросила занятия вокалом, — осторожно, чтобы не обидеть дочь, сказала Ирина.
— Вовсе я не забросила, я к этому еще обязательно вернусь, просто сейчас я дала себе небольшую передышку. Пусть всё идет своим чередом. То, что мне предназначено, от меня не уйдёт, а если уйдёт, значит оно никогда не было моим.
— Может ты и права, — Ирина Владимировна обняла за плечи дочь.
— Мам, ты, пожалуйста, не скучай без меня, развейся, сходи с подругами в театр или на выставку и не нужно меня провожать, а то вон глаза уже на мокром месте. Всё, я полетела, пока-пока.
Виктория выкатила ярко-синий чемодан на площадку перед лифтом, поцеловала маму и с легким сердцем покинула дом.
Впереди путешествие по Пальма де Майорке, а по работе будет парочка аукционов, как сказал ей вчера Максим.
Он уже звонил и предупредил, что водитель Родриго выехал. Макс попросил не опаздывать, быть в удобной одежде и обуви, предупредил, что перелет будет долгим и потому утомительным.
Виктории было немного не по себе оттого, что Макс взял всю заботу по оформлению документов в свои руки. Хотя, разве не так должен вести себя жених? А если не жених, то хороший работодатель уж точно!
— Дорогая, ты уже на пути в аэропорт? — звонок Максима вывел Викторию из задумчивости.
— Еще немного, и я буду в пути, Родриго только что подъехал.
— Жду тебя с нетерпением! Приготовься, наверняка нас в аэропорту атакуют журналисты и не забывай, что ты — Людмила Гладковская! Твой паспорт у меня, жду тебя у входа в здание. Пока-пока, моя милая Мила, — Климов отключился.
 
Виктория вздохнула. Журналисты, эти вездесущие бестии, опять их несметные полчища накинутся, чтобы влезть в душу со своими каверзными вопросиками. Как только они вычислят местоположение влиятельных особ, сразу слетаются, словно стервятники к своей вожделенной добыче.
Журналистов Виктория не любила, ей претила наглость и бесцеремонность, свойственная людям этой профессии. Впрочем, это их хлеб, поэтому наглость можно причислить к издержкам их сложной и неугомонной работы. Профессиональная деформация и не такое творит с людьми в двадцать первом веке.
Вика села в автомобиль на заднее сиденье, поздоровалась с Родриго, достала айфон и надела наушники. Есть время послушать аудиокнигу, она как раз нашла интересного писателя на YouTube. Чтец был великолепен, хорошо поставленный голос и сюжет полностью захватили девушку, и она отвлеклась от проблем и не заметила, как машина подъехала к зданию аэропорта.
Родриго припарковался на стоянке, достал багаж девушки, а Вика поискала глазами Макса.
— Вон, вон, это она, скорее, — к Вике подскочила бойкая высокая девица в деловом брючном костюме с микрофоном в руке, — Алексей, ты снимаешь?
В тот же миг девушку обступила толпа журналистов, все наперебой задавали вопросы, вспышки фотокамер, гомон из множества голосов, в котором ничего невозможно было разобрать. Виктория просто утонула в этом невообразимом хаосе.
Громче всех говорила стоящая рядом высокая девица.
— Добрый день, Людмила, я представляю журнал «Деловые люди Петербурга» и хотела бы задать вам несколько вопросов, вы не против? И, не дождавшись ответа, тут же продолжила. — Вы и бизнесмен Максим Климов помолвлены, это нам известно из достоверных источников. Скажите, а как давно вы с Максимом знаете друг друга? Насколько ваши отношения серьезны? Когда вы планируете свадьбу?
Вопросы сыпались, как из рога изобилия. Виктория растеряно смотрела на девушку, совершенно не зная, что отвечать.
В это момент Вику обнял за талию подошедший к толпе и с трудом пробравшийся к ней Максим. — Я здесь, улыбнись и расслабься, — тихо сказал он на ухо Вике и уже громче продолжил. — Моя невеста Людмила Гладковская не дает интервью, — и, отстраняя журналистов одной рукой, продолжил, — прошу прощения, но у нас очень мало времени перед отлетом. Всего несколько снимков, не более того.
Позируя фотографам, Максим сдержанно улыбался, покровительственно придерживая Вику за локоть.
— Макс, ты просто спас меня, я совершенно не знала, что им говорить. Меня обступили со всех сторон журналисты, словно я — звезда Голливуда.
— Главное, запомни, никогда не тушуйся перед СМИ. Улыбка и осанка королевы всегда выручат тебя из любого неловкого или щекотливого положения. А фраза «без комментариев» защитит тебя от особенно назойливых газетчиков и репортеров.
Климов сделал небрежный жест рукой, и охрана отстранила журналистов и фотографов, пропуская Викторию и Максима в здание аэропорта.
— Еще немного, и ты забудешь про городскую суету, дождливую погоду Питера и бесконечные пробки. Нас ждут пляжи, экскурсии и время, проведенное наедине.
— А разве мы не в деловую командировку с тобой летим? — Вика внимательно посмотрела в серо-голубые глаза Максима. Да и с нами, как я помню, летит еще целая команда.
— Одно другому не мешает, мы с тобой успеем все. Не волнуйся, нам всего-то нужно будет посетить парочку аукционов и один музей Шопена. Да и то только потому, что на этой поездке в музей настаивает отец. Он просто помешан на музыке этого композитора. Андрей Борисович слушает исключительно классическую музыку, даже водителя Родриго к этому приучил, — смеясь, ответил Макс. Разве что иногда в очень хорошем расположении духа, он может слушать романсы и современные музыкальные композиции.