Табу (СИ)

Родственница с задумчивым видом глянула через мое плечо в окно и тихо призналась:
— С утра в кафе с Николя сидели, а там за соседним столом Маша с Катей. Я сперва поздороваться хотела, но потом услышала случайно, о чем они общаются. Вот одна делилась подробностями твоей личной жизни. Всё трещала о том, как ты с Кирюшенькой в лифте застряла, как вы там целовались. И что наш благородный принц захотел спасти тебя от увольнения и соврал начальству об отношениях.
В голове всё перемешалось. Неужели Синица рассказала всё Машке? Ведь она могла доложить Колобку! Зачем?! Видимо, бабуля увидела замешательство, отразившееся на моём лице, поэтому с доброй улыбкой посоветовала:
— Сходи в гости к Катерине, узнаешь много нового.
В висках застучало, и я вновь опасливо зыркнула на закрытую дверь. Мог ли Кирилл слышать хотя бы часть монолога бабули? Узнать правду о нашей первой встрече? Была ли эта тайна в безопасности? Или всё же карты должны быть раскрыты?
Мне хотелось рассказать и посмотреть на выражение лица начальника в тот момент. Увидеть расширившиеся от шока голубые глаза и возможно даже слабую улыбку. Но я знала, что так не будет. И наша общая ложь теперь находилась под угрозой.
Бабушка попрощалась и ушла, а Коршунов моментально нарисовался на кухне при полном параде: в костюме, начищенный и опрятный. Кажется, даже волосы гелем уложил. Или мне причудилось?
— Куда-то собрались? — уточнила с фальшивым безразличием. Мне хотелось услышать, что он просто так оделся. Или что собрался увидеться с кем-то из родных. Может даже с друзьями. Бывшей. Хоть что-то определенное. Я хотела точно знать, что он не планирует раскрыть все карты Борщёву при первом удобном случае. Потому что между нами была только ложь и никакого доверия.
Мужчина кивнул и спрятал ладони в карманы темно-синих брюк.
— Дела есть на сегодня.
Сцепила зубы покрепче и через силу улыбнулась. Он не должен был догадаться, что меня волнует эта тема.
— Замечательно, тогда подкиньте меня по пути, тут близко.
Кирилл Витальевич нахмурился, смерил меня тяжёлым взглядом и поджал губы, будто был крайне недоволен неожиданной просьбой. Однако мне было всё равно на его раздражение, я не планировала больше быть удобной для мужчины. Зачем? Мне всё равно от этого ничего не светило. Разве что работа в "Тренде" рядом с шефом не висела на волоске.
— Эвелина Павловна, не дадите мне ключи? Если уж вы тоже уходите, — он недовольно цокнул и скривился.
— В ящике в прихожей комплект с брелком-собачкой, — я взяла первые попавшиеся вещи из шкафа и скрылась в ванной, чтоб собраться. Слова бабушки никак не выходили из головы.
Через десять минут мы погрузились в знакомую белую иномарку и поехали. Кирилл Витальевич с любопытством поглядывал в мою сторону и хмурился. Ему явно не нравилась складывающаяся ситуация. Но прыгать из машины на ходу в угоду начальника я не планировала.
К счастью, тяжёлое молчание длилось недолго — дом Кати находился совсем рядом, поэтому я вылетела из авто, как пробка от шампанского, и почти побежала в сторону обычной отреставрированной пятиэтажки бледно-персикового цвета.
Поднялась на нужный этаж и нетерпеливо нажала на звонок. Раздались приглушенные звуки: недовольный женский крик, тихое бурчание и топот детских ног вперемешку со звонким смехом. Но дальнейшее повергло в шок.
Дверь открыл Макс.
Его округлившиеся от шока глаза, растянутые домашние штаны и отсутствие рубашки давало ответ сразу на все вопросы. В том числе и на главный: кто же именно увёл его из семьи.
За спиной бывшего появился Никита — шестилетний сын Екатерины. Отец оставил их с Синицей ещё до родов, не желая иметь дел с девушкой. Собрал вещи и сбежал ещё до того, как Катя призналась, что забеременела. С тех пор она одна занималась воспитанием мальчишки, работала и содержала семью. Небольшую помощь оказывали родители Кати, но в основном сидели с ребенком, когда того требовала ситуация. Знакомым она обычно говорила, что отец сбежал, как только узнал о беременности, хотя на самом деле наверняка даже не подозревал о наличии сына.
 
Подруга вскользь упоминала, что стала общаться с мужчиной, который очень хорошо отнёсся к Никите. Принял как своего. Только я совсем не ожидала увидеть на его месте Макса.
— Что ты тут делаешь? — недоверчиво прошептал бывший.
В это время мальчик засмеялся и во всё горло крикнул:
— Мама, тут тётя Эва пришла! — и с радостным визгом умчался в комнату.
Повисла неловкая тишина. Общая картина уже нарисовалась в голове, оставалось лишь узнать, почему именно Макс? Неужели других мужчин в городе не нашлось? Я бы ещё смогла понять, если бы чувства вспыхнули внезапно, и он сразу подал на развод. Но их связь продолжалась больше года, а я в итоге осталась дурой.
Наконец в коридоре появилась Катя: бледная, в тонком атласном халате и пушистых тапках. Она затолкала Макса внутрь, закрыла дверь и навалилась на неё спиной так, словно ей вдруг стало плохо, и ноги уже толком не держали. Стыдливо опустила глаза и невнятно залепетала:
— Прости, я должна была давно рассказать, но не хватало духа. Всё думала, что будет подходящий момент, только он не наступал. Мы с Максимом любим друг друга давно, он ни в чем не виноват, это я его соблазнила.
В горле пересохло. Такой подлости можно было ожидать от ничего не соображающей Беловой, ведь та вечно искала принца побогаче и не гнушалась никакими мерами на этом скользком пути. Только даже Машка действовала открыто — в лицо, без ужимок и интриг. Она говорила, чего хотела добиться, и шла к цели.
Катька переплюнула её. Толкнула в спину, когда не ожидали, и сбежала в кусты. Не призналась. Не намекнула. Никак себя не проявила.
— И попросить раздела имущества тоже ты подсказала? — прохрипела я.
Синица резко вздернула голову и посмотрела на меня так, что можно было обжечься. Чёрные глаза с ненавистью прищурились.
— Тебе бабушка с квартирой помогла, так что не надо тут строить из себя рабыню Изауру. Он много финансов вкладывал в семью, уж я-то знаю! Мне почти не копейки не давал!
— А ты не думала, — зарычала гневно, — что он просто тратил всё на себя? Он не сделал ни одного платежа за квартиру, я никогда этого не просила. Продукты пополам всегда. Что он там вкладывал? Не заметила как-то!
Катя приоткрыла рот, однако не осмелилась перечить. Задумчиво подняла глаза вверх и прошептала:
— Макс мне другое говорил совсем.
— Больше его слушай, — рявкнула я, развернулась и подлетела к лестнице, остановилась и сухо уточнила. — Для чего ты всё Машке рассказала?
Вместо ответа Екатерина вздохнула и тенью просочилась обратно в квартиру.
На повестке дня появилась ещё одна проблема, и я побежала в соседний дом к Светке. Где-то глубоко в душе я понимала, что Калашникова всё знает. Она всегда в курсе всех сплетен и грязных делишек. Просто надеялась услышать от подруги внятное объяснение её поступка.
Она открыла почти сразу. Лохматая и помятая Ланка походила на человека, который только что проснулся. Без лишних вопросов подруга распахнула дверь и поплелась в сторону кухни, укутавшись на ходу в пушистый халат.
— Что тебя привело в мою скромную обитель в выходной? — устало ворчала подруга и ставила чайник. — Почему ты не в постели с секси-начальником?
Ходить вокруг да около я не собиралась, поэтому выпалила сразу:
— Ты ведь знала, что у Макса роман с Катей, почему не сказала?
Блондинка повернулась, слегка нахмурилась и поправила тонкую пижаму, едва не сорвавшуюся с груди.
— Хотела, но это ведь не мой секрет. Я пыталась уговорить Катюху саму признаться тебе, мозг ей промывала. А она… в общем, ты и сама знаешь, что она струсила. Надо было ей хотя бы пощечину влепить, осталась совсем безнаказанной.
Я только кивнула и поджала губы. Потому что не могла такое сделать с Синицей, хоть та и оказалась предательницей.
— Стоп! — рявкнула так, что Светка от испуга подпрыгнула и едва не выронила заварочник. — Откуда ты знаешь, что я должна быть с начальником в постели? И с чего решила, что Катька не наказана?