Ты мне больше не нужен (СИ)

— Мне и тут хорошо, главное, что с тобой, — тише говорит Алоис, надеясь его успокоить.
Альфа выдыхает свистяще сквозь зубы, потирая переносицу. Кривится. Запах его становится менее колючим. Но Алоис не может расслабиться. Сердце стучит по вискам, а мышцы стремительно слабеют от дрожи. Его всегда пугает повышенной тон Яра.
— У меня другие планы на свою жизнь, — спокойнее поясняет альфа, как с ребенком неумелым разговаривая, объясняя очевидные вещи. Или как со слабоумным. Это раздражает. Ком возмущения в горле разрастается и душит. — Я не собираюсь быть нищебродом и сделаю все, чтобы жить, как нормальные люди. Я тружусь для этого день и ночь, а ты требуешь от меня тратить деньги на побрякушки? Думаешь, мы хорошо живем? Да тебе не с чем сравнивать. Я тебя из болота вытащил, но в болоте жить не собираюсь.
Алоис не выдерживает, поднимаясь рывком. Выходит, подавляя желание хлопнуть дверью с размаха. Шарф на шею, старое пальто. Обувь, поцарапанная, которой года три уже. Алоис обувается и обещает себе, что потратит следующую премию на новые туфли, но знает, что, как обычно, отправит эту часть денег, скрытую от Яра, родителям.
Он выходит на улицу, даже не надеясь, что Яр его догонит. Так бывает только в фильмах. В реальной жизни люди слишком горды и убеждены в своей правоте, чтобы друг за другом бегать.
В кармане он нащупывает письмо, которое собирался сегодня отправить в родной поселок. Как всегда, с деньгами из премии. Родителям они нужнее. Им поднимать еще четверых детей, плюс старший из братьев только поступил в колледж. Если бы Яр узнал о его «махинациях» — разозлился бы. Яр контролирует, чтобы вся зарплата, до копеечки, была перечислена на общий счет. Альфа и свои заработанные откладывает туда же. На дом. И распоряжается средствами самостоятельно, выделяя на самое необходимое по минимуму.
Выпрашивать у него деньги на обувь — как унижение. Плюс тогда Алоис бы не ушел от фраз «в этих походи, еще целые», «опять транжиришь» и так далее. Яр запасливый. И скупой. Но первое оправдывает второе.
Зато у них через каких полгода будет новенький двухэтажный дом в элитном районе.
Нужно думать об этом, но эмоции снова берут верх. Он обещает себе, что на этот раз уйдет. И точно знает, что нарушит обещание.
========== Глава 3 ==========
Ходить в изодранной обуви стыдно. Иной раз кажется, что эти трещинки замечает каждый прохожий. Хочется спрятать ноги куда подальше. Потому и ходит Алоис быстро — научился. И на сей раз он добирается до офиса за каких-то двадцать минут, несмотря на приличное расстояние.
В горле стучит, обида удушающе-колючая и засела под ребрами: не выгнать.
Не так он представлял этот день. Далеко не так.
Да, сегодня на работе выходной. Но особо трудолюбивые могут приходить дополнительно, за это капает плата. Меньше, чем в будние дни, но все же. Значит, тут точно кто-то да есть. Бумаг много, заказов тоже. Эта компания самая большая среди аналогов в их городе по оценке имущества и оформлению. А по сути, занимает один этаж. Двадцать работников и директор — потому и работы много. Тяжело было только поначалу. За почти три года Алоис привык и выполняет задания механически, не задумываясь.
Только перед дверью он замечает, что забыл телефон. И, к тому же, под пальто домашняя вязанная кофта: давно изношенная, с катышками. Была когда-то синяя, нынче блекло-серая. Главное, помнить об этом и не раздеваться. Алоис наматывает шарф потуже и заходит внутрь здания, направляясь к лифтам.
Благо, рабочая карточка тоже в кармане. Чего только в этих карманах нет — бумажки и чеки из продуктовых, монетки, может заваляться давняя конфета или жвачка. До знакомства с Яром он был неопрятным и хранил кучу ненужных вещей. Пришлось меняться, соответствовать аккуратному и чистоплотному любимому. Но иногда его прошлые привычки прорезаются таким вот образом.
Лифт останавливается на нужном этаже, щелкая. Алоис идет вперед, меж рабочих мест, к окнам, где у одного стола видно склонившегося Сэда. Бета, завидев его, распрямляется, улыбается по-доброму. Алоис только сейчас заметил в его темных волосах седину. Рано ведь еще — тому тридцать с чем-то.
  
Он обменивается парой фраз с Сэдом. Изо всех сил изображает приветливость, затолкнув печаль поглубже. Нечего выставлять напоказ личное. Алоис даже от Фреда скрывает, хоть ближе Фреда у него друзей нет.
— Я думал, ты будешь дома в такую рань, — голос за спиной.
Алоис оборачивается, улыбаясь уже искренне.
— Привет, — Фредер тоже улыбчив, снимает верхнюю одежду, и кладет на стол, вместо того, чтобы отнести в гардеробную. — Я сегодня не на смене, к Сэду пришел. Кстати… с Днем рождения.
— Спасибо, — кивает ему Алоис, позабыв добавить приветствие.
Альфа выглядит бодрым, как и обычно. Полным энергии викингом, готовым хоть сейчас на поле боя. Алоис пускает смешок со своих же мыслей, додумывая Фредеру доспехи и шлем с рогами. А что, ему подошло бы. Правда, по характеру не воин. Куда такому добряку убивать? Он и мухи-то не обидит, как говорится.
— Раз так, то-о позволишь пригласить тебя пройтись? — альфа как-то заминается, почесав рукою затылок. Как будто на свидание приглашает. Неуверенно. Еще и смотрит так… пристально. Странный он сегодня, и правда.
— Ну, пошли, мне как раз нечем заняться, — пожимает плечами Алоис, замечая краем глаза выражение лица беты.
Сэд загадочно усмехается и поправляет круглые очки.
— Идите-идите, молодежь, гуляйте. Я позвоню, Фред, вечером. Или завтра? — бета подмигивает и ухмыляется совсем уж хитро. — Завтра так завтра. Хорошенько отдохните! Еще раз с днем рождения, Ал. И приятно его провести!
Алоис на это только смеется, поблагодарив, пока Фредер надевает снятую куртку обратно.
А на улице солнце в глаза заглядывает. Погодка такая хорошая, что на некоторое время Алоис забывает об утреннем инциденте. Жаль, телефон не взял, наверняка, Яр звонит, ищет.
— С тобой что-то не так. Ты из тех людей, которые грустят в день рождения, потому что постарели на год? — Фредер сбоку подбадривает, вызывая улыбку.
Альфа всегда замечает его настроение. Особенно плохое. Как не скрывай, а Фред видит все — как будто просматривает его мысли насквозь. Сначала было не по себе, а теперь свыклось.
— И молчаливый, — продолжает альфа, не дождавшись ответа. Сегодня Фред особо разговорчивый. Впрочем, он всегда много говорит. — Ла-адно, не буду мучить тебя допросами. Пошли лучше перекусим. Что хочешь съесть?
— Ой, а, я не взял кошелек, дома забыл, — спохватывается Алоис.
— Я бы тебе не позволил за себя платить, ты же меня знаешь. Я приглашаю, значит, оплачиваю тоже я. Плюс у тебя особенный день, так что, — Фредер настаивает на своем, не обращая внимания на упертое качание головой Алоиса. — Мне все равно не на кого тратить.
— Посчитаю это за подарок, — соглашается он.
— Вообще-то, подарок будет потом, — улыбается Фред, — так, вижу возмущение на твоем лице. Можно подумать, твой парень тебя подарками не балует? Ни за что бы не поверил.
Альфа смеется и не подозревает, что попал в точку. Но Алоису не важны подарки. Намного ценнее для него внимание. Забота, даже простой разговор. Но у Яра зачастую не хватает на него времени. Для Яра главное — работа. И это неимоверно печалит.
«Опять о нем вспомнил. Так обидно… Он и слушать меня не хотел. Перебивал, будто за меня решал, что я должен думать. Это злит, но… это же на время. Вот получит Яр должность и перестанет нервничать. Тогда наша с ним жизнь наладится. Жаль только, с той должностью он станет еще больше пропадать на работе… Но я уверен, когда он узнает «одну новость», это поменяет его. Я уже столько дней не могу ему признаться, что ношу под сердцем его дитя», — вспомнив о последнем, Алоис смягчается на лице.
— Хорошо, идем, — чтобы перебить внутреннее волнение, говорит он и сворачивает вслед за альфой в сторону знакомой кафешки.
***
Алоис смотрит на часы на главной башне городской библиотеки — а те бьют ровно три часа дня. Пора бы уже и домой. Но ему совершенно не хочется туда, где снова начнутся разборки. Где был, с кем был, почему так долго… Ему хочется спокойствия и этой непринужденной атмосферы, точно так сейчас. Они недавно вышли из кафе, просидев там приличный отрезок дня. Алоис и не замечал течения времени. А теперь эта маленькая ошибка может стоить ему очередного скандала.